Богиня на цепи (СИ)
– Ты получишь намного больше, когда перестанешь относиться ко мне, как к вещи! – Девушка вскочила. Карты подхватило воздушной волной от взметнувшегося пледа.
– Ты всего лишь сосуд для силы. Говорящая бутылка с магией.
– Ты не поверишь, сколько людей находят покой в подобных разговорах! Иногда вино – лучший собеседник!
– Видишь, ты уже не споришь, что являешься вещью.– Тонкие гуды сложились в усмешку.
– Я не вещь! И не сосуд! Я женщина. И тебе придется с этим считаться!!!
– Ты даже не представляешь, как утомляет твое укрощение…
Ледяной пол сковал ее, каждый шаг отдавался иглами в ступнях. Но Дита подошла вплотную к Рибелиусу и прошипела:
– Еще посмотрим кто кого укрощает, бледнолицый.
Феос Рибелиус скрипнул зубами, резко крутанул девушку, отбирая у нее спасительный плед, закинул голую рабыню на плечо и звонко шлепнул по ягодице.
– Нет магии – нет одежды. – Не сдержался, довольный воспитательным процессом, Рибелиус. Она не боялась за свою жизнь. Посмотрим, есть ли в ней страх за чужую.
– Одеяло – не одежда!
– Не придирайся к словам. Суть ты поняла. – Хорошо, что она не видела его улыбки. Ей бы стало страшно.
***
Следующий день встретил их свежим запахом дождя. Окна кабинета были закрыты. Документы разобраны и спрятаны. Их уже ждали.
Три упитанных представителя городского совета переминались в углу, по белизне пытавшиеся соперничать с Феосом. Видимо, ночь ожидания дала о себе знать. Владыка сильно потрепал им нервы, еще даже не заговорив. Нагота Диты произвела фатальный эффект. Гости съежились еще больше, их страх почувствовала даже девушка.
Феос Рибелиус сел в свое любимое кресло, сложил руки на столе и выжидающе посмотрел на гостей. Цепь он притянул ближе, сокращая между ними расстояние до метра. Дите пришлось устроиться чуть позади повелителя.
Вперед выступил самый представительный и длинный.
– Позвольте приветствовать вас. Великий Феос Кувентис Рибелиус, правитель Этрурии и запретного леса. – Сказал длинный тощий человек в пенсне. Плюсиос Флав, Министр финансов Этрурии старался смотреть в пол, в стол, в стены. Только не на голую рабыню, замершую возле повелителя.
Некоторое время он нудел про налоги, сборы и дефицит бюджета.
Рибелиус послушал, пару раз зевнул, один раз одобрительно кивнул, помолчал, переглядываясь с советником, потом выложил на стол пачку бумаг.
– Флав, эти бумаги для тебя.
Тот подошел. Изучил переданный материал. Щеки его порозовели. Рот советника приоткрылся, после осознания прочитанного.
– А вот это уже через чур! – Во время рабочего процесса финансист переставал бояться правителя, с головой уходя в цифры. И он ткнул пальцем в столбец, поднеся лист под нос Феосу.
Рибелис покачал головой.
Плюсиос Флав посмотрел на властелина, но не успел ничего сказать в своё оправдание.
– Позже Гидеон предоставит вам более подробные инструкции. Можете идти. – Рибелиус выправил манжеты рубашки из-под камзола. Цепочки на рукавах тихонько звякнули. Министр финансов помялся, но поклонился и отступил.
Второй, видимо захваченный для охраны, внушительный человек одного с Рибелиусом роста вышел вперед. Широкая грудь его была перевита красной лентой с эфесом клинка, тут же спрятавшегося под камзол. В одежде все гости копировали стиль властелина: рубашки, жилеты, камзолы с кучей пуговиц и банты под горло.
– Позвольте представиться. Хилидэс Прособа – главнокомандующий армией Этрурии. – Поклонился богатырь.
– Главнокомандующий моей несуществующей армии? – Змеиной улыбкой растекся рот Феоса. – Как интересно! Польщен! Вы же в курсе, что армии в Этрурии нет?
Несколько растерявшись, мужчина переступил с ноги на ногу.
– И кто же вас назначил на эту должность? – Пальцы повелителя сверкнули перстнем и пробежались по наручнику на левой руке.
– Совет Этрурии. Ранее я был командующим приграничных войск. Великий Феос! – Отривисто и четко отрапортовал богатырь.
