Отпускник (СИ)

Через несколько секунд в кузове "мазды" раздался громкий хлопок…
Глава 1
20 июля, понедельник. Новосибирский Академгородок. Россия.
Жара расползалась по комнате, липкими струйками пота стекала по шее, отключала мозги. Я второй раз залез под прохладный душ и решил: пойду на работу.
В момент принятия решения, было около двух часов пополудни. Не слишком рано, конечно, но ведь и я был в отпуске. Спрашивается, какие дураки ходят на работу, будучи в отпуске, да еще в такую жару? Совсем даже не дураки, а наоборот. В науке такие до сих пор еще встречается. А я был младшим научным сотрудником Института прикладной химии, то есть ученым. В этот самый институт я и собирался направиться в настоящий момент.
Зачем я туда шел? Кто-то скажет: как зачем — ученый всегда думает о науке! А где лучше всего думается? Конечно же на рабочем месте. А вот фиг! Поперся я туда, в основном, из-за халявного интернета.
Поскольку холодильник дома сожрал всю еду, позавтракать, а равно и пополдничать не удалось, и к двум часам дня есть уже хотелось неимоверно, аж подташнивало.
В подъезде было прохладно и сыро. Уборщица, как раз закончила мыть на площадке и спустилась этажом ниже — оттуда доносился плеск воды и влажное шлепанье тряпки. Кнопка лифта не светилась: потыкал в нее пальцем — толку ноль. Ладно, вниз не вверх. Поправив на плече сумку, я другой рукой подхватил пакетик с накопившимся мусором и неторопливо затрусил вниз по лестничным проемам. Проходя мимо почтового ящика, задержался, чтобы выкинуть бесплатные газеты.
Оп-па! В ящике лежал ключ. Я недоуменно осмотрел его, подкинул на ладони. Желтый, латунный, с колечком. Это запасной, тот, что висел в коридоре, на гвоздике, вбитом в косяк. Ничего себе дела! Как он сюда попал? Может, кто-то из гостей, со дня рождения, случайно прихватил и потом, чтоб не подниматься бросил в ящик… Сколько в мире тайн, непроницаемая завеса тайн…
Мучительно размышляя о природе своей находки, я вышел из подъезда, и окунулся в огнедышащее марево улицы.
Институтский буфет закрывался в два часа, и я никак туда не успевал. До института, даже если очень быстрым шагом — полчаса ходьбы, а в такую жару можно только неспешно брести, по возможности держась в тени.
Чтоб не остаться без обеда, пришлось пойти на компромисс и сделать небольшой крюк. На полпути до института, в большом кирпичном бараке, в эпоху развитого социализма, являвшимся банно-прачечным комбинатом, ныне расположился большой мелкооптовый магазин из сети Быстроном. Там я рассчитывал отовариться едой, да еще и со скидкой в придачу. По дороге, не забывая глазеть на, легко одетых по поводу жары, девушек, я сосредоточенно размышлял, что же купить, чтобы удачно вышло по скромным, имеющимся в наличии, ресурсам. Требовалось обеспечить, как можно лучшее соотношение цена-качество, так как вся сумма в нагрудном кармане — пятьдесят рублей, не считая мелочи.
Изнуренный жарой мозг, не давал новых ответов на этот вопрос, но по опыту выходило, что оптимальная покупка, это четырехсотграммовая упаковка фаршированных блинчиков. В таком случае денег хватало еще и на маленькую коробочку чая в пакетиках. Отстойного, конечно, чая, какой-нибудь там "Принцессы Канди".
Я уже ясно представлял себе эти блинчики, с мясом внутри, разогретые в микроволновке, лоснящиеся масленым бочком… Но тревожил один вопрос — остался ли на работе сахар? Если сахар кончился, это означало катастрофу, так как блинчики без сладкого чая, сильно теряли в привлекательности.
Погруженный в эти мысли, я добрался, наконец, до Быстронома. На улице, худо-бедно, обдувал ветерок, но стоило зайти в магазин, моментально облился потом. Духота здесь стояла невыносимая, несмотря на настежь распахнутые двери.
Господи! Как они тут целый день работают?
Сумки на входе принимала, какая-то новая, толстущая девица. При ее габаритах, болтающийся на шее мобильник, скорее напоминал брелок.
