Воробей. Том 2 (СИ)

— Не стоит благодарности, ваше императорское высочество. Я лишь исполняю свой долг.
Юный наследник престола вышел, я взглянул на Дагмар, и еще раз поклонился. Со смертью Николая все изменилось. Я больше не чувствовал в императрице дружеского участия. Мне было, в принципе, понятно ее стремление к участию в управлении гигантским государством. Однако же методы, которыми она пользовалась, были мне не по душе.
— От генерала пришло известие, что те образцы, которые были ему предоставлены, прошли испытания и удостоились высоких оценок, — изо всех сил избегая называть вещи своими именами, выговорила Мария Федоровна. — Теперь же они готовы приобрести не менее пятисот штук.
Я еще раз поклонился. Все это я уже знал. Веня Асташев держал руку на пульсе, и охотно делился новостями со мной.
— Однако же, генерал особо это подчеркнул: если количество будет больше заявленного, они не готовы платить по запрошенной цене.
— Значит, их будет ровно пятьсот, — пожал я плечами. Уж кому, как не мне было знать, что с вооружением принцип опта — чем больше объем поставки, тем ниже цена — не работает. Если французы хотят больше пушек, пусть будут готовы раскошелиться.
— Единственное еще что… — сделала вид, словно это только сейчас пришло ей в голову царица. — Он все еще в недоумении, почему цену вы указали в фунтах стерлинга, а не во франках. Платить же…
— Прошу меня простить, ваше императорское величество, — который уже раз согнул спину я. — Но и платить они станут в английских фунтах. Франк дешевеет. Пока товар доберется до Марселя, их деньги станут вдвое легче.
— Вот как? — вскинула брови женщина. — Откуда же вам это известно? Неужто и в Сибири интересуются международной экономикой?
— Там живут точно такие же люди, как и везде, ваше императорское величество, — пожал я плечами, сделав вид, будто не понял шутки. — И они интересуются тем же, чем и все остальные люди.
— Хорошо, — поджала губы вдова. — Я передам ваши уточнения генералу. Кстати, судно, которое заберет груз, через неделю уже прибудет в порт Одессы. Как быстро вы доставите туда требуемое количество?
— Оно уже там, — кивнул я. На самом деле, в одном из многочисленных складов морского порта дожидалось своего часа более двух тысяч стволов для пушек стандартного французского калибра. И я очень хотел, чтобы люди, которые станут забирать пушки, увидели это хранилище. Я надеялся, что генерал ле Фло, выступивший посредником между Республикой и Дагмар, узнав о нашем отказе снизить цены, больше даже не пытался со мной торговаться. В крайнем случае, сталь, которая пошла на эти пушки, может пригодится и для чего-нибудь другого. Танк на базе локомобиля Морицу Лерхе построю. Пусть бронированным чудовищем турок пугает…
— Хорошо, — приняв величественную позу, заявила императрица. — Вы славно потрудились. Пусть ваш… Асташев встретится с моим секретарем, и обговорит счета для перечисления средств.
— Непременно, ваше императорское величество, — пришлось снова кланяться. Было любопытно, станет ли Мария Федоровна платить подоходный налог со своей доли французских денег? И, если нет, то из каких средств Минфин погасит эту задолженность перед казной. За свои предприятия я не переживал. Мы принципиально платили все налоги и сборы. Хотя конечно, я мог, еще при живом Николае, выпросить себе послабления. Только не хотел.
— И еще, Герман, — блеснула глазами Дагмар. — Мне доложили, что первые аппараты этого твоего… телефона, уже принялись ставить заказчикам.
— Вполне возможно, — пожал я плечами, и торопливо добавил:
— Ваше императорское величество.
— Ну что ты, Герман. Мы ведь друзья. В частных беседах можешь называть меня по имени, как делал это раньше.
— Благодарю, ваше императорское величество. Но, боюсь, я не достоин такой чести.
И снова поклон. Глубокий. Членам правящей фамилии нельзя отказывать без того, чтоб спину не согнуть. Тем не менее, «дружить» с человеком, который легко разменял «верного рыцаря» на место в регентском совете, я не был намерен.
