Песнь бездны

Почему он ее не схватил? Она была прямо перед ним. Касалась его.
Он мог бы сцапать ее в любой момент, прижать к себе и утащить в трубы. Это было так просто. Даже слишком просто, если подумать. Она была такой слабой по сравнению с ним.
Но когда ее пальцы так нежно коснулись его ладони, он почувствовал… что-то. Дайос сам плохо понимал что. Его сердца немного замедлились. Бушующий внутри хаос отступил. Он затаил дыхание, когда она провела по его пальцам, и готов был поклясться, что с его жабрами происходило то, что им было совершенно не свойственно.
  
Да не может такого быть, чтобы он трепетал из-за нее. Он видел, как Арджес делает так для Миры. Всегда было неудобно смотреть, как сильно на его брата влияет одно только присутствие этой женщины. Даже как-то неловко.
Ни одна женщина ни разу не выбрала Дайоса. Он был слишком крупным, так что родить его детей было бы непросто; слишком агрессивным, чтобы сойтись с ним в брачном танце. Дайос уже твердо решил для себя, что растопыривать для кого-то жабры – просто глупо.
За всю свою жизнь Дайос расправлял жабры только для двух самок. Одна из них, Мелете, помогла спасти Миру, когда ту заперли в Бете. Вторая уже давно покинула их стаю, выбрав другого самца, поменьше и поспокойнее. Это окончательно доказало Дайосу, что его невозможно желать и что себя не изменить.
А внешность его за последние несколько месяцев изменилась только к худшему.
Стукнувшись обрубком руки о стенку трубы, Дайос замер на выходе в океан. Что-то внутри требовало вернуться. Отвечающая за дикие, первобытные инстинкты часть его мозга вопила и яростно билась о прутья клетки, в которой он постарался ее запереть. Ему нужно было назад, убедиться, что она в безопасности, потому что никто не мог защитить ее лучше его.
Но первобытный инстинкт уже не раз приводил Дайоса к краху. Тот самый инстинкт, который велел ему защищать свой народ. Ахромо – легкая добыча. Он без труда возьмет их город, если последует своему плану.
Так что Дайос больше не доверял этому инстинкту, как бы тот ни кричал и ни раздирал его изнутри, пока он лавировал между колоннами смерти. Это ничего не значило. Он не мог себе доверять.
Но все же Дайос не мог забыть ее глаза цвета моря даже после того, как вернулся на место встречи, где они с Макетесом наблюдали за городом. Он все еще видел ее глаза, чувствовал, как пальцы скользят по его перепонкам, словно невзначай прощупывая путь сквозь все его защитные укрепления.
Глупые мысли, напомнил он себе. Даже если все плавники на его теле раскрылись и затрепетали. Даже если хвост уже развернул его лицом к стеклянному куполу, державшему ее взаперти.
Интересно, где она жила? В каком-то столь же красивом месте, как она сама, без сомнения. Слишком тихая и нежная, чтобы жить в нищете. Если девушка и правда дочка Генерала – а поводов сомневаться в этом у него не было, – то она наверняка относится к самым богатым жителям своего города. Она не знала недостатка в еде и воде. За ней наверняка много кто присматривал.
И все равно его сознание ревело, что он носил бы ей добычу куда вкуснее. В море было полно более питательных, чем в городе, продуктов, а ее люди явно недокармливали девушку. Она была слишком худенькой. Слишком хрупкой.
Любой, кто захотел бы причинить ей вред, сломал бы ее без труда.
Дайос нахмурился, потому что всплыла новая мысль: «А вдруг она уже занята? Вдруг у нее уже есть кто-то, кто трепещет для нее и заставляет ее улыбаться?»
Все его тело захлестнуло ослепляющей яростью. Он светился, разгневанно пылая каждой точкой биолюминесценции на теле. Свет волнами отражался на песке вокруг.
– Я так понимаю, ты что-то нашел? – пробился к нему сквозь злость возмутительно довольный голос Макетеса. – Выглядишь расстроенным.
– Я нашел ее.
– Нашел вход в город? Отлично.
– Нет, я нашел ее.
– Как думаешь, многие из наших там пролезут? – Макетес несколько раз моргнул, наконец-то догоняя то, что Дайос повторил уже дважды. – Стоп, в каком смысле ты ее нашел?
