Во тьме его желаний (СИ)

— Не терпится? — усмехнулся Армин и быстро заплел мне косу. — Что бы я сейчас ни сделал, ты должна сидеть ровно. Можешь сказать, если будет больно, в остальных случаях молчи и не двигайся. Поняла?
Я уверенно кивнула, собираясь честно отработать наказание.
Тогда Армин, не заставляя меня подняться, сковал мне щиколотки удобными кожаными наручниками. От наручников шла цепочка, и Армин уложил ее между моих ступней, а затем надел мне на большие пальцы что-то типа кастета. Эта была длинная металлическая палочка, которая сцепляла мои большие пальцы вместе, отчего я не могла даже на сантиметр развести ступни.
Мое сердце бешено забилось в груди, так как страх неизвестности уже подбирался ко мне.
Затем Армин завел мои руки за спину и также пристегнул их наручниками к цепочке.
Я занервничала сильнее. Как я теперь встану, если вдруг Армин оставит меня совсем одну? Что если он именно так меня накажет? Уйдет и заставит меня нервничать, как это сделала я час назад?
— Господин Армин, — мой голос дрогнул. — Пожалуйста! Только не уходите! Прошу Вас!
— Я приказывал молчать, — строго напомнил мне Армин. — И я никуда не уйду, не волнуйся. А теперь — самое приятное.
Армин подсел ко мне сзади, просунул свою руку мне под ягодицы и ловко смазал меня от промежности до самой попки.
Мое тяжелое дыхание выдавало волнение с головой.
Затем чуть приподняв мои бедра над пятками, Армин быстро ввел мне в попку уже знакомую мне пробку, и я задышала еще быстрее.
Уже на этом этапе я теряла голову. А ведь впереди еще наказание!
Армин обошел меня, снова сел передо мной и приподнял мои бедра, а затем ввел мне в лоно такую же пробочку, но пошире.
— Ой… — я замотала головой, пытаясь взять себя в руки. — Ой, Доктор Армин…
— Молчать, — прошипел он мне в ушко, словно змей. — Иначе в следующий раз я введу что-нибудь и в твой ротик.
Я тут же замолчала, но почувствовала дикий прилив возбуждения. Ох… Что теперь будет?
— А теперь ты примешь свое наказание до конца, — сообщил мой доктор, поднявшись на ноги.
Я нервно сглотнула и задрожала всем телом, одновременно испытывая страх и предвкушение…
— Малышка Афина, — властно и завораживающе обратился ко мне мой врач. — Ты посмела уйти из палаты, не спросив моего разрешения, и даже не предупредив кого-то об этом. Я уже объяснил тебе, что это не допустимо. Поэтому сегодня я накажу твои сладкие ножки за непослушание.
Я напряглась и машинально прижала пальчики на ногах, но холодный кастет не давал мне ими шевелить.
— Ты должна усвоить одну вещь прямо сейчас, — Армин провел по моим ступням какой-то тонкой палочкой, вроде бы деревянной. — Ты принадлежишь мне.
Он слегка ударил меня палочкой по ступням, и я чуть вздрогнула.
— Прежде чем куда-то пойти и что-то сделать ты должна спросить мое разрешение, — Армин провел палочкой по всей длине моих ступней, а затем снова ударил — поощутимей.
Мои губы задрожали от волнения. От речей Армина я почувствовала себя маленькой девочкой, которую поставили в угол: стыдно, немного унизительно, но… вместе с этим мои вершинки напряглись от возбуждения.
— В будущем, конечно, ты сможешь свободнее передвигаться, — более монотонно продолжал он, — но сейчас спрашивать позволение тебе необходимо абсолютно на все! Так как сама, как я успел убедиться, ты не понимаешь многих вещей.
Он снова провел палочкой по моим ступням, а затем ударил еще ощутимее, и нанес уже два удара подряд.
Мое дыхание сбилось. Я почувствовала, что задыхаюсь от процесса. Во мне бились столь противоречивые чувства, что я не знала как реагировать.
— Только попробуй еще раз дать волю своим непослушным ножкам, — Армин теперь наносил удары без поглаживаний ступней, и я откровенно вздрагивала после каждого.
Если честно я не понимала: больно мне или нет. Чувствую ли я унижение, или отношусь к этому как к игре. Стоит ли мне попытаться остановить Армина? Сказать, что мне нравится? Но так ли это на самом деле? Действительно ли мне не нравится? Конечно, удовольствие я не получаю, но сама ситуация… не кажется мне неприятной.
 
