Системная нежить 5 (СИ)

— Понял. Командор, когда будете в нашей крепости? Я бы хотел, чтобы Вы зашли в штабную цитадель, я б доложился о проделанной работе, Вы бы познакомились с командой.
— Ну… Когда буду, забегу, — по тону Урая было ощущение, что он и догадывается о моем реальном месте расположения, но он давал мне некоторую свободу выбора. — А не знаешь, где гоблин Джим?
— Нет. Это у Цезаря надо спрашивать. Босс?
— Да?
— А наши глобальные планы не меняются?
— Нет. Баланс мира живых и мира мёртвых. Мёртвые должны быть терпеливы, потому что живые присоединяются к ним рано или поздно.
— А общая цель? Общий знаменатель? Он нужен, иначе то, что мы слишком разные, вызовет конфликт, раскол, войну фракций.
— Ну, мы же воюем против проклятых машин, против вторжений и монстров?
— Война рано или поздно закончится. Нужен глобальный объединяющий фактор.
— Дружба против всех недостаточно глобальный фактор?
— Не знаю… Я никогда не работал на таком уровне, босс. Я простой колдун, который из-за долгов был вынужден пойти в клан бело-золотых, отрабатывать. Был везучим рейдовым игроком, изучал и развивал некромантию, но в какой-то момент моя удача мне изменила, изменения тела стали нестабильными.
— Ты стал личем?
— Ну да, времени на раздумья в той ситуации было мало, выбрал меньшее из зол. Потом восемьдесят два года служил то в триасовых топях, то на туманных холмах, то охранял замок Середая Четвёртого, стал командовать железной сотней на границе. А потом система перебросила меня в твой мир. Я давно бросил верить в себя и строить глобальные планы. Где-то в глубине души я всё тот же молодой парень с кадыком и фантомными болями в левой стопе, а тут ваши национальные правительства, тысячи солдат, боги.
— Он не помнит слова «да» и слова «нет», он не помнит ни чинов, ни имён. И способен дотянуться до звёзд… — пропел я ему.
— … Не считая, что это сон. И упасть, опалённым звездой по имени Солнце, — меланхолично закончил он.
— Но ведь оно стоит того, упасть, опалённым звездой?
— Не знаю, я слишком много падал, босс.
— Это я к тому, Урай, для тебя всё стало возможно потому, что теперь тебя хрен испугаешь.
— Может быть. А может быть, это тупое везение?
— Везение — шанс для подготовленного. А у тебя нет данных, какова доля гулей в армии и силовых структурах людей?
— Велика, — он облегчённо вздохнул перемене темы. — Особенно на континенте. С определённого уровня развития игрок становится иммунным к принудительному обращению, в том числе в зомби, но таких меньше одного процента от даже боеспособного населения. Само собой, точных цифр у меня нет, но показатель высок, в некоторых боевых подразделениях до половины солдат — это высокоуровневые гули. Каждому, само собой предложено принять покровительство ереси гулей.
— И многие соглашаются?
— Немногие, но, поскольку мы не выражаем политических взглядов и не демонстрируем оппозиции к человеческим правительствам, некоторые соглашаются. Скажите честно, мы не планируем глобальный захват власти? Тогда это было бы обволакиванием и накоплением критической массы.
— Не планируем, на кой хрен нам власть в этом мире, Урай? Тебе чего-то не хватает? Денег, власти, дворца?
— Власти у меня даже слишком много. А вот дворца нет.
— Построй себе дворец.
— Не могу, это было бы использованием служебного положения.
— Я тебя прошу, возьми и потрать толику ресурсов и построй себе долбанный дворец. Пусть будет типа служебное жильё. Всё равно ты единовластный исполнительный директор этой корпорации. А с учетом того, что ты мертвец, ты будешь служить вечно и вечно жить в этом дворце.
— Ну, разве что, как служебное жильё, и чтобы члены клана видели, что старания могут быть щедро вознаграждены…
— Во-во, как мотиватор, вся ботва. Ладно, мне с Москву надо, а потом я на пару дней слетаю в ледяной мир. Если что, я доступен по линии ереси.
— Может быть найдёте время и заглянете?
— Может быть, — уклончиво ответил старому личу.
Рядом пробежала толпа гулей, неслись спокойно и это напоминало тренировку, хотя мёртвых солдат тренировать не нужно. Ни один из бегунов не повернул головы и даже без невидимости я остался незамеченным.
  
