Запасный выход

После возвращения Полина осмотрелась – проверила себя на клещей.
Ну вот и продолжение поездки, вернее, экспедиции.
Переезд на катерах с материка на острова.
По дороге проплываем скалы из яшмы. Высаживают. Говорят, что они особенно эффектно смотрятся во время дождя или после дождя. Короче, в мокром виде.
Производятся новые терабайты информации. Маришин Дима снимает себя на фоне скал. Идет вдоль берега, упилил уже довольно далеко, что-то наговаривает, отсюда не слышно. Поднимается в воздух дрон Максима. Герман снимает скалы и себя. Герман старше всех, движухи у него меньше, но тоже старается давать материал подинамичнее – мимика, бодимоушн. Да и наверняка он кучу всего интересного знает про яшму. Есть возможность с пользой слить переполняющие знания.
Яшма, оказывается, бывает красная, розовая, зеленая, какая-то еще. На ощупь довольно приятна. Мокрая и правда эффектнее выглядит. Прочно ассоциируется с бабушкой, вернее, с бабушкиными шкатулками, в которых копалась в раннем детстве, в них хранились ее простенькие брошки и серьги.
– Это прямо настоящая яшма? – задает глупый вопрос Мариша, глядя вверх на скалу, в которой видны слои красноватого камня, изогнутые древней земной силой.
Хотя почему глупый? Нормальный вопрос. Может, это какая-нибудь техническая, никому не нужная яшма, которая идет только на что-нибудь вроде удобрений или промышленных красителей. Была бы настоящая, ее бы китайцы еще до нашей эры вывезли отсюда и выточили из нее вазы и маленькие фигуры буддийских толстеньких монахов.
Следующая остановка – остров с воротами. На островке, соединенном узким перешейком с берегом, торчит скала, а в середине дырка, проход. Скала из-за этого выглядит как слишком тяжеловесная, неудавшаяся триумфальная арка.
Красиво.
Хотя иногда так хочется взаправду удивиться чему-нибудь.
Ух ты! Это настоящая, аутентичная дырка в скале? Нет, к сожалению, не настоящая, а искусственно проделанная в древности одним из богов народности негидальцев, количество которых в мире теперь всего около пятисот человек.
Вечером отмечали переезд на острова.
Сначала у костра. Полина, сидя на бревне, глядела на пламя, на морской горизонт неопределенного цвета, иногда клала голову на плечо Данилы.
Хорошая компания подобралась, ей было уютно, весело и несложно в этой экспедиции.
Данила, Герман – самые крутые. Демократичны, дружественны, общительны, но знают себе цену, держат марку. Маришиному Диме и питерцу Олегу еще до них топать и топать, раскручиваться.
Фотографы Сергей, Артем – скромные рабочие лошадки, творческие технари. Немногословные, наверное, несколько закомплексованные, прячутся от мира за своими огромными объективами. То, обвешанные кофрами, сосредоточенно карабкаются по скалам, то лежат, распластавшись на земле, глядя в видоискатель, то неподвижно замрут со штативами у воды на закате, как печальные рыболовы.
Максим с Никитой – зеленая молодежь. Не уверены в себе, возбуждены, ко всему стараются относиться с презрением, но не получается.
Выживальщик Игорь пытается повернуть разговор на тему заснеженных перевалов, иссушающей жажды, ядовитых змей, отмороженных конечностей, но не та аудитория. Здесь у нас комфортно и хорошо.
Герман сидит за столом, держит в руке стопочку из нержавейки, хохочет, а потом сквозь смех, проливая коньяк на клеенку, говорит:
– Игорёша, ребят, подождите, но мы же не туристы какие-нибудь.
Позже, когда совсем прохладно стало, перешли в штабную палатку. Столы с закусками составлены в ряд, под потолком болтаются включенные фонари. Герман толкнул целую речь.
Говорил о том, что мы – дегустаторы. Профессионально пробуем эти места на вкус. Грамотно оцифровываем эти ландшафты. Наметанным глазом осматриваем немудреные достопримечательности, умело сортируем их и выстраиваем в рейтинги, одним словом, создаем какую-то схему восприятия этих красивых, но неокультуренных, можно сказать – первобытных, пространств. Мы говорим об этих местах понятным современным языком, а не как Аркадий – медведи, ё-мое. Мы показываем, где и какие эмоции уместны.
