Божественная бездна

Стараясь не думать ни о чем, кроме выживания и возвращения сестры, я старательно долбил стену до самого конца смены. Нас подняли, когда солнце уже начало уходить за горизонт, но к тому моменту в котомке на поясе уже лежало несколько камней, в которых сумка все же подтвердила наличие руды.
– Что у тебя? – громко спросил здоровенный зеленокожий детина, когда подъемник со скрипом поставил меня на крошечный уступ. – Выворачивай сумку, иначе проломлю череп.
– Пошел к черту, орк, – ответил я, перехватывая поудобнее кирку.
– Смелый, значит? – хохотнул вымогатель и достал из-за спины тесак. – Посмотрим, как ты запоешь, падая в Бездну. Птичка.
 
Глава 3
 
– Что за шум, а драки нет? – подался вперед надзиратель. – Где драка, я вас спрашиваю? Яма?
– Яма! Яма! Яма! – воодушевленно принялись скандировать заключенные. Не люди из прибывших вместе со мной, те, наоборот, пытались протиснуться мимо незамеченными, пока на них не обращали внимания. Такие же, как я, уставшие, обшарпанные и голые. Орали те, кого я смело мог назвать орками, ограми и фавнами. Фантастические твари – во всех смыслах. Они работали во время нашего прибытия, и потому мы не встретились днем. Сейчас же от разнообразия рас рябило в глазах, и вымогатель скалился, понимая, что мне нехорошо.
– Да! Яма! – вскричал он, глядя прямо на надзирателя. – Для всех! Я порву этого щуплого недоноска!
– Вы больные на всю голову уроды, – сказал я, но мое мнение, похоже, уже никого не интересовало. Хотят драки, получат. Толпа старичков окружила меня и орка, выдавливая к полукруглому лазу и бочкам с оружием. Противник привычным движением сунул руки в вонючую жижу и вытащил два почти одинаковых топора. Я тоже особо не раздумывал.
Все мы в детстве дрались палками, изображая мечи, кинжалы или копья, но это ни в какое сравнение не шло с подготовкой по рукопашному бою в армейской учебке. Вот только выходить против умелого бойца с ножом – то еще извращенное самоубийство, а потому я выбрал короткое копье, самое близкое по габаритам к автомату «Калашникова» оружие. Если он, конечно, со штыком.
– Никто из ваших не продержался и одного раунда, – усмехнувшись, сказал орк. – Сегодня у моего племени будет легкая победа и достойный ужин.
– Вы что, едите проигравших? – спросил я, на что получил презрительный взгляд и плевок сквозь зубы. Судя по всему, он принял это за оскорбление. Хорошо, может, они не такие варвары, как кажется. А может, строго наоборот, и я просто утешаю себя.
Черт, яма и в самом деле оказалась именно ямой и ничем больше. Выдолбленное в скале углубление, посыпанное мелко покрошенными камнями. Метров двух в радиусе. Вместо мест для зрителей веревки по обеим сторонам. А на самом верху еще два метра стены, над которыми уже сидят жующие и сплевывающие вниз кости дварфы.
– Во имя Матери Бездны можете начинать, – не выпуская изо рта куриной ноги, приказал надсмотрщик. От вида еды в животе заурчало, но мне быстро стало не до нее.
– Эх-ха! – крикнул орк, раскручиваясь в боевом танце. Красивом, даже завораживающем. Но совершенно лишнем. Коротким коли, длинным коли. Еще в учебке инструктор дал понять: вся акробатика, хитровыжеванные приемы и прыжки с приседаниями – совершеннейшая глупость. Лишняя трата энергии и сил, которые можно применить для не эффектного, но эффективного удара или контратаки.
Вот и сейчас орк, закручиваясь, половину времени оголял спину и шею, почти не видя меня между атаками. Подшаг вперед. Принять первый топор на древко, вывернуть и тут же ударить в ответ. Гад успел отскочить только потому, что вместо привычного магазина, которым я уже разбил бы ему лицо, зияла пустота. Не давать врагу опомниться. Шаг – коли!
– Ты чего, Гуррос?! Вали этого дрыща! Мочи новеньких, чтоб место знали! – взорвалась криками толпа, но орк больше не спешил. Наоборот, он внимательно смотрел на мои движения, выгадывая амплитуду. Верно. Любая атака – это в первую очередь движение ног. Этому нас тоже учили, тех, кто хотел и выбирал вместо положенного выходного тренировку со старым полканом.
 
