Хроники Зареченска. Дилогия (СИ)

«Нет. Вещи мне не нужны. Просто не раздевай больше этих мертвых. Пускай в иную жизнь унесут хоть чтото, – не нашел другого объяснения Александр. – Положи, что собрал, в багажник. Егор отвезет в крепость».
Гнолл поднялся и взволнованно подпрыгнул на месте. Бер понял его затруднение и произнес:
«Не волнуйся. Никто не покусится на твое имущество. Когда вернемся обратно, тебе отдадут все в целости и сохранности. Даю слово».
  
«Я верю тебе». – Хашш подхватил трофеи и с сожалением положил в предварительно открытый Сапрыкиным багажник.
– Такто лучше, – прокомментировал Егор действия аборигена и захлопнул заднюю дверь уазика.
Александр снова подошел к Даше.
– С Егором поедешь.
– Хорошо. – Девушка устало глянула на любимого мужчину. – Я буду волноваться за тебя.
– Главная опасность уже позади, – попытался успокоить ее Бер и еще раз поцеловал.
Сапрыкин подозвал двух бойцов и указал им на машину. Те быстро заняли места в салоне, дружно хлопнули дверцы.
– Довезу в целости и сохранности. – Егор не спеша уселся за руль, кивнул Беру, и уазик, подняв небольшое облачко пыли, понесся в сторону крепости.
Александр несколько секунд постоял на месте, дожидаясь, когда машина свернет на перекрестке и исчезнет из вида, и только после этого начал отдавать приказы.
– Вячеслав, отзывай группы. Мы едем в гости.
– К Быстрицкому?
– К нему, родному.
– Хочешь наладить взаимопонимание с будущим тестем?
– Давай ты в другое время позубоскалишь? – Смеяться над шутками товарища у Бера не было никакого желания.
– Понял, не дурак, – ничуть не обиделся Вячеслав и перевел разговор на другую тему. – Что с трупами делать будем?
– А что с ними делать? Оставим как есть.
– Так дело не пойдет. Нечего усугублять в городе эпидемиологическую обстановку, – не согласился Никифоров.
– Тогда так. – Бер протянул руку в сторону тел бандитов. Воздух заколыхался от жара, огненный шар сорвался с ладони и врезался в крайнего жмурика. Следом полетел еще один плазменный сгусток, еще и еще. Пламя охватило тела, превращая их в жуткие обугленные куклы. Ветер, издеваясь над присутствующими на экспресспохоронах людьми, моментально подхватил и понес тошнотворный запах вдоль улицы.
– Эээ… Когда я спрашивал, что делать с телами, я имел в виду закопать, а не это! – зажимая нос рукой в перчатке, произнес Никифоров.
– И так сойдет. Сейчас догорят, забросайте камнями. Будет им могила. Большего они не заслуживают.
– А еще говорил, что я жестокий, – сказал Вячеслав и напоролся на ответный тяжелый взгляд. – Все. Молчу, молчу! – Он схватил рацию и дал команду всем группам, прочесывающим округу, возвращаться к машинам. – Ну, чего стоим? – прикрикнул на остальных. – Время собирать камни. Взяли по булыжнику и начинайте наваливать курган. И пошевеливайтесь! Если через пятнадцать минут мы отсюда не свалим – по возвращении отдам на растерзание… угадайте, кому? Правильно! Лейтенанту Сапрыкину. Он быстро вас научит…
Дальше Александр уже не слушал. Его терзали совсем другие мысли.
 Глава 10 
  
