Владимир Мономах, князь-мифотворец

Действительно, под 1134 г. мы находим в летописях сообщение о том, что «Юрий испросил у брата своего Ярополка Переяславль, а Ярополку дал Суздаль и Ростов, и прочую волость свою, но не всю» {306}. Но для чего же Юрий мог добиваться изгнания Вячеслава из Переяславля? Если посмотреть на эти усилия в контексте предположения о том, что «ряд» был призван устранить от наследования киевского стола сыновей Мономаха от его второго брака, ответ становится очевиден. Компромиссное решение, предложенное Ярополком в 1132 г., отнюдь не снимало с повестки дня эту проблему, а вокняжение Юрия в Переяславле, который он на сей раз попытался добыть не оружием, а ценой территориальных уступок, гарантировало его право на наследование киевского стола, тем более что Переяславль, как мы говорили выше, в XII в. стал вторым по значению городом Южной Руси.
Из Новгородской 1 летописи мы знаем, что как раз в 1134 г. обострились отношения Юрия с Всеволодом Мстиславичем, так как «начали говорить о Суздальской войне новгородцы» и «в том же году ходил Всеволод с новгородцами, хотя брата своего посадить в Суздале, и возвратился на Дубне опять», а Изяслав «пошел к Киеву и раздралась вся земля Русская». По всей видимости, первая фаза военных действий, имевшая целью передачу Суздаля Изяславу Мстиславичу, являлась местью Юрию за изгнание Всеволода из Переяславля. Однако эта фаза закончилась безрезультатно: Изяслав был вынужден вернуться назад. Вторая фаза кампании против Юрия была предпринята зимой 1134/35 г., когда «пошел Всеволод на Суздаль ратью и вся новгородская область месяца декабря в 31-й день», и 26 января «бились на Ждане горе и много зла сотворили», и потом «заключив мир, пришли опять» {307}.
Свидетельства о надвигающейся войне с Новгородом делают понятным тот факт, почему в 1134 г. Юрий предпочел отказаться от Суздаля и Ростова в обмен на Переяславль, однако его вокняжение здесь не принесло спокойствия «Русской земле». Против выступили Ольговичи, и это на первый взгляд может вызвать недоумение, если иметь в виду, что обмен волостями произошел внутри клана Мономашичей. Внести ясность в этот вопрос позволяет подробный рассказ Ипатьевской летописи: «…Пошел Ярополк с братией своей, Юрием и Андреем, на Всеволода, на Ольговича, и взял около города Чернигова села. Всеволод же не вышел биться против, потому что половцы еще не пришли к нему. Ярополк же постоял несколько дней у Чернигова и возвратился в Киев, распустив воинов своих, а с Всеволодом никак не уладился, ни мира с ним [не] сотворил. И половцы пришли к Всеволоду. Всеволод же с братией своей и с Изяславом и Святополком Мстиславичами пошел, воюя, по селам и городам Переяславской волости, и людей убивая. И даже до Киева пришел, и Городец зажег на святого Андрея день».
С помощью Ольговичей Мстиславичи решили отстоять права на Переяславль, полагавшиеся им по «ряду Мономаха». Впрочем, в этом конфликте Ольговичи преследовали и собственную цель, предъявив Ярополку требование: «Что наш отец держал при вашем отце, того же и мы хотим» {308}. По общему мнению историков, сыновья Олега Святославича требовали у киевского князя возвращения территорий, которые были утрачены ими в 1127 г., после перехода Изя слава Мстиславича на полоцкий стол, то есть Курска с Посемьем {309}, по всей видимости присоединенных к Переяславскому княжеству.
«Той же зимой [Ярополк] собрал воинов киевских, а Юрий — переяславских, и стояли у Киева 8 дней, и замирился Ярополк со Всеволодом и дал Переяславль Андрею, брату своему, а Владимир — Изяславу Мстиславичу» {310}. Таким образом, был достигнут очередной компромисс: Юрия убрали из Переяславля, но так как город перешел к его брату Андрею, права младших Мономашичей были соблюдены, в то время как Изяслав Мстиславич взял Волынь. Однако этот компромисс, по всей видимости, касался только переяславского княжения и не затрагивал проблемы возврата волостей, поставленной на повестку дня Ольговичами, которые вновь открыли военные действия против сыновей Мономаха.