Набрал Джима, он был недоступен. Шайсе.
Позвонил Цезарю, может эта древнеримская морда что-то знает, я же ему оставлял погостить своего полуживого приятеля? Так сказать, на ответственное хранение.
  
Глава 9
 
Профессор Джим
 
— Цезарь!
— Что, не назовешь меня Понтификом? — искренне удивился старый вояка. — Директором, диктатором, ректором и деканом? Лёня, ты болен? Укусила гадюка? Тебя держат в заложниках? Кашляни, если да?
— Что? Да блин, я пытаюсь быть серьёзным.
— Это не твоё, даже не напрягайся в бесплотных попытках. Чего звонишь? А лучше не отвечай, а забегай на огонёк. С меня поляна за защиту Дубны. Всё Подмосковье вздохнуло с облегчением.
— Зря они так. Раз враги сбежали, значит придумывают новую пакость. Жди подлянки с новыми силами.
— Мы, знаешь ли, тоже без дела не сидим.
— Кстати об этом, не знаешь, где мой приятель гоблин Джим?
— А, тот милый и почти не ворующий на складе детали и технический спирт уродливый гремлин?
— Именно он.
— Это ты его матом научил ругаться? Только не ври, что это он сам, он слишком далеко от отечественных школ вырос.
— Пару фраз всего. Так, где он?
— Ну, официально тебе надо спрашивать с Григорьева, он его переманил. Но чтобы сэкономить время… Там в летучке была информация, что ты собираешься сопровождать экспедицию в чужой мир? Экспедиция организована по линии объединённой разведки…
— А какое, стесняюсь спросить, генералам в штабах не всё равно до моих путешествий?
— Может, потому что по опасности ты приравнен к ТЯО?
— Где мы, там кабздец! — гордо выдал я.
— Во-во. Именно в таком порядке, сначала ты, потом полный пушистый песец, а не наоборот. Так вот, там, куда ты намылился для отправки экспедиции, там же и тусуется твой низкорослый приятель.
— А как я его там найду?
— Дай сигнал дымами, как индеец, — серьёзным голосом предложил генерал. — А ещё лучше бутылку водки открой, он сам тебя найдёт.
— Ладно, я понял, спрошу на месте.
— А ты билеты на паровоз купил? — участливо спросил Цезарь. — А то сейчас путешествие на такое расстояние может стать проблемным. Если тебя надо подбросить до златоглавой, то скажи, у меня вечером будет вертолёт туда. Для тебя одно место найдётся.
— Нет, спасибо, я сам, чартерным рейсом.
— Как знаешь.
Удовлетворившись пояснениями Цезаря, я совершил достаточно длинную серию блинков на аэродром. Знакомое место, отсюда я как-то угнал вертолёт МЧС. Надеюсь, они не потребуют от меня компенсации? Кстати, с тех пор не могу найти своё копье, надо бы богов потрясти.
На аэродроме были какое-то люди, вроде бы подчинённые военных, что-то разгребали. Общаться с ними я не стал, «допрыгал» до ВПП, извлёк из карты свой МИГ, плюхнулся в жесткое кресло, как обычно, воспользовавшись блинком.
Неторопливо проверил приборы, заряд маны в баке, рули высоты и направления. После Чебоксар у меня ещё и боезапас полный. Впрочем, для взлёта это как раз минус, мешает, лишний взлётный вес. С другой стороны, у меня такой запас по весу, топливные баки заменены маной.
Вышел на связь с диспетчером, прогрел двигатель, стал набирать мощность двигателя, не отпуская тормозов. Диспетчер долго выяснял, кто я и куда намылился, упрямился, ворчал. Мой полёт ни с кем не согласован, мне пришлось поставить его перед фактом, что я взлетаю, а там хоть трава не расти.
…
С Москвой всё было не так просто. Там ПВО работало и на подлёте к нему меня постоянно вели диспетчеры, у которых, вероятно, сейчас просто мало объектов сопровождения. Так, залетал я с юга, но меня аккуратно и довольно нудно обвели по большой дуге вокруг центра, на приличном от него расстоянии, а потом вывели на ВПП в Шереметьево. Видимо им так было удобнее, причём только им, потому что координаты того, куда мне надо прибыть для отправки экспедиции в мой ледяной мир были возле станции метро Выхино, то есть от этого аэропорта — не ближний свет.