— Верно ли говорят, что этот твой телефон может передавать голос через весь город?
 
— Очень на это надеюсь, ваше императорское величество. Результаты экспериментов позволяют на это рассчитывать.
— Отчего же телефон еще не провели сюда, во дворец?
— Проект еще совсем нов, ваше императорское величество. Мне бы хотелось испортить вам впечатление от аппарата, который окажется хуже, чем от него ожидалось.
— И все-таки, Герман. Вели установить прибор в Зимнем. Ты же знаешь, как мне нравятся любые проявления научного прогресса.
— Будет исполнено, ваше императорское величество.
Еще один поклон. Не раз замечал, что среди придворных совсем немного толстяков. Конечно! Откуда им взяться, если целый день только и знаешь, что сгибаешь и разгибаешь спину. Тут, хочешь — не хочешь, завидный пресс накачается.
— Рада, что мы остаемся друзьями, Герман, — зачем-то на немецком выговорила Мария Федоровна, и сурово поджала губы.
Новый поклон. И я не стал ничего отвечать. Вру я плохо, неумело. А дерзить императрице равносильно самоубийству. Не в буквальном смысле слова, конечно.
— Не смотря на все, что произошло, — добавила Дагмар. — Ты все так же остаешься моим единственным верным рыцарем.
— Я не меняюсь, ваше императорское величество, — снова поклон. Это кривляние начинало раздражать.
Императрица дернула бровью, полыхнула в меня глазами, но ничего не ответила. Лишь жестом позволила мне удалиться. А я, только покинув ее кабинет, и плотно затворив за собой двери, смог вздохнуть полной грудью. Как же с ней всегда тяжело общаться! Как только бедный Никса с ней справлялся⁈
Пока возвращался на свое рабочее место, думал о телефонах. Вернее, об абонентах. Раз уж вдовствующая императрица заинтересовалась, значит, вскорости последуют и остальные. И я нисколько не сомневался, что хозяева тех особняков, куда уже успели установить первые модели аппаратов, успели похвастаться приобретением в салонах и на приемах. Все-таки, пока производство телефонов практически штучное, аппараты совсем не дешевое удовольствие. И это я еще об ежемесячных платежах не говорю.
В первую волну телефонизации столицы намечено подключение всего тысячи абонентов. Включая Великих князей Константина и Владимира, и Зимний дворец. Но, для обработки заявок на соединение, пришлось набрать и обучить тридцать девушек и десять мужчин с приятными голосами. И пусть жалование у живых АТС было не особенно высоким, но оно есть. И кто-то должен его мне компенсировать.
В принципе, я особо за прибылью не гнался. И даже аппарат с подключением в свой кабинет в Эрмитаже сам, из своих средств, оплатил. Это Вернер Сименс не слишком верил в телефонизацию всего мира, считая аппарат не более чем модной забавой для богатых аристократов. Но я-то знал, что этот процесс уже не остановить. С того момента, как две дамы начнут по телефону обсуждение вечернего наряда третьей дамы, совместное изделие одного немца и итальянца начнет победное шествие по крупным городам мира.
В приемной меня уже поджидал Сандалов. Интересный тип, кстати. Пишет, как курица лапой. Его записи другим совершеннейшее невозможно прочесть, благо хоть сам свои каракули понимает. Зато память у него, как у компьютера. Пока не скажешь забыть, все помнит. Я ему и чин, и должность при своем кабинете организовал за то, чтоб он моей памятью работал. Идеальный секретарь бы из него вышел, не будь он таким отвратительным писарем. Все же иногда я и распоряжения надиктовывал, а как их потом набело переписывать, если никто эти иероглифы разобрать не в силах⁈
— Сандалов, — кивнул я чиновнику по особым поручениям.
— Ваше высокопревосходительство, — почтительно склонил кудрявую голову Сандалов. — Вы давеча изволили приказать напомнить…
— Да-да, — поморщился я. Бесит иногда это их словоблудие. Убрать из речи эти вот чинопочитания, так предложения вдвое короче станут. Не меньше. — Пойдем.
Вошел в кабинет, дождался, когда туда же прошмыгнет мой «компьютер», и жестом велел ему плотно закрыть дверь.