Божественная бездна

– Что, герой, придумываешь лучший способ красивого самоубийства? – игриво улыбаясь, подошла ко мне вчерашняя девушка, уже раздобывшая где-то рубаху. Хотя уже второго взгляда хватило, чтобы понять: это бывшие штаны с прорезью для головы.
– Не понимаю, о чем ты? – коротко ответил я.
– О, значит, как спать со мной – нормально, а поговорить тебе гордость не позволяет? – криво усмехнулась девушка. Ее некогда красивое лицо было обезображено кривым шрамом, идущим через щеку и губу. Возможно, только поэтому ей и не надели золотой ошейник. – Ты такой милый, что прямо челюсти до зевоты сводит. К тому же, если и в самом деле хочешь сбежать, смотришь совершенно не туда.
– Край стены – вот он. Рукой подать. Ни нормальных патрулей, ни колючки… и ловушек не видно, – нехотя заметил я, признавая истинность ее догадки. – А в пропасти живут монстры, смысла туда смотреть нет.
– Вот только это Бездна, а не пропасть, – улыбнулась якудза, садясь рядом на согретый солнцем камень. – Орки говорят, что у нее и в самом деле нет дна. Она ведет в центр мира, где живет бог.
– Что за бред? Какой еще бог?
– Исполняющий любые желания. Абсолютно. Если у тебя хватит сил туда добраться. Не знаю, может, это байки отчаявшихся заключенных, но уж лучше верить в такое, чем идти на откровенное самоубийство, – заметила девушка, махнув рукой на стену. – Думаешь, ты единственный, кто мечтал перебраться наверх и нашел короткий путь через яму? Зря я, по-твоему, лезла на самый верх?
– Не тяни кота за лапку. Есть что сказать – говори уже.
– Магия, – фыркнула девица, демонстративно поливая себя холодной водой из фляги и стирая со щеки чужую засохшую кровь. – Хочешь, попробуй на своей шкуре, бои будут идти до обеда, сможешь вдоволь насладиться давлением. На пару сантиметров выше последнего узла – и оно чуть не валит с ног.
– Проверю, – ответил я девушке, не собираясь доверять на слово. – Обязательно. Одного понять не могу, какого черта ты мне все это рассказываешь? Вон сколько разной мрази попало в рабские сети. От наших гопников до… якудза.
– Ты хотел сказать шлюхи-якудза? – рассмеялась девушка. – Вы, ублюдки, считающие себя цивилизованными, такие милые. Пока у вас есть возможность срать всем на голову. Вот и ты, милый, не убьешь же слабую девушку, с которой разделил еду, постель и нереализуемый план побега?
– Да иди ты, я даже твоего имени не знаю. А кандидат номер один в трупы у меня вон та толстая жопа, что каждый день на нас сверху плюет, – покосившись на надсмотрщика, решил я. – Нужно только сделать это быстро, ночью.
– В сладких снах, – согласно кивнула собеседница. – Как думаешь, каких баб он предпочитает? Или больше по мальчикам?
– Мне-то откуда знать? Если хочешь, выясни. Может, заодно разузнаешь, как можно пробраться через барьер, если он и в самом деле есть, – уже собравшись снова уйти на арену, я обернулся. – Куда, по-твоему, надо смотреть, если не на стену?
– Химари. Меня зовут Химари, – сказала якудза, тоже поднявшись и показав на едва заметную белую точку, парящую в бездне. – Замок распорядителя, там собираются группы и одиночки, планирующие штурмовать Бездну.
– Откуда ты столько знаешь?
– От Гурроса, десятника орков, которого ты вчера прикончил, – лучезарно улыбаясь, сказала Химари, но сейчас она повернулась ко мне половиной со шрамом, отчего улыбка превратилась в хищный звериный оскал. – Так что сейчас мне придется искать новый источник информации. К тому же ты подсказал хорошую идею. Выгляди гордым, пока можешь.
– Я Ник, Никита, – успел сказать я вслед приодевшейся девушке, но та лишь махнула рукой с выставленным средним пальцем. Хорошенькое же у нее мнение о том, как казаться слабой девушкой, чтобы тебя не прибили. С другой стороны, я в любом случае не собираюсь с ней драться, на сегодня свое я уже отсражался. Я свалю отсюда, чего бы мне это ни стоило.
