Идеальная невеста

– Да, милорд, – ответила Анна, нервно сжимая ладони. Вид у нее был обеспокоенный.
– Где Фенвик? – Рекс каким-то образом сумел задать этот вопрос спокойно, но был сердит, как избалованный король. В одиночку он не мог справиться с галстуком и запонками, а у Анны дел и так было выше головы.
Когда к нему приезжала в гости графиня, у него служила экономка – пожилая женщина, которая готовила очень хорошо. С тех пор у него не было гостей.
– Я послала его в деревню за пирогом.
Это встревожило Рекса. До деревни целый час пути и еще час обратно. Фенвик может не успеть вернуться к началу ужина, а он должен прислуживать за столом.
– Когда он вернется?
Анна заволновалась.
– Я думаю, к восьми, – ответила она.
Рекс в ответ лишь недовольно взглянул на нее. Лучше бы она не посылала слугу в деревню, а на десерт подала заварной крем. Рекс не мог представить себе, чтобы Анна прислуживала им и все время была перед глазами, когда он будет пытаться вести вежливую беседу с гостьей. Это будет слишком стеснять. Рекс рассердился. Досада, которая весь день тлела в его душе, вспыхнула ярким огнем. Судьба, как нарочно, подбрасывает ему одну мерзкую случайность за другой! Но все же леди Херрингтон согласилась провести ночь в его доме, и сегодня они ужинают вместе. Его сердце тяжело ударило в ребра. Одно приятное событие все-таки случилось. И дай бог, чтобы все эти беды закончились. Он хотел произвести на Бланш хорошее впечатление.
– Мы будем обедать по-французски, – мягко сказал он.
Анна беспомощно взглянула на него, и Рекс увидел, что она готова заплакать.
Он объяснил еще более мягким тоном:
– Ты поставишь на стол все блюда сразу, а мы сами будем класть себе еду на тарелки. – Потом он добавил: – Не волнуйся. Баранина пахнет чудесно.
По лицу Анны было видно, что она успокоилась.
Как раз в этот момент в кухню вошла горничная Бланш. Она, как положено, присела перед ним в реверансе. Рекс удивился ее появлению и спросил:
– Почему ты не со своей госпожой?
– Леди Херрингтон находится в холле, – тихо ответила горничная.
Сердце тяжело повернулось у него в груди. Он мрачно подумал, что должен овладеть собой. Ему нужно скрыть свою тревогу и волнение, иначе леди Херрингтон поймет, что он чувствует к ней неуместную привязанность. Он кивнул горничной и быстро вышел из кухни, на ходу затягивая галстук. Он чуть было не надел фрак, но это было бы нелепо, и он выбрал светлые брюки, серебристый жилет и прекрасный темно-коричневый сюртук. «По крайней мере, внешний вид у меня безупречный», – подумал он.
Войдя в холл, он увидел Бланш и споткнулся от изумления.
Она стояла у окна и смотрела на усыпанное звездами вечернее небо. На ней было платье темно-зеленого с серебристым отливом цвета, с глубоким вырезом и короткими рукавами из шифона. Ее светлые волосы были завиты и зачесаны вверх. Она была невероятно хрупкой и невероятно прекрасной. Рекс должен был признаться себе, что всегда считал Бланш красивой, но – по крайней мере, в большинстве случаев – думал о ней с большим уважением. Теперь он только стоял и смотрел, потому что они были одни в большом зале его дома. И в эту минуту ему хотелось только одного – сжать ее в объятиях, накрыть ее губы своими и, черт возьми, основательно попробовать ее на вкус. Но этого не случилось. К несчастью, именно в этот момент, когда события прошедшего дня были полностью забыты, собственное тело предало его: он почувствовал движение в области паха.
Бланш повернулась к нему. Она улыбалась.
К ней, кажется, полностью вернулось ее обычное самообладание. Теперь Рекс еще больше восхищался этой девушкой. Он отдал бы все, что угодно, чтобы она действительно забыла о его свидании с Анной и решила, что этот случай не имеет отношения к его душевным качествам.
– Добрый вечер. По вашему виду заметно, что вы отдохнули, – сказал он и слегка поклонился.
Щеки Бланш были розовыми, словно она их слегка нарумянила. Но Рекс знал, что она не пользуется косметикой.