– Очень интересно. И с какой же целью? – Вопрос был к Луцию Дэефинтису мэру столицы и по совместительству председателю совета Этрурии в Тэросе. Мэр, до этого пытавшийся слиться со стеной, тихо пролепетал:
– Хилидэс Прособа укрепил западную границу. Провел масштабные учения рекрутов и сформировал охранные отряды вдоль центрального тракта. Модифицировал вервь, на которой уже построили два корабля…
– Надо же создать армию. А то вдруг рыцари…– вмешался Плюсиос Флав.
Но тут же притих под взглядом повелителя.
– И все это – один? – Феос издевательски похлопал в ладоши на кивок главнокомандующего.
– Совет Этрурии имеет право на создание и назначение новых должностей… – добавил Луций Дэефинтис.
– Это же великолепно. И откуда столько самостоятельности… Один человек контролирует и границы, и море, и дороги в стране… Полагаю, повысили его с целью дать власть над приграничными магами? – Маги в Этрурии напрямую подчинялись Гидеону Экзипносу. По его приказу они могли покинуть заставу или взять под стражу любого из пограничников.
– Все это контролируете вы, великий Фэос. Я полностью и безоговорочно подчиняюсь вам. – И главнокомандующий встал на одно колено, а правый кулак прижал к груди.
– Ну что ж, мне нравится твоя самоотдача. – Протянул Рибелиус. – И рвение. Столько всего и за такой короткий срок… Схватить его.
– Но подождите! – Бесцветные глаза отразили панику богатыря.
В кабинет ввалились стражники, скрутили мужчину и уволокли.
– Куда его? – Мэр облокотился на стену, обмахиваясь платком.
– Побеседую с ним в подвале. – Усмехнулся Фэос, постукивая пальцем по нижней губе. – Верну, если его помыслы окажутся чисты. Имеете что-то против?
– Ни в коем случае, Великий Фэос, Я нижайше просил аудиенции в связи с недавними событиями… – Мэр Тэроса отлепился от стены и занял место перед правителем. – Я хотел бы приватной беседы…
Рибелиус скучающе подпер щеку кулаком.
– Вам есть, что скрывать от ваших коллег?
Луций Дэефинтис сглотнул и продолжил:
– Если вас не затруднит…
– Затруднит.
Мэр помялся и протянул бумагу правителю:
– Прошение о переносе учебного заведения для магов за пределы Тэроса.
Феос усмехнулся и разорвал листок, даже не прочитав:
– Прошение отклонено. Еще что-нибудь?
Мэр набрал воздуха:
– Со всей ответственностью должен вам заявить, что ни правительство города. Ни моя дочь никак не причастны к инциденту со школой, благодетелем которой вы являетесь.
– Вашу дочь и начальника вашей охраны видели с факелами в руках у ворот, мокрых до нижних подштанников. – Проговорил Феос, выкладывая на стол первый свиток.– Тут имена всех, участвовавших в заговоре. – Он усмехнулся, считывая в беснующихся мыслях мэра Дэефинтиса беспокойство за семью, дочь и свое положение.
– Поверьте, это был заговор! И виной тому маг. Леопольд Инфектум! Он околдовал мою дочь…
– Боюсь, мне придется убить всех. И заговорщиков, и их детей, и детей их детей, детей тех, кто посмел замахнуться на мелких магов…
– Они же дети! – Воскликнула Дита, выступая из-за спины правителя. Но тут же была придушена цепью. Феос перекинул звенья вокруг ее шеи и натянул одной рукой, заставив осесть в его объятьях. Никакой магии, только холод железа.
Мэр онемел, хватая воздух ртом и не зная на что решиться: помочь девушке или не мешать демонстративному наказанию.
Как только Дита перестала сучить ногами и цепляться руками за ошейник, Феос отпустил ее. Он слышал слабое дыхание и был уверен, что сахарная ведьма оклемается. Он чуть улыбнулся, прочитав в мыслях советников неконтролируемый ужас и понимание, что владыка гневается. И радость, что гнев направлен не на них.
– Но мы можем воздержаться от взаимных обвинений. Маг воды исчез. И это меня злит. Вам известно, где он? – Феос распутал цепь и погладил девушку по голове.
Мэр Дэефинтис вытер лоб платочком, убирая мокрые пряди с лица, и отрицательно помотал головой.