Раненая душа (СИ)
Скрипнув зубами, Кира бросила гневный взгляд на служанку и велела ей убраться, а затем вернулась в кресло.
— Я продолжу, — произнес Картер. — Мне пришел список приглашенных гостей, выбранных лично главой. Зачитать?
Девушка махнула рукой и отвернулась от начавшего читать вслух мужчины.
— Рина Велс, Кенши Танабе, Андер Гренье…
По большей части весь список был забит молодыми аристократами. Алмер посчитал, что именно они должны первыми узнать о статусе его внучки. Причина проста: через десяток лет они и будут править в этой стране.
Кира не особо слушала слова мужчины. Она хотела поскорее закончить с нарядами и вернуться в свою комнату. Всему виной Эфриз — дурманящий наркотик. На магов он действовал послабее, но эффект от легкого наркотического опьянения будоражил ум молодой аристократки. Рина была права, компания и вправду оказалась плохой.
Из фантазий о расслабляющем наркотике девушку вывело одно ненавистное ей имя.
— Артур Велс, — мужчина закончил.
— ЧТООО?!!! — вспылила наследница. — Да этот старик вообще в своем уме? Какого черта пригласили этого бездаря. Он изгой, свинья, шавка!!! Вот пусть и дальше гниет за пределами клана. Алмер дурень…
Неожиданно из носа рыжей красавицы брызнула кровь, и она тут же свалилась на колени, прикрывая нос руками. Ощущение было такое, словно на нее сбросили грузовик. С трудом повернувшись, девушка округлила глаза.
— Наследница? — произнес Алмер и вошел в комнату.
От месячных запоев не было и следа. Старик был красив, опрятен и горд. Складывалось ощущение, что он помолодел на лет десять.
Пройдя мимо корчащейся от боли девицы, мужчина подошел к главе разведки.
— Все готово, Картер?
— Да, господин Велс. Люди на позициях, вся территория под пристальным наблюдением.
— Хорошо… — прошептал Алмер, а затем повернулся к девушке. — Если вновь начнешь задирать Артура, можешь попрощаться со своим титулом наследницы.
Тяжелый взгляд старика вогнал рыжую в ужас и заставил склонить голову. После ухода главы девушка еще долго приходила в себя.
"Я убью этого старика!"
Глава 4
Всеми любимый изгой
Интерлюдия
Саймон Велс
— Ненавижу, сука! — воскликнул Саймон и швырнул бутылку с пойлом в стену.
Комната, в которой спивался Велс, была похожа на сарай. Повсюду разбросаны пустые бутылки, покрытые толстым слоем пыли, в углу лежала пара поломанных стульев, а на столе расплылась давно испортившаяся еда. Вонь стояла невыносимая. Запах кисло-пахнущего, давно немытого тела мужчины, вкупе с гниющей едой, можно было смело приписать к рангу смертельно опасного оружия. Служанок в комнату Сайман не пускал, лишь принимал от них еду и выпивку.
— Поганый братец, — держась за голову двумя руками, произнес Саймон. — Вечно был папкиным любимцем. Август Велс, гордость клана Велс, — мужчина театрально изменил голос. — Мы тебя любим. Гений, гений… ДА НИХРЕНА! — очередная бутылка разбилась от удара о стену. — Ему лишь повезло родиться с этой силой. Он даже не работал над собой. Что за несправедливость?! — крикнул в пустоту мужчина, а затем свалился на рваное кресло и тихо заплакал. — Я же… я же… я делал все, чтоб стать сильнее. Пока брат веселился в академии, жил юностью, я старался. Я…Это не справедливо…
Дверь кабинета отворилась, и в комнату зашла женщина с лицом самой настоящей богини. Поморщившись от резкого неприятного запаха, она прикрыла нос своей небольшой ладонью и посмотрела на проспиртованного муженька.
— Опять плачешься, свинья… — произнесла Лития.
Женщина всегда упрекала мужа в его слабости и сравнивала с Августом, что Саймону, конечно же, не нравилось. Еще с дня их свадьбы эта дама заглядывалась на его брата и в какой-то момент пыталась захватить Августа своим женским очарованием, но тот проигнорировал ее жест. Лития вгрызалась в мозги супруга и обвиняла в слабости, никчемности и неспособности стать лучше. С тех самых пор только бутылка крепкого алкоголя могла успокоить мужчину.