– Думаю, что большинство пролезет, – пробормотал Дайос, не сводя глаз с города. – Для меня трубы тесноваты, но у самцов поменьше проблем не будет. Может, проберемся целой группой, но город огромный. Внутри он еще больше, чем кажется снаружи. Отправлять туда много народу небезопасно.
– Мне кажется, ты никогда не говорил мне столько слов за раз, – пробормотал Макетес и заплыл к нему спереди.
От Дайоса не укрылось, что от него держатся на расстоянии. Впрочем, он и сам не советовал бы сейчас к себе приближаться. Бешено сияющими огнями на теле он сообщал окружающим, что находится в том опасном настроении, когда запросто мог свернуть кому-нибудь шею, чисто чтобы что-то почувствовать.
Макетес прочистил горло, вибрируя жабрами.
– Ты нашел ее?
– Нашел.
– А почему не схватил? Там было много народу? Ну да, конечно, Генерал не даст схватить ее так просто, чтоб его. Если такое дело, то точно надо посылать больше наших. Нельзя же ее там оставить, Мира уверена, что это единственный способ заставить Генерала нас выслушать…
Дайос уже утомился от его болтовни.
– Она была одна.
Несколько блаженно тихих секунд Макетес просто смотрел на него с отвисшей челюстью.
– В каком смысле?
Дайос только рыкнул в ответ, устав от расспросов.
– Она была одна? – Макетес подплыл ближе и замер, услышав рокот в груди Дайоса. – Тогда почему ты ее не забрал?
– Просто не забрал.
– Но почему? – Драматично воздев руки, Макетес сделал круг, прежде чем снова зависнуть перед Дайосом. – И не надо врать, что это слишком опасно. Ты был в трубах. Мы умеем помогать им дышать под водой. Ты мог украсть ее! И не украл!
Дайос медленно повернул голову, чтобы посмотреть на Макетеса. Может, в его глазах было достаточно угрозы, чтобы болтливый желтый брат понял намек.
– Не время.
– Не время, – повторил Макетес с издевкой. – Опять? А когда будет время?
– Не знаю.
– Тьфу! – Макетес всплеснул хвостом и опустился на песок. Скрестив руки на груди, он уставился в темноту над ними, бормоча: – Вот почему я не хотел соглашаться на это задание. Знал же, точно знал, что с ним будут проблемы. Так и сказал Арджесу, я для этого не подхожу. Если хотят, чтобы Дайоса держали в узде, пусть посылают кого-нибудь покрупнее. И кто был прав? Я. Я был прав. Никто никогда не признает, что я прав, только я сам признаю.
Наблюдая за ним, Дайос почувствовал, как огоньки на его теле начинают меркнуть. Легкая усмешка пришла на смену злости, мешавшей думать.
– Ты был прав.
– Ну конечно я был прав! Я всегда прав, но никто меня не слушает, прежде чем что-то затеять. Знаешь… – Макетес осекся, а потом уставился на него, снова разинув рот. – Ты что, только что признал, что я был прав?
Дайос кивнул:
– Ну… Это прям событие. Особенно от тебя.
Пожав плечами, Дайос шлепнул брата хвостом, подцепил его огромным хвостовым плавником и подкинул вверх.
– Иди сообщи остальным, что я ее нашел.
– А ты что? Это ты должен отчитаться. Ты даже ничего мне не сказал, ни как все прошло, ни где ее искать. Я могу доложить только, что ты на меня рыкнул и сказал, что все готово.
Макетес уплывал, продолжая на ходу возражать, что ему этого делать не положено.
– Просто передай, что все под контролем.
– Так ты со мной не поплывешь?
Вообще-то Дайос собирался. Все внутри кричало, что надо. Он еще не до конца восстановил отношения с Арджесом, и каждый раз, поступая вот так, он подводил своего кровного брата. Но… что-то другое, тоже внутри, твердило, что сейчас он уплыть не мог. Он еще не закончил.
  
– Я занят, – ответил Дайос, снова переводя взгляд на город. – Скажи, что я вернусь с ней, когда буду готов.
Макетес тут же остановился. Течение играло с длинными волосами его брата, струилось сквозь жабры, наполняло его решимостью. Как же Дайос скучал по этому чувству. По моментам, когда океан дарил ему свое благословение. Впрочем, похоже, сейчас море одобряло его решение. Оно почти не обращало на него внимания, словно еще не простило ему все те смерти. Но если он хотел заслужить прощение, то двигался в правильном направлении.