  
В результате даже эти дикие, не осмысленные еще острова, киты и косатки некоторым образом структурируются, упорядочиваются, их можно как-то воспринимать. Они маркируются, становятся доступными и понятными, приобретают ценность. Это же такой ресурс!
И вообще, знаете, в чем главный, все увеличивающийся разрыв между людьми, городами, странами? Не в уровне жизни, не в состоятельности, не в военной силе или научном потенциале. Это все фигня. Современный – несовременный. Вот что идеологически делит весь мир на две части.
А мы, кстати (Герман поднимает стопочку вверх), делаем мир современнее, комфортнее, удобнее. За нас!
Полина тоже по мере сил складывает свои впечатления в общую копилку, приносит пользу экспедиции. Некоторые водоросли, валяющиеся под ногами на отливе, оказываются самой настоящей морской капустой (тоже Герман подсказал). Шинкованные и поджаренные на постном маслице – ничего так. Голец от Аркадия очень даже пошел. Купание и подъем на гору проходят без последствий. Даже переходы на катерах не представляют трудностей при хорошей погоде и при том, что тебя не укачивает. Словом, если ты поехала в эти дикие места с ясной целью и правильным настроем, если ты достаточно молода и умна, то влегкую выдержишь несколько дней. А если компания нормальная попадется, то тебе даже скучно не будет.
А компания, как уже отмечалось, прекрасная. Надо сказать, очень приятно, спокойно как-то становится, когда люди не строят из себя бог весть что. Не несут свет истины, не сосредоточены на чем-то своем гениальном, не держатся за высокое искусство или высокую науку, не одержимы идеями и порывами. Просто радуются, что им удалось хоть немного сблизить работу с удовольствием, а удовольствие с работой, срастить труд и досуг, обеспечить получение денег за хобби.
Легко довериться человеку, который не пытается изменить общество или спасти природу, втюхать тебе и себе в убыток какую-нибудь неприятную правду, человеку, который просто радостно помешан на чем-нибудь. Например, на коптерах. Максимум вреда от такого человека, что он и тебя заразит своей любовью, и ты купишь свой первый дрон.
Вот, например, ты никакого, совершенно никакого понятия не имела о прелести градуированных и поляризационных фильтров, но сидишь целые пятнадцать минут с недожеванным бутербродом и слушаешь Сергея, рассказывающего о фильтрах «Кокен». И Мариша рядом сидит, даже о ногтях своих облупленных забыла. Что? Ты помчишься фильтры покупать? Нет, но тебе интересно. Можно сказать, Сергей зачаровал тебя своими разноцветными стеклышками. Вернее, своей любовью к стеклышкам.
Мир, дорогие мои, держится на интересе, а не на идеях.
Данила с Артемом спорят. Полине приятно смотреть на азартно спорящих мужчин.
– Не, для зимы – «Тепап» от «Лорпена». «Лорпен» – это вообще самое лучшее в носкостроении. Сейчас они что-то замутили с волокнами из целлюлозы эвкалипта, хочу потестить. А для зимы – бери «Тепап». Две с половиной тыщи, но я в восторге. Материал – полартэк павэрстретч и прималофт инсулейшн. Есть еще такой производитель – «Драймакс», парни просто помешаны на носках, делают специальные для каждого вида спорта. Но в России их не купишь.
– Ну не знаю. У меня, знаешь, проблемы немного с потливостью, я взял для зимы «Хималайа Антибактериас» от «Мунда». Доволен, как слон.
– «Мунд» не пробовал. Но если антибактериальные, то посмотри, что делает австрийский «Икс-Экшн». У них технология «Полиджиен», там идет пропитка материала солями серебра. Австрийцы, но производят, по-моему, в Италии.
К беседе присоединяется Герман.
– Ребята, вам охота лишние деньги платить? Смотрите – швейцарский «Ронер». Крутейший в мире. И недорогой. Я вам даже сейчас покажу (задирает штанину). «Хайкинг мэн». Нравятся? И меньше тыщи за пару. На зиму – «Альпин треккинг», заявлено для высот более четырех тысяч метров.