Во тьме его желаний (СИ)

— Хорошо, — все также холодно и безэмоционально ответил Рихард.
— Спасибо тебе огромное, — горячо поблагодарил его Армин. — Я понимаю, что жутко подпортил тебе планы, но…
— Хо-ро-шо, — перебил его Рихард, показывая, что не хочет принимать в себя лишнюю информацию. — Тебе повезло, что я уже все оформил перед отлетом. Осталось только пройти твой осмотр и собрать чемодан.
— Я провожу тебя завтра, ладно? — Армин с теплотой похлопал брата по плечу. — Все же теперь еще три года не увидимся.
— Если тебе удобно, — Рихард пожал плечами, всем своим видом показывая, что ему не так важно будет его кто-то провожать или нет, хотя это было не так. — Три года пролетят быстро. Особенно, если заниматься делом, а не пустяками.
— Смотри не перетрудись там, — усмехнулся Армин и вновь вернулся к делу. — Так вот о сестрах моей пациентки. Две девочки — Гая и Юнона. Одной двадцать один, другой шестнадцать. Обе хрупкие брюнетки. Только будь с ними помягче, ладно? Они все-таки переживают за свою сестру. Проводи их до палаты, а сам можешь вернуться в мой кабинет. Я освобожусь через двадцать пять-тридцать минут.
— Все сделаю, — сообщил Рихард и выбрался из братского захвата. — Успешной операции.
— Спасибо, — Армин махнул ему на прощанье и направился в свой кабинет, где оставил свою напуганную малышку. Конечно, она будет просто в ужасе от решения Армина, но лучше сделать это как можно скорее, пока с Афиной не случилась истерика.
Рихард же направился к проходной, где честно собирался встретить двух девушек. И он даже не догадывался насколько судьбоносной окажется его встреча с этими двумя хрупкими крошками.
Выйдя на улицу, Рихард облокотился о перила лестницы и внимательно оглядел окрестности. Двух хрупких брюнеток нигде не было. Тогда мужчина раскрыл расписание на своем смартфоне и принялся переносить дела.
Он соврал брату, сказав, что у него больше нет дел. За сегодня ему еще нужно было посетить стоматолога, забрать пальто из химчистки, попрощаться с мамой, так как его самолет завтра в четыре утра. Так же Рихард не пропускал ни одного дня в спортзале и бассейне, ну и конечно, собирать чемодан лучше тоже заранее, а не за час до регистрации.
Поэтому он списался со своим водителем и переложил на него дела по химчистке, а также созвонился с тренером и перенес свои часы на вечер. Вдруг у стоматолога тоже появится какой-нибудь экстренный пациент.
Рихард ненавидел зависеть от кого-то, ненавидел ждать, и больше всего ненавидел переделывать расписание. Но что поделать? Отказать брату он не мог.
Тут прямо перед воротами остановилось такси и из него вышли две девушки.
Одна — та, что постарше, была очень похожа на кошечку. Даже скорее на игривого котенка. Она двигалась немного угловато, будто готова была в любую секунду наброситься на пробегающую мышку.
Вторая — еще совсем юная девушка выглядела какой-то потерянной. Не то, чтобы она была расстроенной, но она словно ни в чем не была уверена, хотя сама по себе была яркой и заметной. Но ее глаза глядели на все как-то бесцельно.
Рихард не любил такой тип людей, которые плывут по течению, не зная чего же они хотят от своей жизни. Он вспомнил, что девушке всего шестнадцать, и неопределённость для этого возраста вполне уместна. Но все же первое впечатление уже было испорчено.
— Добрый день, — сухо поздоровался Рихард, когда девушки поднялись по лестнице. — Вы Гая и Юнона?
— Да, — девушка-котенок насторожилась и даже завела свою сестренку за спину, словно пыталась защитить ее от незнакомца.
Рихарду это показалось любопытным. Если бы он попытался обидеть младшую, то как быстро на него набросилась бы старшая? И что бы она сделала? Покусала бы его или зацарапала?
Эти мысли вызвали в мужчине улыбку, и он уже вполне дружелюбно протянул руку старшей:
— Не бойтесь меня. Я — Рихард Никель. Двоюродный брат Армина. Он врач вашей сестры.
— Что с ней? — забеспокоилась девушка-котенок, широко раскрыв свои зеленые глаза и напрочь проигнорировав предложенное рукопожатие.
