Кодекс Оборотня (СИ)

— Ничего.
Он потащил к себе карту, но я прихлопнул ее ладонью и не отдал.
— Если это то, о чем я думаю… — Брессалан все-таки успел рассмотреть жирную красную линию. — Забудь об этом. Те, кто ходит этим путём, обратно обычно не возвращаются.
 Глава 19 
Я смотрел на О’Келли.
— Но нельзя же просто сидеть и ничего не делать!
— Вообще, ты изначально неправильно поступил, — мрачно заметил О’Шэннон. — Не надо было лезть во внутрисемейные дела Салливанов.
— Если отец решит меня убить — вы тоже будете молча наблюдать, лишь бы вас не затронуло? — поинтересовался я зло. — А держать ружьишко с серебряными пулями — так, на всякий случай?
— Руари, черт тебя побери! — взбеленился Энгус. — Хватит выставлять меня трусом! Ты ведь сам настоял, чтобы все вели себя тихо! И ведь это сработало! Но тебе вдруг самому приперло нарушить все установленные правила!
— У нас некромантов раньше не было! — прорычал я в ответ. — Никто из живущих в Клонмеле не представляет для всех остальных смертельной опасности. Но нет же, вы послушались ваших двуличных магистров Гильдии! Угробили бы этого ублюдка, и никто бы слова не сказал! А если бы и сказал, то надо было ему ответить что покрепче, а не…
Магра оказалось рядом со мной на скамье раньше, чем я успел наговорить О’Шэннону еще с десяток оскорблений. Ее ладонь прихлопнула мне рот, а рука сжала плечо. У миссис Даген было удивительное свойство — на меня она всегда действовала успокаивающе. Правда, когда она оказывалась слишком близко, эффект перерастал в нечто совсем странное. И у меня было большое подозрение, что она давным-давно смогла применить на мне какое-то заклятие, которое я никак не мог обнаружить.
— Руари, успокойся, — тихо произнесла она. — Энгус, прекрати. Если мы перессоримся, проблему не решим. Давайте отталкиваться от нынешней ситуации.
Энгус и Брессалан кивнули. Магра выпустила меня и чуть отодвинулась. Подавленные эмоции скакнули вверх, зашкаливая. Я упал лицом в сложенные на столе руки, чувствуя, как пылает лицо и вообще все.
— Вы что творите, Магра? — прохрипел я.
— Тебе надо держать себя в руках, Руари, — отозвалась она наставительным тоном.
— Издеваетесь, что ли? — я поднял голову, все еще ощущая жар на щеках. — Что за чертово заклятье вы на меня наложили? Симпатии или еще какую-то дрянь?
Я посмотрел на ее удивленное лицо, потом против воли опустил взгляд на разрез ее блузки, облизнув губы и сглотнув, заставил вновь смотреть ей в глаза. К этому моменту волшебница была вся пунцовая от стыда.
— О господи, — пробормотал Брессалан, а через миг стены бара сотрясались от его басистого, немного нервного хохота.
— Ничего смешного не вижу, — прошипел я, снова взбесившись. — Всё, поговорим завтра! И без вас, миссис Даген!
Я метнулся к выходу, зло хлопнул дверью. Быстро зашагал прочь вдоль реки на восток, глотая холодный воздух, как выброшенная на берег рыба. Через пять минут жар прошел. Но я еще долго цедил сквозь зубы ругательства.
Я почти дошел до Моамн-Хилла, когда зазвонил мобильный.
— Руари!
— Джил? Я уже скоро буду.
— Руари, тут… Мама выписалась из больницы, забрала Виарда и уехала. Хотела и меня забрать. Но я сказала, что останусь с тобой. Она меня чуть насильно в машину не усадила, пока я не сказала, что она жива только благодаря тебе. Прости.
— Вот черт! — про себя я проклинал сегодняшний день таким словами, которые Джил вряд ли стоило бы слышать. — И куда она уехала? Ей нельзя этого делать, Джил!
— В Корк. Точнее, она собралась в аэропорт, чтобы улететь.
— Давно?
— Три минуты назад.
— Потом перезвоню. Надо ее вернуть.
Я прикинул расстояние и дорогу, по которой она бы поехала. Быстро скинул одежду и, обернувшись, помчался через поля, срезая путь. Я должен был опередить ее на несколько минут и очень надеялся, что она будет благоразумна и не станет гнать машину. Выбрал прямой участок дороги как раз перед мостом через Шур, ведущем в Ноклофти.
