Голубой шар судьбы (СИ)

Андрей снова рассмеялся и покачал головой на слова друга, а я закатила глаза. Ну вот вроде взрослые мужики, ещё и сотрудники МВД, а ведут себя, как дети.
— Дядя Андрей, а вы с нами поедете за новым шаром?
— Нет, малышка, я буду работать.
— Я не малышка! — насупилась дочь.
— Прости. Конечно же, нет. Ты совсем не малышка. Вон какая уже большая и, наверное, самостоятельная, маме помогаешь.
Дочь активно закивала, а потом призналась:
— Помогаю, но иногда ленюсь.
— Но маму-то всегда слушаешься? — спрашивает Вадим.
И Уля снова активно кивает, а я вот думаю, может это признание записать? Ну чтобы напоминать о нём, когда дочь телевизор отключать не захочет или идти спать.
До садика доехали быстро, и я даже не успела замёрзнуть. Интересно, а если попрошу, ещё на работу отвезти меня это наглость будет? Хотя не стоит. А то Вадим неправильно ещё расценит мою просьбу, и точно от него не отстану.
— Вадим, ты можешь меня дождаться? Надо поговорить.
— Зачем ждать? Я с вами пойду. — этот непробиваемый мужчина жмёт руку другу, — спасибо, что подвёз. Увидимся!
И выскочив из машины первым, помог и нам с Улей выбраться.
В садик мы шли втроём, дочь и Вадим довольные, а я…
А я была в гневе! Ну что ему мёдом около нас намазано? Почему никак не отлипнет? А в группе от любопытных взглядов других родителей и спешащей к нам воспитательнице, так вообще пожалела, что нельзя всё отмотать на вчерашний день. Я бы сделала всё возможное, чтобы не встречаться с этим мужчиной никогда!
— Здравствуйте! — лилейным голосом пропела воспитательница.
— Доброе утро. — ответила я и начала раздевать дочку, что сегодня было особенно сложно: Уля крутилась больше обычного, показывала всё новому знакомому, а также представляя его своим друзьям.
— Это дядя Вадим, он полицейский! И сегодня мы приехали на настоящей полицейской машине!
Столько радости и гордости в голосе дочери я ещё никогда не слышала. И мужчина рядом стоит, самодовольно улыбается. Бесит. Вот честное слово! Как, по его мнению, я буду объяснять дочери, что эта поездка была разовой акцией? И что с дядей Вадимом мы больше не увидимся?
В то время, пока я пытаюсь раздеть дочь, “танк” по имени: Вадим прёт дальше — он вовсю знакомится с воспитательницей, представляясь другом семьи! Друг семьи? Серьёзно? Одна поездка на автобусе и одна — на машине, уже делает людей друзьями? Безумно хочется быть грубой с этим “другом”, но присутствие дочери и лишних свидетелей не позволяют. Поэтому я с облегчением выдыхаю, когда заканчиваю переодевать дочь.
Уля обнимает меня на прощание, машет рукой Вадиму и счастливая убегает в группу, а я хватаю мужчину за руку, тащу его на выход.
— Чего вы добиваетесь? — накидываюсь на него, как только мы оказываемся на улице. — Зачем приехали утром и попёрлись со мной в садик? Вам, что скучно живётся и вы нашли себе развлечение?
— Нет. — хмурится мужчина. — Вы вовсе не развлечение, Маргарита.
— Тогда что вам надо? Почему не отстанете от нас?
С каждым моим вопросом мужчина становился всё хмурее, но отвечать не спешил. Тяжело вздохнув, я попыталась успокоиться.
— Ладно, сделаем так, сегодня приезжайте сюда к шести, забираем Улю из садика, едем в центр за этим чёртовым шариком, и потом вы нас оставляете навсегда в покое! Мне не нужно, чтобы ребёнок к вам привыкал!
— Нет. — резко отвечает Вадим. — Ничего страшного не случится, если вы с Ульяшкой ко мне привыкнете. Пошли к остановке, пока не замёрзла.
— Да как же вы не понимаете!
— Я-то как раз всё отлично понимаю, в отличие от тебя, Цветочек, но ты не переживай, придёт время и ты всё обязательно поймёшь.
Мало того что намекнул на мою глупость, он ещё по носу пальцем щёлкнул! Как маленького несмышлёного ребёнка!
— Вадим!
— Пошли скорее, вон уже замёрзла вся. Надо было такси вызвать. — сокрушаясь качает головой мужчина. Теперь уже он хватает меня за руку и ведёт в сторону остановки, но резко остановившись спрашивает. — Или нам к метро?