 
— Все в порядке, — мужчина поспешил успокоить девушек. — У Армина появилось окно, и он решил провести операцию поскорее, чтобы ваша сестра поменьше боялась. Мне же он поручил встретить вас, все объяснить и проводить до палаты.
— Хорошо, — старшая явно успокоилась, но не выпускала младшую из-за спины.
— А Вы тоже врач? — как чертенок из табакерки выскочила Юнона.
Рихард даже опешил от неожиданности.
— Нет… — замялся он. — Я переводчик.
— Ух ты! — обрадовалась она. — А где Вы учились?
— Юнона, — одернула ее сестра. — Чего ты пристаешь к человеку? Придумаем мы куда тебе поступить, еще есть время.
— Вы изучаете языки? — чисто из вежливости спросил Рихард, поведя за собой девушек.
— Не-а, — бойко отвечала она, но по-прежнему держалась за сестрой. — Просто пока думаю.
— Такой метод никак не способствует обучению, — фыркнул Рихард, хотя вполне дружелюбно.
— Да нет, Вы не поняли, — отозвалась Юнона. — Я думаю не о том, учить мне языки или нет. Я в принципе думаю о том, что мне интересно. Чтобы понять где бы я хотела учиться.
— Эффективнее всего заниматься тем, что у Вас лучше всего получается, — строго подметил мужчина. — Если распыляться на тысячу дел, то отдача от каждого будет нулевой.
— Но ведь нужно сначала понять, что у меня получается лучше всего, — резонно заметила Юнона, но как только Рихард обернулся на нее, она тут же юркнула за спину сестры.
На какой-то момент Рихарду показалось, что это девочка над ним издевается. Словно маленькая собачонка она тявкает из-под забора, но наверняка один на один она тут же прикусит свой язычок и подожмет хвостик. Рихард был не из тех людей, кто ведется на провокации. Он был слишком сдержан и всегда умел взглянуть на ситуацию с позиции наблюдателя. Но эта полемика чем-то зацепила его. Может быть тем, что девочка Юнона вела себя так энергично и непосредственно, будто вообще говорила сама с собой.
Теперь Рихарду показалось, что девочка вовсе не потеряна по жизни, не страдает от отсутствия цели. Тут нечто прямо противоположное. В Юноне играет дух противоречия и живое любопытство к жизни. Она вовсе не потерявшийся ребёнок в торговом центре, она — ребенок, которого завели в кондитерскую лавку и которой хочется попробовать все и сразу, пока у нее на разболится живот.
— А вот представь, — Рихард сам не заметил как втянулся в эту глупую беседу, — что у тебя столько денег, что тебе больше не нужно работать. Чем бы ты занималась?
— Пфф, — фыркнула девочка из-за спины сестры, — скорее всего ничем. Если не быть зацикленной на своем успехе и не измерять успех деньгами, то у меня бы не было мотивации что-то делать.
Рихард усмехнулся. Он и не думал, что эта девочка так интересно рассуждает.
— Хорошо, зайдем с другой стороны, — продолжил Рихард. — Если бы ты могла заняться любым делом и заранее быть уверенной, что оно окажется успешным и принесет тебе богатство. Чем бы ты занялась?
— Нет, ну Вы интересный! — возмутилась она. — Как же я могу выбрать, если я еще ничего не попробовала? Но проблема в том, что чтобы попробовать заниматься каким-то делом всерьез, нужно сначала всему научиться. Ну или хоть каким-то азам. Вот я и пытаюсь выбрать чему бы мне обучаться. И уж потом до меня только дойдет нравится мне это дело или нет.
Рихард оказался загнан в угол. Юнона так ловко замкнула круг вопросов — ей бы каким-нибудь пресс-секретарем быть, чтобы вот так запросто обрубать всю провокацию.
Тем временем Рихард пропустил девушек в палату и по идее мог бы уже уйти, так как свою миссию он выполнил. Но живая и непосредственная Юнона настолько завладела его интересом, что он очень хотел продолжить эту ничего не значащую дискуссию. Поэтому, поступившись своими молчаливыми принципами, он вошел в палату за сестричками, искренне желая побольше их узнать. В особенности одну. Ведь этим он им поможет. Наверняка без него они будут волноваться за исход операции, а так Рихард проявит благородство и займет их мысли.