Ночь разрезали лучи фар одинокого автомобиля. К счастью, она действительно не гнала. Успела увидеть меня на дороге и затормозить.
 
— Миссис Салливан! Это Руари! — проорал я. — Надо поговорить.
Она открыла боковое окно, высунулась.
— Пропусти нас! Я не останусь здесь!
— Лиша, вы не можете уехать. Иначе вы лишитесь моей защиты. Та тьма, что пугает вас, ждет за пределами моей территории. Уедете — сами себя отдадите ей в руки.
— Но от него, Руари, ты не сможешь защитить! Он убил моего ребенка. Убил многих. Чуть не убил меня!
— Можно я подойду?
Я осторожно двинулся к ней.
— Мама, он сожрет нас! — Виард не выдержал и заплакал.
— Лиша, выйдите из машины.
Она послушалась, шепнув несколько успокоительных слов сыну.
— Салливан ничего вам не сделает. Я завтра же переговорю с магами. Попрошу кого-нибудь из них наложить на вас защиту.
— Гильдия же никогда не вмешивается во внутрисемейные дела, — прошептала она обреченно. — Нам никто не поможет.
— Помогут. Обещаю. Возвращайтесь домой.
— Хорошо.
— Подвезете меня? Я все равно к Джил собирался.
— Она тебя видела? Таким.
— Нет. Но я собирался подобрать одежду по дороге.
— Она всю жизнь боялась собак, — грустно улыбнулась Лиша. — Увидев волка, она просто упадет в обморок.
— Да ладно вам. Я же не дикий зверь.
— Обычному человеку кажется иначе. Руари… Я тебя забыла поблагодарить. Ты уже второй раз спасаешь мне жизнь.
— Первый, — поправил я.
— Нет. Уже второй, — возразила миссис Салливан. — Тогда, у менгира, ты пробудил меня от страшного сна, я будто снова начала жить.
Она открыла заднюю дверь. Я запрыгнул в салон, улегся на заднем сиденье. Виард обратил ко мне взгляд, полный ужаса.
— Остановите около Моамн-Хилла — я там вещи заберу.
Через несколько минут машина подъехала к дому Салливанов. Джил стояла на крыльце, закутавшись в плед. Метнулась к вышедшей из машины матери, заплакала.
Я почувствовал себя лишним. Меня окликнули, когда я уже отошел футов на триста. Но я не вернулся. Шел и думал, что делать дальше. В мыслях прокручивались пазлы из фактов, но складываться в единую картину они не желали. В итоге я вытащил мобильный и позвонил О’Шэннону.
Дома я взял аквариум с рыбками, который мне достался от трагически погибшего мистера Фахта. Выйдя на улицу, я спустился по Эйр-Хилл, где на выезде ждала машина О’Шэннона. Рядом с ним сидел О’Келли. Я поместился вместе с аквариумом на заднем сиденье.
— Миссис Даген мы решили не брать, — заметил Энгус и глянул на Брессалана. — Хотя я так и не понял, что произошло…
— Забудьте.
— А то кольцо, что давала тебе Магра, оно еще на тебе, Руари? — поинтересовался Брессалан.
— Думаете, дело в нем? Разве это не пропуск в Гильдию?
— Пропуск. И все же… Дай-ка посмотрю.
Я протянул ему руку. Брессалан ощупал мизинец. О’Шэннон брезгливо посмотрел на мои грязные пальцы.
— Ты руки когда мыл в последний раз?
— Я их вообще не мою. Мне-то это зачем?
— А тогда в пабе? Когда все маги собирались?
— Разумеется, нет.
— Ты же крыс трогал.
— И не только крыс.
— Проклятье, Руари! — О’Шэннон скривился, не зная, говорю я правду или всего лишь в очередной раз достаю его.
— Я это не сниму, — констатировал между тем Брессалан. — Скажу Магре, чтобы она забрала кольцо.
— Колитесь уже, что она на него навесила.
Брессалан молчал, озадаченный. Но тут, преодолев свою брезгливость, артефактом заинтересовался О’Шэннон.
— Что-то вроде маячка, — заметил Энгус. — Но думаю, что она приглядывала за тобой лишь из хороших побуждений.
— И вам об этом не сказала? — подивился я.
— Нет.
— Давайте вернемся к главной проблеме, — заметил О’Келли. — Что будем делать с семьей некроманта? Точнее, что мы можем сделать, чтобы Гильдия не обвинила нас во вмешательстве, и в то же время помочь?