Хранитель (СИ)
Кузьма колол дрова как велели. Не спешил, играл мускулами, демонстрировал свою силу, удаль и красоту.
— Хи-хи-хи. — Послышался дивный девичий смех. Кузьма оглянулся, но никого не увидел.
— От одиночества и тоски уже девчонки посреди этого захолустья мерещатся. — Буркнул Кузьма и продолжил работу.
— Хи-хи-хи. — Вновь послышался смех чуть громче.
— Что за наваждение. — Буркнул работник, утёр пот со лба. — Эх, была бы тут красавица, подала бы мне полотенце.
— Хи-хи-хи. — Раздался смех ещё ближе, совсем рядом.
Кузьма оглянулся. Прямо за его спиной стояла сотканная из ветра девушка невероятной красоты. Парень сглотнул от неожиданности. Дар речи пропал. Он только и мог, что смотреть и смотреть на красавицу, чьи длинные косы развивались на ветру, когда вокруг и дуновенья не было. Но больше всего стрелка очаровали, околдовали её голубые глаза.
— Вот, возьми, утрись. — Протянула красавица Кузьме расшитое узорами полотенце и парень, словно во сне потянулся за ним. В тот же миг на ветреную красавицу упала парусина.
— Аааа! — Закричала она не своим голосом. — Кто посмел подданную Небара обижать! Жалкий мужлан! Отпусти!
Но Кузьма не отпускал, он крепко держал за косы полупрозрачную девушку, перепачканными солью руками.
— Быстрее укутывайте парусиной! — Приказал Мишка. — Теперь цепью обматывайте. И солью. Солью всё вокруг посыпайте, чтоб сквозь снег уйти не могла.
Кузьма всё ещё продолжал держать красавицу, когда парни уже пленили её укутав голову и ноги парусиной.
— Брось её, уже можно. — Попросил Мишка. — Отпускай.
Но стрелок не отпускал. Стоял, как вкопанный, продолжая смотреть туда, где минуту назад были девичьи глаза.
— От же. — Выругался Мишка, поняв, что стрелок уже успел попасть под ветреные чары. Не долг думая он отодрал руки Кузьмы от девичьих кос и Егор с остальными надёжно упаковали соблазнительную нечисть. Только Мишка не видел этого. Едва парень оторвал руки Кузьмы, как в тот же миг получил крепким, увесистым кулаком прямо в глаз, отчего отлетел на середину монастырского двора и рухнул в истоптанный снег.
— Кхе. — Вызвалось из груди студента от удара. Мишка превозмогая головную боль, глядя только одним глазом попытался встать, но не тут-то было. Кузьма, словно разъярённый зверь, налетел на студента и стал колотить его со всей дури, словно грушу для битья.
— Угомонись! — Раздался на весь монастырь крик деда Гаврила и ведро ледяной воды вылилось на очарованного стрелка. Шоковая терапия подействовала. Кузьма замер на месте. Стал озираться по сторонам, не понимая где он, и что происходит.
— Очухался? — Неторопливо подходя к нему, спросил дед. — Я уж думал вода не поможет и придётся ноги тебе переломать. Экий ты слабак Кузька. Так поддаться чарам мелкой нечисти.
Старик наклонился к избитому в хлам Михаилу, пощупал пульс.
— Ну, слава богу, живой. — Облегчённо выдохнув, сделал вывод старик.
— Это что, я его так? –
— А кто же. — Беспокойно ответил дед. — Бери теперь студента и неси в сторожку, в чувства приводить будем. Он нам живым нужен.
Кузьма с виноватым видом поднял избитого парня на плечо и понёс куда сказали. Мишка же ничего не чувствовал, провалившись в беспамятство. Его окружала только холодная пустота из которой доносился странный гул, похожий на зов. Кто-то звал его, звал и молил о помощи. Звал не по имени. Просто тихо плакал и звал на помощь.
— Иду! Иду! — Выкрикнул Мишка что есть мочи и свалился с кровати. Боль во всём теле тут же напомнила о себе, и парень застонал, открыл глаза и понял, что не знает, где находится.
Комната со стенами покрытыми дорогими обоями. Окна с воздушными занавесками. Мебель резная из натурального дерева и кровать с мягкими льняными простынями.
