Нежеланная для принца драконов (СИ)

Я полюбовалась предложенным мне вариантом и уверенно кивнула. То, что нужно. Муж хочет поужинать в тесном семейном кругу? Будет ему ужин.
Служанка помогла мне переодеться в выбранное платье, затем по моему приказу стянула узлом мои волосы и «украсила» их простенькой резиночкой, выцветшей и потертой. На ноги – домашние тапки, у которых и не поймешь их первоначальный цвет.
Все, я готова к романтическому свиданию с собственным мужем.
К нужному времени я спустилась в обеденный зал и уселась во главе стола. С вызовом уселась, желая понаблюдать, как же будет реагировать на мое поведение муж. Втайне, конечно, надеялась на инфаркт. Ну или инсульт. Но понимала, что мне так повезти не может. Не с моим счастьем, как говорится. Увы и ах.
Когда дверь в обеденный зал распахнулась, и туда с надменным видом вошел высокий широкоплечий красавчик брюнет, я поняла, что готова убивать. Собственного мужа, да.
Одет он был… Нет, не шикарно. Здесь надо подобрать другое слово. Вот так примерно одеваются дети богачей, те, кто с детства привык носить качественную и дорогую одежду. При этом меня, сволочь такая, держал в черном теле, не желая лишнего золотого выделить.
Муж между тем дошел до меня и процедил сквозь зубы:
- Ты забыла свое место.
«К ноге, шавка!» перевела я для себя.
Вслух же произнесла совсем другое:
- Добрый вечер.
И с любопытством добавила, не стесняясь слуг, сновавших вокруг:
- Бить будет? Унижать? А может, на конюшню сошлете? Конюхов развлекать?
Звон тарелок, полетевших на пол, говорил только о плохой дрессуре слуг.
А вот муж… Его лицо пошло пятнами. В глазах полыхнуло алое пламя. Он резко вскинул руку…
Потом передумал, что-то прошептал. И стол удлинился, в перекладине. Так что муж просто сел возле меня, как второй глава, да.
Ела я здесь скромно. Да и как иначе? На кого тут готовить? На меня ж одну. А я – девушка простая, к изыскам не приученная. Так что и ела все, что на стол поставят, без капризов.
Сегодня на стол поставили подслащенную кашу из рутика, местной крупы, которая помогала успокоить нервы перед сном. То, что надо сейчас и мне, и моему внезапно объявившемуся мужу.
К каше прилагались мясная и сырная нарезки, пирог с ягодами и компот из сухофруктов. Все. Дешево и сердито.
После моей выходки слуги постарались побыстрей убраться из зала, скрыться с глаз моего разозленного мужа, чтоб ему икалось хоть пару месяцев, без остановки.
Так что ели мы с ним, считай, в полном одиночестве.
Ладно, доели. Муж поднялся со своего места.
И? Он чего-то ждет от меня? Чего именно?
- Нам пора в спальню, - наконец-то услышала я.
Ах, вот оно что. Значит, пузо свое ты порадовал, теперь можно радовать и то, что ниже.
- Я не хочу спать, - равнодушно ответила я.
И с удовольствием полюбовалась уже знакомым алым пламенем в глазах.
Муж щелкнул пальцами – мы перенеслись в спальню. Оба.
- А, то есть насилие вы применяете часто, - нет, я не могу держать язык за зубами. Не умею. – Ко всем? Или только к избранным?
- Ты нарочно меня выводишь?!
Да что ж он так ревет-то? Мечтает сделать меня глухой? И немой, полагаю. Чтобы двух зайцев одним ударом убить.
- Я всего лишь спросила, - спокойно ответила я. – Вы силой переместили меня сюда. Брать тоже силой будете? А лечить после вас кто станет? Или это не нужно?
Да что ж он так пятнами покрывается? Как лишай, ей-богу. Окружающие не поймут. Подумают, что заразный.
- Я никогда ни одну женщину не брал силой! – снова орет. Пора мне искать заглушки в уши. От его ора. – И раньше ты не жаловалась!
- А вы спрашивали?
Обычный вопрос, между прочим. Ничего такого в нем не было и нет. Три слова. Простой смысл, который может уловить каждый. Вот только этот псих муж отреагировал ненормально. Он стоял, открывал, закрывал рот и молчал. Прямо как рыба, вытащенная из воды на сушу. Ловит ртом воздух. Молча.
  
Глава 3
 
Надо отдать должное мужу. Он пришел в себя довольно быстро. Видимо, имелся неплохой опыт выживания в экстремальных ситуациях.
  