– Арргх! – зарычал орк, делая вид, что бросается вперед. Я инстинктивно ответил ударом, и когда наконечник вспорол пустоту, едва успел отпрыгнуть, пропуская перед лицом два сходящихся лезвия топоров. Руки врага будто вытянулись в полтора раза, грудью он едва не напоролся на мое оружие, и я ответил собственной контратакой.
Штык, увести атаку противника, приклад. А, черт, нет приклада, нет магазина, баланс у оружия совершенно другой. Только и остается, что колоть, отступать и наступать снова. Натиск противника, понявшего мою беспомощность с непривычным оружием, усилился. Лезвия с гудением потрошили воздух, топорищем он отбивал древко в сторону, не позволяя защититься, выходя на короткую дистанцию.
То, что надо. Я сделал еще полшага вперед, выпуская из рук копье, и провел короткую комбинацию. Челюсть, солнышко, шея. Противник отшатнулся, теряя равновесие, и взмахнул руками, раскрываясь еще больше. В ход пошли ноги, с пятки ударил под колено. А, зараза, как больно-то без привычных армейских ботинок. Не останавливаясь, схватил его руку и дернул на себя, выворачивая и заводя за спину.
Орк зарычал, дернувшись вперед и разорвал себе при этом сухожилие в плече. Правая рука повисла плетью, но он с горящими глазами бросился на меня, совершенно забыв о тактике и даже о тех варварских приемах, что применял в начале боя.
Шаг вперед, поймать руку с топорищем, бросить через себя, поворот и фиксация. Орк выл, бил ногами, но на сей раз я не спешил отпускать руку. Он заслужил того, чтобы остаться калекой на всю жизнь, достаточно не просто вырвать руку из сустава, надо вывернуть, надавив коленом, и открытый перелом обеспечен.
– Убей! Лучше убей! – взвыл орк, дергаясь в захвате. – Не надо. Не оставляй меня в живых! Лучше убей! Проигравший на арене теряет вчерашний день! Убей!
– Как скажешь, – зло бросил я. Нужно было переломать этому уроду руки и ноги, бросив его на самое дно рабской иерархии, но, проявляя милосердие, я перехватился и одним резким движением свернул зеленокожему шею. На секунду перед глазами вновь появилась магическая надпись, но я не успел ее прочитать. Орк вздрогнул и затих с блаженной улыбкой на лице. – Так будет с каждой мразью, что на меня полезет! Не сравнивайте себя с людьми, уроды!
– Ты победил, – сплюнув на арену, сказал надсмотрщик. – Убил прошлого чемпиона, а значит, выйдешь на арену завтра, вместо смены. Так будет даже интереснее. Посмотрим, сколько ты продержишься, пока не начнешь не просто убивать а испытывать от этого жгучее наслаждение. Тело в бездну. Разойтись! Вон, скоты!
Уже не обращая внимания на происходящее внизу, дварф лениво поднялся, чтобы уйти, а я все смотрел наверх. Веревки. Почти до края стены, а там, дальше, два метра – и свобода. Это вам не отвесная скала над Бездной и не десять метров над подъемником. И все же такую уязвимость не могли оставить нечаянно. Хотя, может, слишком обленились? Может, здесь нужно было сто стражей и десять надсмотрщиков на стену, а не эта горстка дварфов и один появившийся только утром эльф. Будь этот мир нормальным – путь для побега был бы очевиден.
– Чертова магия, – вдоволь насмотревшись, я вышел наружу, тело погибшего и оружие уже убрали. Орки смотрели на меня с ненавистью, но прямых действий против пока не предпринимали. Уже хорошо. Выстояв длинную очередь, я сдал найденные камни.
– Шлак. Ничего не стоит, – фыркнул седой дед с длинной бородой. Тот самый, что утром выдавал страховки. – А за победу кормежка тебе положена. Держи. – С этими словами он протянул миску со странной серой субстанцией, в которой что-то плавало. И при этом шевелило ножками. Твою мать. Нет, мы, конечно, ели кузнечиков, нам всякое показывали, но вот так.
– Эй, рогатый, выдай обалдую нормальной еды, – сказал басом идущий за мной огр, по крайней мере, я для себя этого гиганта под два с половиной метра, с двумя головами, обозначил именно так. – Завтра будет новый день.