— Очнулся? — Послышался знакомый голос из дальнего угла комнаты. Мишка присмотрелся. Там за столиком в удобном кресле укутанный тёплым пледом сидел дед Гаврил с книгой в руках.
— Долго же ты болел. — Попенял он парню.
— Где я? — Вместо приветствия спросил Мишка.
— У князя Тихона в гостях. Это одна из гостевых комнат в его дворце. Так что не жалуйся, веди себя как следует молодому магу. — Попросил дед. — И ещё. Не обижайся на Кузьму. Не губи парню жизнь. Он ведь не со зла тебя так искалечил, под чарами был.
— Я не обижаюсь на него. Это ведь отчасти и моя вина тоже. — Ответил Мишка и заметил, как дед Гаврил с облегчением выдохнул.
— Вот и славно. Тогда одевайся и пошли князь с тобой познакомиться хочет.
Глава 2
Опять за большими широкими окнами роскошного тронного зала тихо падали крупные хлопья снега. Падали и падали погружая душу князя Тихомира в печальные думы. Он восседал на позолоченном троне, подлокотники которого были выполнены в форме огромных морд северных псов, а ножки в форме собачьих лап.
Редкие минуты одиночества на этот раз не доставляли ему покоя и отдыха, наоборот, погружали в печаль, заставляли задуматься. Князь откинувшись на высокую спинку трона молча смотрел в окна на тихо падающий снег.
— Через три дня наступит праздничная ночь, самая длинная ночь в году и начнётся отсчёт нового времени, для нового годового круговорота. — Думал он, не сводя глаз с тихо падающего снега. — Не радостным выйдет праздник.
— Князь. — Без стука и представления вошел в тронный зал Егор, сразу обращаясь к своему господину. — Студент очнулся. Вести?
— Да. — Лениво повернув голову в сторону воеводы, ответил князь. — Заодно прикажи Митьке пусть для нас стол накроет. Поговорим с твоим студентом за трапезой.
Спустя несколько минут Мишка уже сидел за одним столом с князем, смущённо опустив глаза в пустую тарелку перед собой. Княжеские слуги расставляли яства, наполняли ароматными горячими напитками хрустальные кубки. А Мишка только и думал о том, что не место ему за таким дорогим столом да с такой побитой рожей. Он уже успел побывать в ванной комнате и испугаться собственного отражения в зеркале.
— Не в таком виде я хотел бы перед сильными мира сего предстать. — Думал Мишка, зная, что его лицо украшает огромный сине-красный синяк под глазом. — К таким людям в такие покои нужно при полном параде приходить. Что теперь обо мне князь подумает. Все ведь знают, что встречают по одёжке, а провожают по уму.
Мишка думал, князь с воеводой молчали, пока за стол не уселся ещё один трапезник. Старый при старый дед, что на вид был гораздо старше деда Гаврилы и всех, кого Мишка знал до этого момента. Пожилой человек так медленно ходил, опираясь на палочку с головой чёрного волка на рукояти, что студен подумал буд-то целый час прошел пока старик от двери к столу пришел.
— Давайте знакомиться. — Тихим скрипучим голосом предложил старик. — Нашего князя батюшку Тихомира, знают все, как и нашего грозного воеводу Егора. Меня тоже местный народ знает, как главного княжеского советника по эфирным технологиям. — Последний термин старик еле выговорил. — Тьфу ты. На придумывали названий для обычной магии, язык сломать можно. А ты кто, юнец. Представься нам как полагается.
— Моё имя Михаил Берендеев. Я студент Академии Эфирных Технологий, что на севере за границей вашего княжества располагается. Отправлен в экспедицию, цель которой исполнить последнюю волю ректора. Умирая, он просил меня найти его правнучку Варвару, которая исчезла неизвестно куда. — Кое-как преодолевая волнение, рассказал Мишка.
— Похвально. — Одобрительно кивнул головой князь. — Исполнить последнюю волю умирающего — священный долг живого услышавшего её. Каждый знает — стоит ослушаться, проигнорировать последнюю волю и будет испачкана правда и твоя и твоего рода и всего окружения. А исполнишь, правда, покроется честью.
— Истинно так. — Поддакнул князю советник.
— Михаил Берендеев. — Задумчиво произнёс князь. — Значит ты из северного рода берендеев. Я правильно понимаю?
— Да. — Не зная как себя вести за столом со столь важными людьми, ответил Мишка.