— Держи свой язык за зубами, стерва, — огрызнулся Саймон и сделал два смачных глотка. Поставив бутылку на стол, он посмотрел на приятную фигуру жены. Вот только она больше не возбуждала его. Мужчина прекрасно знал о ее похождениях и ему на это было плевать. Меркантильная падкая женщина специально соблазнила молодого аристократа, а всему виной, конечно же,
были деньги. Бумажка смерти — как называл ее сам Саймон.
Женщина усмехнулась и прошла вглубь комнаты. — Опять ноешь, что слабее Августа, называешь жизнь несправедливой…
— Жизнь вообще несправедлива, — ответил Саймон.
— Какие мы нежные. Посмотри на себя! Ты жалкий вонючий кретин, который всю жизнь скрывался в тени своего брата, но увы, жалкая тень так и не выросла, — откровенная издевка начала выводить Саймона из себя.
— Я и сам это прекрасно понимаю… — промямлил мужчина, а затем цепко посмотрел на супругу. — Но слышать это из уст дворовой шлюхи не желаю. Уйди с глаз долой!
Брови женщины взметнулись вверх, а недавно милое личико исказилось из-за нахлынувшего возмущения.
— Это я-то шлюха?! Я ищу благородных мужей, а не такого слюнтяя как ты! Да и к тому же… — усмехнулась Лития. — … ниже пояса у тебя явно не тот благородный скакун.
Стиснув зубы, от чего желваки выступили на лице мужчины, Саймон активировал ауру уровня эксперт. Лития немного попятилась, но затем выпрямилась, давая отпор аурой мастера.
— Даже мелкую сошку с уровнем развития мастер подавить не можешь. Какой же ты жалкий, — надменно высказала женщина. — Да все, с кем я спала, намного лучше тебя во всех смыслах. А спала я со многими.
— Довольно! — воскликнул мужчина и подорвался со своего кресла. — Пошла вон!
— Нет уж… — женщина резко подошла к мужчине и ударила его по лицу, оставив красный след. — И НЕ СМЕЙ РАЗГОВАРИВАТЬ СО МНОЙ В ТАКОМ ТОНЕ!!!
Саймон склонил голову, дабы не встречаться взглядом с супругой. Лития довольно улыбнулась. Ей нравилось чувствовать превосходство, чувствовать власть.
— То-то же! — выдала она и развернулась, как вдруг почувствовала сильную жажду крови. Не успела она повернуться, как ее тело дернулось, а изо рта потекла красная жидкость. Опустив глаза, женщина обомлела. Перед ее глазами была рука Саймона, а в ней — все еще бьющееся сердце Литии.
Саймон наклонился к уху супруги. Мужчина был спокоен, а уголки его губ так и норовили растянуться в довольной улыбке.
Мужчина расцепил слипшиеся губы, а из его рта донесся отрезвляющий запах спиртного.
— Теперь и я… Легенда, — произнес он и сжал ладонь. Сердце Литии лопнуло, орошая ковер фонтаном крови, а тело супруги рухнуло замертво.
Саймон улыбнулся. Мужчина почувствовал освобождение. Это чувство пьянило похлеще бренди. Вымыв руки от крови пребывающий в хорошем настроении мужчина переоделся и вышел с комнаты.
— Ой… — испугалась служанка. — простите господин, я….
Саймон поднял девушку на руки и закружился в радостном танце. Спустя несколько секунд мужчина поставил ее на землю.
— Все хорошо. Ты что-то хотела?
Девушку передернуло от чересчур счастливого лица господина. Она протянула ему запечатанный конверт с гербом их клана. После того, как Саймон взял его в руки, девушка поклонилась и поспешила удалиться.
— Банкет?
* * *Интерлюдия
Хироки Цукишима
Тускло-освещаемая комната, находящаяся в подвале полуразрушенного здания, была наспех оборудована под хоть немного достойное убежище без каких-либо изысков, которые так любят богачи. Только самое необходимое: кровать, тумбочка, кресло и самый обычный деревянный стол, за которым сидел мужчина средних лет. Его бирюзовые волосы пребывали в растрёпанном состоянии. В уставшем взгляде можно было прочесть нотки безумия. Вот уже около недели, словно помешанный, глава одной из группировок якудза, Цукишима Хироки, выслеживал сына Августа Велса, который разрушил все, что было у японца. Мстить лично мужчина не собирался. На его счастье, хоть преданных людей осталось не так много, но они были. Все остальные разбежались, как только поняли, что близится конец правления Хироки.