– Я действительно немного поспала. Но я вижу, что ваши другие гости еще не приехали. Я пришла не слишком рано?
 
Рекс немного помедлил и ответил:
– Боюсь, что никаких других гостей не будет.
Может быть, Бланш ожидала, что проведет вечер в обществе вежливых людей?
Бланш вздрогнула от неожиданности.
– Ох! А я полагала, что кто-нибудь составит нам компанию… но это не имеет значения. Извините меня, – сказала она. Ее голос звучал ровно, но румянец стал ярче.
Он хмуро улыбнулся, пытаясь понять, пугает ли ее то, что они будут ужинать наедине.
– Боюсь, что я плохо знаком со своими соседями.
– Но ведь вы живете здесь много лет.
– Да, вы правы.
Ее глаза широко раскрылись от удивления. «Теперь она поняла, какой я нелюдим», – еще более хмуро подумал Рекс.
– Поскольку у меня нет хозяйки в доме, я не принимаю гостей, – попытался он объяснить. Но он знал, что дело не в этом. Просто он презирает пустые вежливые разговоры и не выносит, когда чужие жены недовольно поджимают губы, услышав его имя.
На лицо Бланш вернулась улыбка.
– Извините меня, сэр Рекс. Я просто предположила, что вы пригласите в гости своих соседей. Но без них нам будет лучше, верно? Вы единственный из де Варенов, кого я мало знаю.
Рекс был поражен. Бланш хочет ближе познакомиться с ним? Его сердце забилось чаще, каждый нерв в его теле задрожал от восторга. Но это, конечно, сказано просто так, чтобы поддержать разговор. Или она действительно имела в виду то, что сказала?
Она улыбнулась и произнесла:
– Я не помню, чтобы вы когда-нибудь были плохим собеседником.
Он решил не напоминать, что все их разговоры в течение многих лет были очень короткими.
– Не желаете ли выпить шерри или вина? – вежливо спросил он.
– Спасибо, нет.
Он повернулся на костыле к столику-бару, отмечая про себя блуждающий по комнате взгляд своей гостьи. Он налил себе стакан красного вина, повернулся к Бланш и увидел, что этот взгляд прикован к нему. Она улыбнулась и отвела глаза. Рекс думал только о том, чтобы поскорее подали ужин. Молчать стало уже неловко.
– Все ли вам здесь понравилось? Не нуждаетесь ли вы еще в чем-нибудь?
По лицу Бланш скользнула улыбка.
– Мне не на что жаловаться. Все просто идеально. Ваша мать обставила эту комнату очень уютно.
У нее было много причин жаловаться, мысленно усмехнулся он.
– Я заметила у вас коллекцию оружия.
Рекс вздрогнул от неожиданности.
– Этим оружием я сражался на войне.
– Да, я это поняла. Интересная коллекция.
Он взглянул на Бланш.
– Она вам не нравится, – неожиданно вырвалось у него. И это было утверждение, а не вопрос: он каким-то образом чувствовал, что его собрание оружия ей не нравится.
– Что вы! Я не собираюсь критиковать убранство вашего дома.
– Леди Херрингтон, я уверен, что вы не станете критиковать даже самую неряшливую служанку, тем более человека, в доме которого гостите. Но мне любопытно узнать, почему вам не нравится моя коллекция.
Он хотел это знать, хотел услышать ее мнение.
Она немного помолчала, не решаясь начать, и наконец ответила:
– Я кое-что знаю о войне. Я слышала много рассказов о ней, и одно из благотворительных обществ, которому я жертвую деньги, обеспечивает жильем и многим необходимым ветеранов войны, которые, в отличие от вас, не имеют средств.
Его брови поднялись.
– Вы имеете в виду Общество патриотов?
– Да, его.
Это общество действительно оказывало очень большую помощь для людей, изувеченных войной. Рекс был восхищен.
– Я думаю, ваш отец этим занимался?
Бланш покачала головой:
– Нашими благотворительными взносами управляла я – с разрешения отца. Мы с ним в какой-то степени были партнерами. Я управляла Херрингтон-Холл и решала, куда поместить наши пожертвования. А он управлял всем имуществом семьи Херрингтон – недвижимостью и финансами.
Рекс был потрясен: Бланш больше чем просто леди – хозяйка дома.