И орать перестал.
- Ты решила сегодня вывести меня из себя? – спросил он, кривя уголок рта в презрительной усмешке. Прямо как земной опереточный злодей. Ничего нового. Ни единой эмоции, которую я раньше не видела бы. – Не выйдет.
Ну, начнем с того, что уже вышло. Иначе ты, мой неуважаемый супруг, так не орал бы.
Но я в ответ лишь покачала головой.
- Нет, я просто задала вопрос, на который вы не ответили.
- Я тоже задам вопрос, - прищурился муж, старательно отказываясь отвечать на все тот же вопрос. – Ты нарочно надела эту тряпку? Я тебе уже говорил, что хочу видеть тебя нарядно одетой. И где хоть что-нибудь красивое на тебе?! Каким образом ты собралась меня соблазнять?!- Я как раз смогу ответить, - равнодушно пожала я плечами. – Во-первых, я не собиралась вас соблазнять. Смысла не вижу. Меня вообще не интересуют постельные игры, ни с вами, ни с кем-либо еще. А во-вторых, у меня в шкафу нет нарядных платьев. И вы присылаете слишком мало денег, чтобы я могла позволить себе портниху и новое, нарядное платье.
Тем более что умелую портниху в этих краях найти просто нереально. Если кто и имеется, способный дружить с иголкой и ниткой, так того уже давно аристократки побогаче к себе домой забрали.
Но, видимо, мужу никто не сообщил об этой нерешаемой проблеме, потому что он нахмурился.
- Я опущу момент твоей дерзости. Мы с тобой все равно ляжем в постель, хочешь ты того или нет, пусть не сегодня. Но за чушь насчет денег? Я самолично контролирую их отправку.
- И почти вся сумма идет на оплату труда прислуги. Плюс покупка продуктов у крестьян, - любезно просветила я этого самонадеянного индюка. – Вокруг замка можно набить дичь, но некому это сделать. У меня не имеется своего хозяйства. А мясо есть надо.
- Я понял тебя! Я же приказывал все оплатить заранее!
- Вам экономку позвать? Она меня уже пару раз порадовала записями со всеми тратами.
- Аршарахарш ронт шаргаршан! Если он меня обманул, отправится служить у троллей!
Муж выругался, затем открыл портал и исчез. Конечно же, ничего мне не сказал. А зачем? Кто я вообще такая, чтобы передо мной отчитываться? Пришел, поел, поорал, ушел. Отличная жизнь же. Свобода.
Вообще, я первый раз видела, как открывали портал, и не думала, что это так легко сделать. Ну и наивно считала, что замок защищен от любого магического вмешательства. И теперь, когда кто-то, пусть и мой собственный муж, разорвал пространство и переместился непонятно куда, все, что мне оставалось, - это надеяться. Хотя бы на то, что никто другой не сумеет это повторить. А то прибьют меня во сне, и пикнуть не сумею.
Отбросив дурные мысли куда подальше, я вызвала служанку. Она прибежала перепуганная и явно ожидала увидеть здесь не одну меня. Ну что ж, сюрприз, да. Мне всего и надо, что переодеться ко сну.
Спала я крепко. И без снов. И никакие внезапно объявившиеся мужья моему сну не мешали.
Встала утром, потянулась, довольно улыбнулась и решила, что жизнь прекрасна. А муж… Муж пусть идет лесом. Мне и без него чудно живется.
С этими мыслями я вызвала служанку, привела себя в порядок, переоделась и спустилась к завтраку.
Служанки, перепуганные вчерашней сценой, сегодня бегали вокруг меня с дрожавшими руками. Нет, ну как будто это я их напугала. Не мне ж пришло в голову появиться за столом без спроса и потом орать на весь замок, словно припадочному.
Впрочем, это не помешало мне основательно подкрепиться и затем выйти на прогулку.
Погода стояла удивительно теплая, даже для начала осени. Солнечные лучи пробивались сквозь легкие облака, окрашивая мир вокруг в золотистые и янтарные оттенки. Листва на деревьях уже начинала тронуться желтыми и оранжевыми красками, но ветер проносился со свежестью, обжигая щеки и подхватывая ароматы осени. Воздух был наполнен сладким запахом спелых фруктов, перебираемых крестьянскими руками, и тихим шорохом листьев, готовящихся к предстоящей зиме. Крестьяне, трудившиеся на полях, собирали урожай, налегая на снопы пшеницы и яркие овощи, которые еще сохранили свою сочность. Мужчины и женщины в простых, но крепких одеждах, с загорелыми лицами и темными от солнечных лучей руками переходили от одного вида работы к другому. Каждый из них знал: урожай — это их стабильность и уверенность в завтрашнем дне, и за приближающимися холодами следует подготовить всё необходимое.