Хранитель (СИ)

— Да. Пора и честь знать. — Ответил служивый, поглядывая, как Мишка со стрелками тренируется.
— Задержитесь на недельку. Отпразднуйте с нами Масленицу. — Весело предложила Настя.
— Конечно, оставайтесь. Люди и домовые не поймут вас и обидятся, правда, Миколка. — Взглянув на своего домового, которого смог увидеть благодаря Мишке, сказал Кузнец.
— Правда. — Подтвердил задорный, мускулистый старичок, сильно походивший фигурой на своего хозяина. — Вы, служивые мир и покой в деревню принесли. Так позвольте нам отблагодарить вас и ваших предков.
— Вот именно. Каждый третий съеденный блин на этой Маслинице, отправится в дар вашим предкам. Пусть живут сытно в ином мире. Живут и гордятся своими потомками.
— Эх, уговорили. — Махнув рукой, ответил воевода. — Правда, жена с меня три шкуры потом спустит. Да, ладно.
Мишка поймал весёлые взгляды стрельцов. Парни довольно улыбались в предчувствии веселье.
— А вы не ухмыляйтесь. Масленица, масленицей, а тренировки по расписанию. — Строго заявил воевода.
  
Глава 8
 
Мишка шел по центральной улице деревни Ветреной, которая в этот праздничный день сияла чистотой и красотой. Повсюду стояли торговые палатки, в которых жарили блины на любой вкус и цвет, с любой начинкой, какую только душа пожелает. Скоморохи пели и плясали, развлекая добрых людей, раззадоривая их души, веселя сердца. То и дело молодого странника останавливали местные жители, благодарили, угощали блинами собственного приготовления. Только вот на сердце у Мишки было не весело. Одна мысль не давала парню покоя.
Он то и дело слышит в свой адрес слова благодарности, принимает угощение, отчего совесть его мало-помалу начинает мучить. Что он собственно сделал такого? Ничего ровным счётом. Просто воспользовался девушкой невинной. Настенькой, которой боги уготовили судьбу сороки. Если бы не она, не страх хлевников перед её силой — никогда бы не смог угомонить этих обиженных домовых. От осознания этого факта и чувствовал себя Мишка никчёмным слабаков, получающим не заслуженную награду. Ведь не было в его действиях ни чего особенного.
— Мишка! — Раздался откуда-то со стороны голос Женьки и странник повернулся на него. Молодой стрелок стоял неподалёку, среди толпы зевак возле высокого, толстого бревна вкопанного вертикально в землю. На верхушке бревна, красовалось колесо с телеги с которого на ленточках свисали разные вещи: сапоги, кастрюли, коробочки с украшениями и прочие подарки для тех удальцов, что смогут взобраться по бревну и сорвать их.
— Давай иди к нам! — Махнув рукой, позвал Женька. — Надо помочь людям, сорвать все до единого подарка со столба, иначе год будет в деревне не прибыльный.
— Э нет. Нет. — Заявил воевода, едва Мишка приблизился к столбу, с которого минуту назад упал один из деревенских мужиков под всеобщий хохот. — Тебе на столб лезть нельзя.
— Это ещё почему? — Удивился странник.
— Потому что ты в экзоскилете. Это не честное преимущество перед остальными участниками соревнования в ловкости. Так что, стой в сторонке и смотри, как другие удаль молодецкую показывают. Смотри и учись, придёт время и в твоём хилом тельце будет достаточно сил, чтобы без экзоскилета с такой лёгкой задачей справиться.
Мишка не ответил, а молча отступил в сторонку, давай возможность Женьке попытать счастья.
— Зачем на столб полезешь, Жека? — Спросил Кузьма, товарища.
— Хочу вон ту коробочку достать. — Ткнув пальцем в самую маленькую коробочку, что висела выше всех, ответил парень.
— Та зачем она тебе. Вон, лучше сапоги сорви. Гляди какие добротные. Нам на такие сапоги несколько месяцев жалование откладывать придётся. — высказал своё мнение Кузьма.
— Да зачем мне твои сапоги, когда купец мне сказал, что в ту маленькую коробочку два обручальных кольца положил с защитными рунами, выгравированными на внутренней стороне кольца, самими оракулами с острова Буяра. — Отмахнулся Женька. — если смогу достать такие кольца, то не стыдно будет в глаза дядьке Степану смотреть, когда Нину в жёны возьму.
 