— На автобус, — с неохотой признаюсь, — опять провожать вздумали?
 
— Конечно, Маргарит.
Я и правда успела продрогнуть. Трясущейся от холода рукой попыталась поправить шарф, укутываясь ещё больше в него, но получалось не очень удачно: пальцы рук совсем не слушались.
Вадим притормозил меня, и встав напротив, поправил шарф, укутывая меня плотнее.
— Где твои перчатки?
— Потеряла, всё забываю купить новые.
Вадим покачал головой на мои слова. Поймал одну мою ладошку, растёр своими горячими ладонями и одел на неё свою перчатку, потом проделал эти же манипуляции со второй ладонью.
— А теперь прячь их скорее в карманы, и пойдём к остановке, пока ты окончательно не замёрзла.
— Спасибо. — тихо пробормотала и пошла за Вадимом в сторону остановки.
От его заботы я почувствовала неловкость и думала хуже быть не может, но как же сильно ошибалась! Что может быть хуже битком забитого автобуса? Только поездка в этом автобусе с незнакомым, навязчивым мужчиной!
Вадим прижимал меня вплотную к себе, огораживая от других пассажиров. И всё бы ничего, если бы мужчина не рассмаривал меня так пристально! Его лицо находилось от моего в каких-то жалких сантиметрах. Я чувствовала тёплое дыхание, а от сканирующего взгляда, щёки начинали гореть. Я старательно отводила взгляд в сторону, рассматривала всё что угодно, лишь бы не смотреть на мужчину, но всё равно периодически встречалась с тёплым взглядом голубых глаз.
— Марго или Рита? — неожиданно спросил Вадим.
— Что?
— Как тебя зовут друзья? Марго или Рита?
— Рита.
— Я так и думал несмотря на твои колючки, Рита тебе больше подходит.
Хотелось избавиться от неловкости. Что-нибудь сказать или спросить, но вся проблема в том, что я совершенно не умела находить общий язык с незнакомыми людьми. Я очень долго вливаюсь в новую компанию.
А Вадиму видно было комфортно и так. Смотрел на меня и улыбался.
— Почему вы улыбаетесь?
— Радуюсь, Маргаритка, радуюсь.
Уточнять, чему он так радуется, не стала. Попыталась отодвинуться, но стоявшая сзади женщина, толкнула локтем мне в спину, даже через толстый пуховик было больно.
— Ну вот что ты елозишь, Цветочек, не укушу тебя. — а потом привлёк внимание этой женщины. — Будьте аккуратней, пожалуйста.
Та что-то проворчала насчёт того, что я сама виновата, и вообще понаехали тут из глубинок в культурную столицу, омрачаем прекрасный облик города своим варварским поведением.
Вадим мотнул головой и приблизился, чтобы прошептать на ухо:
— Будто в осиный улей палкой ткнули. Реакция такая же.
А я замерла, чувствуя тёплое дыхание и вкусный аромат мужского парфюма на своей коже. От уха и ниже по шее побежали мурашки, даря приятный трепет.
— Я как-то раз случайно на даче задел улей, и осам это совсем не понравилось. — продолжал шептать Вадим, из-за чего у меня глаза прикрылись от сладостных ощущений. — Ритка, я таким красавчиком был. Ты бы видела! На следующий день надо было на заседание суда явиться. И вот представляешь, пришёл весь такой опухший. Меня пускать не хотели, думали: бухал. Рит, а я не пью, между прочим. Вот совсем. Обидно было. И на протяжении всего заседания судья таким брезгливым взглядом на меня смотрела.
Я чувствовала, как он улыбается. И сама улыбнулась в ответ.
— Ритка, мне потом этот случай на работе ещё пару лет припоминали, а та судья до сих пор, принюхивается, когда видит меня! — Вадим мягко рассмеялся, щекоча своим дыханием.
А мои ноги предательски подогнулись, пришлось схватиться за мужчину, повиснув на нём. Стало так неловко, отвернувшись, я спрятала лицо на мужском плече. Вадим положил ладонь мне на затылок, прижимая ближе к себе и легонько поглаживая.
— Мало того что грубияны, так ещё и развратники. — проворчала та женщина. И я засмеялась громко и звонко, словно плотину прорвало.
Я чувствовала, как тело мужчины тоже сотрясается от смеха. Объявили остановку, люди начали толкаться, пытаясь продвинуться к выходу, Вадим прижимал к себе и отворачивал от потока, защищая от локтей.