 
В конфликт оказался втянут и Новгород: «Ходил Мирослав посадник из Новгорода мирить киевлян с черниговцами и пришел, не успев ничего. Сильно возмутилась земля Русская: Ярополк звал новгородцев к себе, а черниговцы — к себе, и бились, и помог Бог Ольговичам с черниговцами, и многие киевляне были иссечены, а другие схвачены, в месяце августе», — писал новгородский летописец под 1135 г.
Всеволод Ольгович, придя со своими братьями к Переяславлю, три дня пытался взять город, а затем отступил в верховья реки Супы, где дождался прихода Ярополка и его братьев. Состоявшееся 8 августа 1135 г. сражение закончилось для Мономашичей катастрофой: после того как союзные Ольговичам половцы обратились в бегство, преследуемые «лучшей дружиной Владимировичей», Ярополк с братьями покинул поле битвы, а возвратившаяся назад дружина оказалась в руках Всеволода. В плен попали многие киевские бояре, а внук Владимира Мономаха Василий (сын «Леона Диогеновича») был убит. После этого Всеволод перешел реку Десну и встал напротив Вышгорода, но, когда Ярополк стал собирать против него войско, ушел к Чернигову. Переговоры между ними ни к чему не привели, поэтому в декабре того же года Ольговичи вместе с половцами переправились через Днепр и стали опустошать города Киевской земли.
Несмотря на то что Ярополк «собрал множество воинов на них из всех земель», конфликт удалось уладить мирным путем. «…И сотворил [он] с ними мир в 12-й [день] января, и целовали крест между собой, ходил между ними митрополит Михаил с крестом, и дал Ярополк Ольговичам отчину свою, чего и хотели…» — говорится в Ипатьевской летописи {311}, в то время как в Новгородской I упоминается о том, что одним из посредников в урегулировании конфликта являлся глава новгородской епархии: «…в тот же год, на зиму, пошел в Русь архиепископ новгородский Нифонт с лучшими мужами и застал киевлян с черниговцами стоявшими друг против друга со множеством воинов, и Божьей волей они замирились». По всей вероятности, выступление Всеволода Ольговича сначала против Юрия, а затем против Андрея было обусловлено тем, что при вступлении в Переяславль они отказывались уступать ему Курск и Посемье, которое в конце концов был вынужден вернуть Ярополк. Однако в том же году по гегемонии клана Мономаха был нанесен куда более серьезный удар.
На сей раз центром событий стал Новгород, где возник заговор против Всеволода Мстиславича, среди обвинений, предъявленных которому, было и то, что он хотел сесть на княжение в Переяславле. Как рассказывается в Новгородской I летописи, «…новгородцы призвали псковичей и ладожан и задумали изгнать князя своего Всеволода и посадили на епископском дворе с женой, с детьми и с тещей в 28-й день месяца мая; и стерегла их стража день и ночь, по 30 мужей на день. И сидел он 2 месяца, и был отпущен из города 15 июля, а Владимира, сына его, приняли» {312}. Впрочем, пребывание сына Всеволода на новгородском столе продолжалось всего несколько дней.
С этого момента отсчитывается начало Новгородской республики, в которой князь из администратора, подконтрольного Киеву, превратился в администратора, подконтрольного вечу, решавшему по своему усмотрению вопрос о замещении новгородского стола, что зависело как от взаимоотношений князя с городским населением, так и от изменения политической конъюнктуры. Хотя прецедент изгнания правителя из Новгорода был создан еще в 1078 г., когда княжения здесь лишился Глеб Святославич, а в 1132 г., как мы видели выше, новгородцы в первый раз пытались выгнать самого Всеволода Мстиславича, именно после 1136 г. такой способ избавления от «неугодных» князей стал регулярной политической практикой.