В яме опять шла драка, орк-громила бил едва живого фавна, отбрыкивающегося и пытающегося залезть на веревки, откуда его со смехом спиннывали зрители. Отвратительное зрелище меня совершенно не привлекало, а вот проверить слова Химары требовалось немедленно. Магия – какое-то жуткое дерьмо, не поддающееся никаким законам физики или логики, в чем я убедился еще во время нашего похищения. Но хоть какие-то закономерности у нее должны быть.
 
– Эй, куда прешь?! – возмутился жилистый зеленокожий боец, когда я пролез прямо по нему наверх, отвечать придурку, с явным восторгом наблюдающему за бойней, я не собирался и просто карабкался дальше. Когда до горлышка колодца оставалось полметра, накатила слабость, руки начали сами разжиматься, и я едва не рухнул вниз.
До скрипа сжав зубы, подтянулся еще немного, и, поняв, что теряю сознание, прилип к веревке, глядя вниз. Боль и слабость не уходили, накатывая волнами, с каждой секундой становясь все сильнее. Даже поднять голову было сложно, но я все же сумел это сделать, встретившись с насмешливым взглядом надсмотрщика, помахавшего мне рукой. Тварь. Все понимает, знает, что в полной безопасности, и издевается.
Ничего. Способ должен быть. Не бывает неприступных крепостей. Не существует такой горы, которую не покорил бы настойчивый человек с хорошей подготовкой. Даже сейчас, будь у меня старенький лапоть с глушаком, повалил бы и этого придурка, и всех его дружков. Просто я слишком узко мыслю. Слишком однозначно. Нужно отринуть уже привычные схемы, охватить ситуацию шире. Если бы эти укрепления строил я, как поступил?
Чертыхаясь, я дождался, пока орк ожидаемо победит, после чего спустился и вышел вслед за трупом, который тут же выкинули в бездну. Вот только мне преградила дорогу группа зеленокожих клыкастых здоровяков.
– На, – сказал самый могучий, протягивая мне странно знакомую мешковину явно не первой свежести. – Это твое.
– Какого рожна вам надо? – краем глаза я отметил стоящую неподалеку бочку с оружием, если что, успею достать оттуда что-то колюще-режущее. Все повысит шансы против толпы. – Хотите подраться, идите в яму и убейте какого-нибудь придурка.
– Не уважаешь жертвы? – нахмурился старший, оглянувшись на сородичей. – Они отдали свои жизни, чтобы наступил новый день. Гуррос был ссыкливым задирой, но он придерживался слов братства. Его вещи твои. Забирай и продолжай жить и помнить. Сколько бы тебе ни было отведено. Надсмотрщик Двагли сломает тебя, если ты сам не примешь решение. Забирай, чтобы завтра настал новый день.
– Что за бред вы все несете? – нахмурился я, но орк, не став отвечать, бросил кучку вещей передо мной – и они ушли. Что-то все же сподвигло меня порыться в тряпках, которые не так давно я бы посчитал откровенным мусором.
Рубаха, явно не моего размера, имела даже завязки для регулировки. Но куда более ценным оказался завернутый в нее короткий каменный нож. С какой стати им дарить оружие? Какое братство, и о чем они говорили? В любом случае рубаха мне и в самом деле пригодится. Да и от носков с ботинками я бы не отказался.
Надевать ее в грязном состоянии я не собирался, но под боком всегда была бездонная фляга, так что, быстро и тщательно простирав вещи, я положил их сушиться на камни. Оставшийся день прошел в попытках найти способ выбраться. Девушка куда-то запропастилась, орки говорить отказались, а вчерашний огр взглянул так, что я решил и в самом деле прийти завтра. Если оно настанет.
Вечером пришлось напомнить фавну о завтрашнем дне и бое. Но в этот раз он, взглянув на рубаху, уже не так активно сопротивлялся. После плотного ужина, а я сожрал все, что было, до последней ложки, как и советовала девушка-якудзе, лег спать поближе к ямам, чтобы не пришлось далеко идти за оружием. И уже сквозь сон до меня донеслась фраза надсмотрщика.
– Завтра будет новый день! – И почти сразу за ней другая: – Подъем! Вставайте, нежить, начался новый день. Подъем!
– Как? – ошарашенно вскочил я, глядя на мрачную Химару, стоящую неподалеку. – Что за бред?! – сквозь стучащую в висках кровь пришел самый простой, но страшный ответ: магия.