— Ты все поняла? — прошипел он мне на ушко, и я вся покрылась мурашками, а затем раздалось еще три удара, от которых я дернулась ровно столько же раз.
Мои ступни горели огнем и этот жар разливался у меня в голове. Мое сознание помутилось, и мне стало тяжело даже спину держать.
— Моя малышка Афина, — ласково проговорил Армин, явно наслаждаясь моим состояние. — Какая ты красивая сейчас!
Он провел палочкой поперек моих тугих вершинок, чем сорвал с моих губ рваный стон. Затем мужчина перевел палочку мне на спину и резко прошелся ею от лопаток до ягодиц, мгновенно разогрев мне кожу, а затем ударил по ягодицам.
На этот раз я аж подпрыгнула, так как удар по ягодицам был самый сильный и чувственный.
— Сядь ровно, не сутулься, — Армин снова провел палочкой по моей спине. — Ты должна принимать наказания красиво.
Я тут же выпрямилась, а Армин поймал пальцами мою вершинку.
— Я так сержусь на тебя, — прошипел он мне на ушко и до боли скрутил мне вершинку, — что готов замучить мою пациентку до безумия.
Я коротко застонала, когда Армин скрутил мою вершинку еще раз.
— Как сладко ты стонешь, — Армин лизнул мочку уха и вобрал ее в рот, — и я очень хочу проколоть эти маленькие ушки, чтобы даже в этом сделать тебя своей.
Я тяжело задышала грудью от прилива возбуждения.
У Армина сейчас был такой чарующий голос! Он словно проникал им во все мои интимные места и воздействовал там на нужные точки.
— Еще, — прошипел он, снова скрутил мне вершинку и ударил по ягодицам.
Я застонала громче и покраснела от стыда. Как приятно! И как порочно!
Армин мучил мои вершинки снова и снова, доводя меня до безумия, и при этом щедро шлепал меня палочкой то по ягодицам, то по ступням. Мое тело горело от желания и напряжения. Мне хотелось моего врача прямо сейчас. Иначе я сойду с ума.
— Армин… — жалобно захныкала я и потерлась бедрами о свою пятку.
Пробочки тут же пришли в едва ощутимое движение и добавили мне возбуждения.
— Да, — шипел он, продолжая мучить меня, — скули мое имя, малышка. Я хочу это слышать.
— Армин… — вновь заскулила я, когда мужчина сильно вытянул мне вершинку вперед, чуть потрепал ее вверх-вниз и снова шлепнул по ягодице.
Я не знала куда себя деть. Это невозможно было вынести! Столь сильное возбуждение, удары, иголочками вонзающиеся во все мои нервные окончания, и ласковые пытки моего врача подводили меня к потере контроля над собой.
— Арми-ин! — взвыла я, выгнувшись в струнку, после очередного удара.
— Да, малышка, — хитро прошептал он, — кончи для меня. Ты сможешь.
Кончить? Но ведь он никак не проникает в меня! Как я это сделаю?
— Моя отзывчивая, покорная малыш-шка, — шипел он, сильнее теребя мою вершинку, — сделай это. Я хочу увидеть это выражение на твоем личике, полное страдания и удовольствия.
Теперь удары сыпались на мои ягодицы и ступни раз в секунду, заставляя меня все время напрягаться. У меня сжимались и интимные мышцы, отчего эффект пробочек намного усилился.
— Кончай, малышка, — Армин снова вобрал мою мочку в рот. — Приказываю тебе это сделать прямо сейчас.
Еще один удар. Еще раз я напряглась всеми мышцами. И тут по моему телу разлилось наслаждение. Не такое яркое и сильное, как при полноценной близости — скорее едва уловимое, но все равно желанное.
— Арми-и-ин… — протяжно застонала я, задрожав всем телом. — Арми-ин!
— Да, малышка, — мужчина крепко сжал меня в объятьях. — Какая умничка! Ты не представляешь, насколько красиво ты кончаешь! Хочу тебя… еще… Ты бесподобна!
Я чуть расслабилась в руках моего Доктора и склонила голову ему на плечо.
— Нет, Афина, — он погладил меня по щеке. — Это не все. Даже не думай расслабляться.
  
Глава 27