Хранитель (СИ)
Внезапно что-то изменилось. Со стороны деревни стали доноситься голоса петухов, возвещавших о наступлении полночи, и атмосфера на поле потяжелела. Мишка всей кожей чувствовал тяжёлую ауру возмущённого эфира, а вскоре посреди призрачного боя замерла в неподвижности одна призрачная фигура, что бросилось в глаза наблюдателю.
Остановившийся призрак потемнел, перестал просвечивать, становясь всё материальнее. От него повеяло обидой, озлобленностью. Он больше не шел в бой. Стоял, озирался вокруг, пока не стал всматриваться в сторону деревни. Внезапно рядом с ним что-то блеснуло, а с неба. Прямо из тёмной звёздной бездны вырвались пучки лунного света, столкнулись друг с другом, слились воедино и опустились на снег рядом с возмущённым призраком. Яркая вспышка озарила поле, прогоняя призрачные фигуры и сторожевой башни и воинов. Только потемневший призрак продолжал стоять посреди поля. Стоять и смотреть на деревню, в то время как из луча лунного света вышла прекрасная дева в воздушных белых одеждах.
Мишка смотрел на красавицу и не верил себе. Ибо её белое платье было таким лёгким и полупрозрачным, буд-то на дворе не зима холодная стояла, а жаркое лето. К тому же сквозь прозрачный наряд, парень видел красивое соблазнительное тело красавицы, что смущало его и вгоняло в краску. Но лунная дева не заметила наблюдателя, всё её внимание приковал к себе потемневший призрак. Она достала из лунного света изящный золотой рожок и стала играть на нём. В тот же миг, едва услышав первые ноты, Мишка понял. Понял всё. Эта странная музыка, этот странный звук издавал рожок, заставляя людские души страдать от вины, заставляя плакать.
— Сгинь, вытьянка. — Прогремел на всё поле голос тёмного призрака. — Тебе и на этот раз не удастся успокоить меня. Я вновь заберу неблагодарную душу и ввергну её в вечные страдания.
Но призрачная дева не испугалась. Она лишь ещё громче стала играть на рожке. Тёмный призрак опять попытался прогнать её, но она отказалась уходить и добавила к музыке танец.
— Не гневайся, доблестный воин. Прости людей, забывших о твоём подвиге. Найди покой в моём обществе. Я до конца времён буду рядом с тобой. Буду петь, и танцевать для тебя, только прости их и отпусти свой гнев.
— Нет! Нет! — Закричал, ещё больше чернея призрак. — Я ради них грех на душу взял, правду рода своего запачкал, а эти не благодарные даже не помнят обо мне.
— Тише. Тише, доблестный воин. Смени гнев на милость. — Продолжала петь вытьянка, посланница Прави. — Твой подвиг не будет забыт.
— Он уже забыт! — Возразил призрак.
— Не о нём напомнят. Его заставят вспомнить.
— Конечно. И это я заставлю их вспомнить о нарушенном слове, о неисполненных клятвах. Они всё вспомнят на смертном одре.
— Нет. Не ты заставишь их вспомнить, а тот, кто осмелился прийти сюда в этот час. — Пропела вытьянка.
Едва слова вытьянки утихли, как тело Мишки оцепенело объятое смертельным холодом. Чёрный призрак сковал его своим взглядом пустых глазниц.
— Как ты посмел сюда прийти чужестранец! — Гневался почерневший призрак.
— Тише. Тише, доблестный воин. Его судьба привела сюда, дабы помочь тебе. — Пропела вытьянка, но Мишка почти не слышал её песню. Он смотрел на неё и на призрака, не веря глазам своим.
— Неужели это те, о ком он читал в одной из книг. В том древнем фолианте, рассказывающем о существовании мира мёртвых. О существах, что могут приходить из него в явный мир. Ошибки нет. Это заброшенное поле — поле битвы. И где-то тут, лежат останки павшего в честном бою защитника. Именно так человек героически погиб защищая свою родину, но не был достойно упокоен, а был забыт теми, кого защищал. Только к таким доблестным защитникам, забытым всеми боги из Прави посылают вытьянок. Дабы те успокоили призрака павшего защитника. Вытьянка — божественная сущность, живущая в мире богов, обязана каждую ночь спускаться к забытому защитнику и успокаивать его игрой на золотой дудке. Именно так было написано в древней книге и именно это, Мишка теперь видел перед собой. Но видно этого защитника давно забыли, или вытьянка ему слабая попалась. Поэтому он не успокоился, не смог упокоиться и отпустить свою душу в мир мёртвых. Теперь она всё чернеет и чернеет день ото дня. Ещё чуть-чуть и душа переродится в демона.