Множество мальчишек и девчонок, желающих подработать в каникулы, как муравьи, суетились возле высоченных стеллажей с товарами, что-то переставляя, прикрепляя ярлычки с ценами, протирая чего-то там тряпочками, совершая еще какие-то, непонятные непосвященному, действия.
 
Некоторые как обезьяны, лазили по верхним полкам стеллажей, ворочая лежащие там, ящики и коробки. Одна девчонка, сидела на самой верхотуре, и видимо устав, отдыхала, свесив длинные ноги над головами немногочисленных покупателей. "…Куда я их дену?" — вяло отмахивалась она, от упреков, коллег, журивших её снизу.
Малолетки весело перекликались между собой, мальчишки флиртовали с девчонками и все они, в общем-то, не сильно переживали из-за жары. Я быстро добыл из морозилки искомую упаковку блинчиков, разыскал на стеллажах дешевый сорт чая и встал в очередь у одной из касс
Очередь была всего из трех человек, но все набирали товары тележками и поэтому рассчитывались долго. Рубашка на мне стала мокрой, по вискам струился пот, я мечтал вырваться наружу. Разморенная кассирша, одной рукой обмахивалась каким-то журналом, а другой лениво, как в замедленной съемке, тягала к сканеру продукты из корзины. Покупательница стояла, заворожено наблюдая за процессом. Вот же дура! — раздражено думал я, — нет, чтоб деньги готовить, стоит таращится, как ворона на пугало!.. И точно, когда кассирша, наконец, нажала ввод и в окошечке кассы выпрыгнули цифры, тетка встрепенулась и полезла в сумку искать кошелек, потом в кошельке искала нужную купюру, потом еще дисконтную карту… Я проклял, в душе, ее саму и ее родственников, и чтоб не возненавидеть весь белый свет, отвернулся в другую сторону. В другой стороне, на стеллаже висели часы. На часах было двадцать минут третьего, в животе урчало, и опять стало подташнивать от голода.
Тетка наконец, рассчиталась и отвалила от кассы, как буксир баржу, толкая перед собой, груженную продуктами тележку. Я быстренько сунул свои покупки кассирше прямо в руки, а следом, давно уже приготовленный полтинник и, не дожидаясь вопроса, дисконтную карту. Сгреб сдачу и поспешил на волю из душных объятий магазина, едва не забыв получить назад свою сумку.
***
В сумрачном холле института царила спасительная прохлада и мощно обдувал вечный сквозняк вытяжной вентиляции. Я приложил пропуск, в окошке автоматического турникета зажглась зеленая стрелка. Вахтеры в своей каморке глазели в телевизор, не обращая внимания на шастающих туда-сюда через турникет, сотрудников — народу в институте, из-за отпусков немного.
По широченной лестнице поднялся на третий этаж. Зайдя в комнату, первым делом запер дверь и приник к бутыли с дистиллированной водой, глотая жадно, как закопанный в песок Саид из "Белого солнца пустыни". Напившись, распахнул настежь окно и начал сдирать с себя влажную одежду. Скинул рубашку с джинсами и остался в одних плавках. На некоторое время блаженно замер, обдуваемый ветерком из распахнутого окна. Слегка охладившись и решив пока не одеваться, последовательно включил компьютер, чайник и вентилятор.
Неделя перед отпуском выдалась, как обычно это бывает, очень суетливой. Несмотря на то, что никуда уезжать я не собирался, требовалось срочно доделать свой кусок большого отчета. Вся лаборатория уходила в отпуск одновременно, и мне пришлось подстраиваться под остальных коллег.
К пятнице отчет коллективными усилиями, наконец, был завершен и благополучно сдан начальству. И в пятницу же вечером, состоялся корпоратив, проще говоря, пьянка, посвященная сдаче отчета, всеобщему уходу в отпуск, ну и моему дню рождения — двадцать три, как-никак.
Первым делом, я проверил служебную почту. В ящик упало с десяток сообщений: конференции в Испании и на Мальте, рекламная рассылка химических реактивов и еще какая-то хрень. Все эти письма я удалил, поскольку денег для поездок на конференции у меня нет, а закупками химреактивов пусть интересуется отдел снабжения.
Выполнив, таким образом, служебный долг, я полез на городской сайт знакомств.