— Ох, влюблённая голова. — Хлопнув одобрительно подопечного по плечу, сказал воевода. — Давай лезь, пытай счастье.
— Если достану коробочку с кольцами, то значит точно Ниночку у змея заберу. — Заявил решительно парень и обнял толстый столб обеими руками. За этой сценой с гордостью наблюдал Степан. С каждым днём мужчина всё больше и больше убеждался в том, что высшие силы послали ему замечательного зятя. Пусть он не богат, не знаменит и из простого рода. Зато как любит его дочку. Да к тому же работящий, уважительный. Таких парней нынче редко встретишь.
Мишка тоже наблюдал, за тем как Женька прилагает все усилия, чтобы добраться до заветной шкатулки. Как вдруг что-то словно нож пронзило его в спину. Странник от внезапной боли подпрыгнул на месте, схватился за больное место и удивился, поняв — раны нет. Тогда что так больно укололо. Парень задумался, стал озираться по сторонам, почуяв не ладное.
— Злобный взгляд. — Раздался чей-то голос в голове Мишки и у парня округлились от удивления глаза.
— Ну всё. Я спятил окончательно. — Подумал он, глядя не видящим взором в одну точку перед собой.
— Не спятил. — Ответил ему в голове всё тот же голос.
— Спятил конечно. Иначе как я могу говорить с кем то не открывая рта, как я могу общаться одними мыслями.
— Не спятил. Это я душа забытого воина говорю с тобой. Или у тебя с памятью проблемы? Тогда позволь напомнить тебе, молодой странник, что я жду своего часа в знаке огневика.
— Прости. — Облегчённо вздохнув, продолжил мысленный разговор Мишка. — Не знал, что душа может мысленно общаться.
— Прощаю и хочу предостеречь тебя. Та боль что ты испытал, вызвана злобным взглядом. Ведьма позади тебя прошла. Злобным взглядом тебе в спину посмотрела. А ты как настоящий северный странник сразу зло почувствовал.
— Ух, я уж подумал, что мне в спину нож всадили.
— Порой, злобный взгляд хуже ножа навредить может. Так что хватит бездельничать, берись за дело. Поймай ведьму, отправь на княжеский суд, пусть князь и его святые отцы свершат её судьбу. Иначе, боюсь, навредит она нашему делу.
— Откуда такое предположение?
— А ты приди в себя, наконец, присмотрись к толпе вокруг столба. Сразу ведьму распознаешь и всё поймёшь. — Говорила душа забытого защитника. — Все вокруг веселятся, только одна стоит глаз с Женькиного амулета не сводит. Только деве сороке высшие силы позволяют на блестяшки любоваться, разрешают всё блестящее в дом тащить. Но наша Сорока — чистая душа, веселится со всеми, а не заглядывается на чужое добро.
Мишка встрепенулся. Взял себя в руки и стал внимательно разглядывать окружающих. Народ, собравшийся вокруг столба, шумел, веселился. Люди размахивали руками, громко кричали, поддерживая удальца. Мужики давали советы как лучше по столбу взобраться и достать заветную шкатулку. Девки хихикали, поглядывая на молодых стрелков, жаждавших последовать примеру Женьки и попытать счастье, взобравшись на стол. Бабы громко смеялись, судачили обо всём на свете. Но самое главное, что бросилось в глаза молодому страннику — это улыбки. Все вокруг улыбались. У каждого глаза сияли радостью и весельем, поэтому так резко бросилось в глаза хмурое лицо женщины. Единственной недовольной дамы в расцвете сил, стоявшей среди зрителей состязания. Только эта женщина в красивой дорогой шубе и роскошной шапке не улыбалась и из под лобья смотрела на амулет, свисавший с пояса Женьки.
Мишка осторожно развернул ладонь правой руки в сторону необычной женщины, направил к ней поток своего эфира, чтобы прикоснуться к её ауре и понять, что за человек перед ним. Этому способу его обучил ещё покойный профессор, говоря, что только так можно узнать истину о человеке. Только человеческая аура способна поведать о том, на какой путь ступила душа. Желает она стать чистой и светлой, дабы жить с предками в Белогорье или же избрала иной путь. Путь, что ведёт через Навь, за реку времени. В края чёрных душ, что зовутся демонами.