— Я заставлю всех вспомнить. Заставлю отдать вам последний долг. — Решительно сказал Мишка и сам удивился, откуда вдруг столько смелости в нём нашлось.
— Уж лучше тебе исполнить сказанное. Времени тебе на это — сутки. Послезавтра я заберу ещё одну забывчивую душу. — Сказал почерневший призрак и с силой отбросил Мишку прямо на забытое поле.
Странник благодаря экзоскелету и тренировкам, быстро поднялся на ноги, огляделся, но почерневшего призрака больше нигде не было видно. Только вытьянка грациозно паря над заснеженным полем, приближалась к страннику.
— Отмеченный знаком огневика. — Торжественно пропела вытьянка обращаясь к Мишке. — Выполни обещание, найди и достойно упокой останки павшего защитника. Благодарность богов не заставит себя ждать.
— Но здесь же поле битвы. Здесь же, наверняка сотни останков скрыты в земле. Как я найду именно его? — Осторожно спросил вытьянку Мишка.
— Здесь только его останки скрывает земля. Показать, точное место положения не могу, запрещено. Долг людей, долг живых — найти их. Вот и найди. — Молвила вытьянка в ответ.
— А как же остальные призраки павших воинов и монстров? Их тоже необходимо достойно проводить в мир иной? — Намекая на призрачных воинов и монстров, бившихся на стенах призрачной башни, спросил Мишка.
— Эта сторожевая башня, эта стена и все эти воины с монстрами лишь призрачное воспоминание павшего защитника. Это последнее, что он видел перед уходом из жизни. Поэтому его воспалённая гневом душа, стала порождать призрачное ведение, стараясь напомнить о себе живым. Поэтому каждую ночь, призраки сходились в бесконечной череде битв.
— Хорошо. Я найду останки павшего защитника. Мы перезахороним его со всеми полагающимися почестями. — Дал слово Мишка.
— Да будет так. Приходи следующей ночью сюда отмеченный знаком огневика. — Многозначительно пропела вытьянка и грациозно, по лучу лунного света вернулась в верхний мир Прави, чтобы следующей ночью вновь вернуться на землю.
Заброшенное поле опустело. Только молодой странник стоял на его окраине в лунном свете. Тревога и смутные сомнения терзали душу парня. А если он не сможет? Если не найдёт останки забытого воина? Что тогда будет?
— Возвращайся. — Словно гром средь ясного неба раздался в ухе голос воеводы. — Мы всё видели и слышали. Возвращайся. Больше тебе там нечего делать.
Мишка вернулся на постоялый двор глубоко за полночь. Всю обратную дорогу беспокойство терзало его душу, странные мысли посещали разум.
— Не переживай так сильно. — Успокаивающе похлопав по плечу подопечного, сказал воевода. — Мы поможем исполнить твоё обещание. Не зря же столько аппаратуры с собой сюда приволокли.
— Так и есть. Если верить красавице вытьянке, на том поле только один забытый воин покоится. Мы быстро его обнаружим при помощи аппаратуры. — Поддакнул Ванька, один из стрелков. — Князь предположил, что в деревне орудует убийца — маньяк, умеющий хорошо скрывать следы преступлений. Поэтому выдал нам прибор для поиска биологических останков в грунте. С его помощью, мы обследуем поле, и к полудню забытый воин будет найден.
— Так и будет. А сейчас — всем спать. Завтра трудный день. — Приказал воевода.
На постоялом дворе воцарилась тишина, которую рано утром нарушили не только крики первых петухов, но и грохот издаваемый Мишкой. Программа вложенная в экзоскилет, вновь заработала и подняла парня на тренировку. Он всё ещё не мог привыкнуть к такому самовольному поведению собственной экипировки и всякий раз пытался противостоять этому. Но пока попытки проваливались полным крахом. Вот и этим утром он вывалился на двор из дверей постоялого двора, упал зацепившись плащом невидимкой ща очередной выступающий угол.