Волшебная эволюция
Покрытый ярко-оранжевым ворсом с черными точками «сверток» медленно ворочается из стороны в сторону на дне гнезда, удивительно правдоподобно имитируя гусеницу, достойную отдельного внимания: эта двенадцатисантиметровая гусеница — она еще не получила названия, поскольку до сих пор не изучена, — действительно покрыта длинными оранжевыми волосками с черными точками; наполненные ядом волосковидные чешуйки делают гусеницу абсолютно несъедобной. Чтобы заставить хищников поверить, что он так же ядовит, птенец закрывает глаза и копирует телодвижения и повороты головы пушистой гусеницы, так что узнать в нем птенца практически невозможно.
Когда в гнездо возвращается мать с добычей, поначалу ничего не происходит, маскарад продолжается. Но стоит матери издать кодовый звук, как «гусеница» открывает глаза, и уже мгновение спустя перед нами обыкновенный жадный птенец с клювом. Мать кормит птенца, он наедается, а когда мать снова улетает, он перевоплощается обратно в «гусеницу». Это удивительное поведение было задокументировано лишь однажды благодаря колумбийским исследователям, которым удалось обнаружить в перуанской части Амазонии гнездо с двумя яйцами серой аулии. Одно из яиц так и осталось лежать, а из второго неделю спустя вылупился птенец. Ученые наблюдали за гнездом целый месяц, то есть все время, пока птенец-«гусеница» не вырос и не покинул родное гнездо. Исследователи обратили внимание, что птенцы серой аулии взрослеют гораздо медленнее, чем другие похожие тропические птицы; вероятно, именно поэтому в раннем возрасте им особенно важно иметь эффективный механизм защиты от хищников. В других регионах мира невозможно найти ядовитых гусениц и птенцов одного размера, и в той же Норвегии длинный оранжевый ворс вряд ли смог бы отпугнуть голодного хищника. Большинству птенцов приходится довольствоваться своей птичьей внешностью, поскольку вокруг нет подходящего примера для подражания.
Ночным бабочкам, ужасным листолазам и серым аулиям мимикрия помогает выжить. Млекопитающий паук Toxeus magnus спасается от хищников схожим образом: он маскируется под муравья, способного защищаться с помощью муравьиной кислоты. Однако некоторые притворщики преследуют гораздо более коварные цели.
У жуков-светляков (их еще называют огненными мухами и червяками Иванова дня, хотя на самом деле они не относятся ни к мухам, ни к червям) в задней части тела расположены органы свечения, лантерны. В этих органах происходит химическая реакция, в ходе которой энергия выделяется в виде света. Большинство светляков используют свои «фонарики» для привлечения партнеров, но существует один вид, который таким образом охотится.
В горах Грейт-Смоки-Маунтинс, в американском штате Теннесси, июньский вечер медленно сменяется ночью. Солнце скрывается за одним из лесистых холмов; в сумерках ярко-зеленая листва кажется темно-серой. С угасанием небосклона в зарослях появляется необычное свечение. Одна за одной происходят крошечные вспышки, и вскоре весь темный лес переливается мерцающими огоньками, наполняющими воздух и траву. Настало время ежегодного брачного танца американского светляка Photinus carolinus, которого я за неимением норвежского имени [12] назвала синхронным светляком, по аналогии с английским synchronous firefly.
В синхронизированном свечении участвуют только самцы, которые следуют определенному ритму: от четырех до восьми ярких вспышек за полсекунды, затем пауза продолжительностью от шести до девяти секунд. Самец продолжает мигать в этом ритме до тех пор, пока не привлечет внимание самки. Светляки синхронизируют свои вспышки со вспышками других самцов, чтобы не мешать друг другу в ожидании отклика самок между интервалами вспышек. У самок нет крыльев, они сидят в траве (возможно, поэтому светляков иногда называют червяками Иванова дня, ведь внешне самка немного напоминает гусеницу или червя). Если самке нравится какая-то из вспышек, она направляет световой ответ — однократную вспышку ровно через три секунды после последней в интервале вспышек самца. Получив ответ, самец опускается в траву и спаривается с самкой.
На беду самцов, в этот вечер на лугу собрались не только светляки вида Photinus carolinus. Между желанными самками расположились и опасные самки другого вида, а именно Photuris, в норвежском и английском вариантах получившие говорящее название — «роковые женщины» [13]. Они сидят в траве и ждут, пока самцы синхронных светляков отправят свой характерный световой сигнал, после чего «роковые» самки отправляют ложный однократный сигнал, ровно через три секунды после последней в интервале вспышек самца. Самец видит ответный сигнал и решает, что ему удалось привлечь внимание потенциальной партнерши. Но стоит ему опуститься на траву, как он попадает в лапы поджидающей его «роковой женщины», которая намного крупнее его самого. Она тут же атакует. Она собирается съесть его: во-первых, чтобы поужинать, а во-вторых, чтобы получить особое вещество — люцибуфагин. Этот защитный стероид отпугивает пауков и других хищников. Если паук кусает синхронного светляка, из раны выделяется белесая жидкость, гадкая для паука на вкус, и он тут же бросает жертву. Когда же самка Photuris поедает самца Photinus carolinus, она получает эти защитные свойства для себя, благодаря чему также может защищаться от пауков.
Синхронные светляки пользуются простым мнемоническим правилом: если до ее однократной вспышки прошло три секунды, значит, она мой сородич. Вероятно, ложные сигналы у светляков Photuris развились из «базового» свечения лантернов, которое активизируется во время посадки и взлета. Возможно, изначально именно этот обыденный «сигнал активности» случайно привлекал синхронных самцов, однако со временем стратегия «роковых» самок стала более целенаправленной. Самки Photuris умеют варьировать время вспышек, чтобы заманивать самцов разных видов светляков. В 1975 году биолог Джеймс Ллойд провел эксперимент с использованием небольшой лампы, имитирующей свечение самца светляка. Он пришел к выводу, что «возможности мозга светляков превосходят предполагаемые ранее».
Поскольку неукоснительное следование простому мнемоническому правилу неоднократно оборачивалось трагедией, самцы Photinus carolinus стали крайне подозрительными. Они предельно осторожно оценивают обстановку, прежде чем приблизиться к самке, хотя им не терпится найти партнершу. В ходе одного из наблюдений Ллойд зафиксировал случай, когда самке Photuris удалось поймать лишь двенадцатого по счету самца, тогда как первые одиннадцать не поддались на ее уловки.
Но даже когда самец попадает в лапы «роковой» самки, он может защитить себя. При нападении вытекающая из раны жидкость (отнюдь не безобидная) сворачивается так быстро, что забивает рот захватчицы клейкой массой. Если самцу удается вырваться до того, как самка избавится от «кляпа», он спасен, и многие самцы остаются в живых именно благодаря такому побегу. Успешность попыток коварных самок Photuris относительно низкая, так что им не так уж выгодно продолжать отправлять ложные сигналы, а значит, самцы Photinus carolinus могут рассчитывать на надежность старого доброго правила. Возможно, в будущем самки Photuris обзаведутся каким-нибудь способом противодействия липкому оружию самцов, что станет для самок новым преимуществом в непрекращающейся гонке вооружений этих двух видов.
Глава 12
Паразиты-манипуляторы
Паразит — это организм, питающийся за счет другого живого организма. Когда в теле животного поселяется паразит, напряжение в гонке вооружений возрастает до предела, однако паразиты участвуют в этой гонке несколько иначе, чем остальные игроки. Как правило, паразиты максимально заинтересованы в том, чтобы их хозяин оставался в живых.