Быстрицкий хмуро смотрел на сидящего по другую сторону стола Бера и с каждым произносимым словом становился мрачнее и мрачнее.
– Вот такие дела, товарищ генерал. Сейчас основная задача – выявить, кто стоит за нападением на меня и Дашу, понять причину поступка ваших офицеров и устранить ее, чтобы больше такого не повторилось. Как я уже говорил, есть основание полагать, что ваши люди действовали в сговоре с Шаманом. Вот только кто был главным – непонятно. И это нужно обязательно выяснить.
– Я понял, – прервал Александра генерал. Хлопнул ладонью по столешнице, резко поднялся и начал мерить шагами кабинет. – Отдам приказ допросить всех, с кем встречались предатели за последнее время, а солдаты прошерстят всю округу. Давно пора избавить город от мрази! – Он остановился и развернулся всем корпусом к гостю. – Коньяк будешь? – И, не дожидаясь ответа, подошел к встроенному в стену бару, достал начатую бутылку, две рюмки и сел на место.
– Буду, – немного запоздало ответил Бер.
Генерал разлил янтарную жидкость и сразу опрокинул стопку в рот. Александр последовал примеру хозяина кабинета и ощутил, как тепло разлилось в груди и ухнуло в желудок.
– У тебя с Дашкой серьезно? – сменил тему Быстрицкий.
Вместо ответа Бер скупо кивнул.
– Понятно, – прокомментировал генерал и снова налил. Выпили. – Жаль, лимончика нет. Наверное, уже и не попробуем никогда.
– Кто знает… может, найдем аналог.
– Что толку? Все равно будет уже не то.
Генерал отставил рюмку в сторону и откинулся на спинку кресла.
– Может, оно и к лучшему, что дочка к тебе прибилась, – продолжил он. – Не девка, а сорвиголова. Намаялся я с ней в детстве. Пацанкой росла. Частые переезды в разные военные городки, постоянные расставания с друзьями… Ее мать умерла, а у меня дел по горло.
Александр таким генерала еще не видел и сидел тихо, не зная, как реагировать на неожиданное проявление отцовских чувств.
– Дочка пока у тебя останется?
– Пока – да. Но силой ее не держу, – поспешил заверить Бер.
– Хорошо, что все живы. – Быстрицкий вздохнул и снова стал похож на себя – грозного и знающего себе цену руководителя. Он нажал на кнопку и бросил по громкой связи: – Комаров, зайди.
В кабинет тут же влетел один из помощников.
– Слушаю, Анатолий Иванович. – И замер в ожидании.
– Соберика штабных офицеров в полном составе в зале совещаний через полчаса.
– Слушаюсь. – Комаров развернулся и исчез за дверью.
– Так когда свадьба? – задал неожиданный вопрос Быстрицкий. – Или вы будете просто жить вместе?
– Мы еще не говорили об этом.
– Не затягивайте.
Бер не нашелся, что ответить, и смолчал.
– Удивлен? – Генерал усмехнулся, наблюдая за ошарашенным гостем.
– Есть немного, – признался Александр.
– Я тебе предлагал объединиться. Помнишь?
– Было такое. Помню, – не стал отнекиваться Бер. Он уже сообразил, к чему ведет разговор Быстрицкий, и следующая фраза подтвердила его догадку.
– Получается, все одно будет помоему и наши общины сольются в одну.
– Необязательно. Можно жить дружно и не поглощая друг друга. В любом случае, единолично такой судьбоносный для многих людей шаг я сделать не смогу. В клане живет много людей, с мнением которых волейневолей придется считаться. Думаю, что подавляющее большинство откажется от такой перспективы. Слишком у вас тут порядки жесткие, – высказал осторожное мнение Александр. Кто его знает, чем закончится разговор?
– Считаешь меня диктатором? – немного помолчав, задал вопрос генерал. – Времена на дворе диктуют нам свои условия. Ни за что не поверю, что у вас можно делать что хочется и гулять куда хочется. Верно? Можешь сейчас не отвечать. Но мы еще вернемся к этому разговору. И не кривись ты так, – заметив изменение на лице Александра, добавил он. – Раз все закончилось относительно благополучно, давай поговорим сейчас о другом. О местных. Поделюсь с тобой информацией, породственному, – с улыбкой произнес Быстрицкий. – Прошлое столкновение с ишхидами, при котором я потерял хороших ребят, а ты получил ранение, не на шутку меня обеспокоило. Я дал распоряжение разведке тщательно проработать вопрос по новой угрозе, но и про старую не забывать. Несколько разведгрупп выдвинулись по трем направлениям: лес, барон, гноллы. Надеюсь, что и ты держишь руку на пульсе. Так вот, вчера из леса ишхидов вернулся последний отряд. Принесенные новости не радуют. Я бы хотел, чтобы ты, раз уж волей случая оказался здесь со своим волкодавом, майором Никифоровым, присутствовал на совещании. Будем вместе думать, как дальше жить. Там и решим, какие принять меры и по сегодняшнему нападению, и по противодействию давлению со стороны аборигенов.
  
– Нащупали чтото серьезное?
– Да. Но об этом позже. Пока есть время, пойди и приведи себя в порядок. Выглядишь не очень. Умойся, что ли. Комаров пока распорядится предоставить тебе и майору новую одежду. Считай за небольшую благодарность за спасение дочки. Побитые машины отремонтируют тоже за наш счет.