Не повезло (СИ)

Но моя дура решила, что ее это все не касается, и меня слушать не стала. Самки в этом смысле вообще особые создания — хочешь, чтобы она сделала то, что тебе надо, проси не этого, а ровно противоположного.
В один прекрасный вечер она снова отправилась выкинуть мусор, и не вернулась. Совсем. Я-то ушел на охоту, и не сразу чухнулся.
Только на второй день спохватился — почему ужин не готов. Поискал ее — нету. Пошел у всех спрашивать — никто не видел. Тогда я скумекал, в чем дело и прогулялся до Нижнего озера.
  
Там было тихо. Я поискал следы — но вода все смыла. Только в одном месте на песке еще оставалась вмятина, как будто проволокли что-то тяжелое. Я пригляделся, и увидел, что в воде что-то плавает.
Подцепил это палкой и вытянул — оказалось, кишки и прочая требуха. Я их обнюхал и исследовал, нашел желудок, вскрыл его, и обнаружил внутри полупереваренные куски оленины.
Тут у меня сомнений не осталось — последний раз на ужин у нас была как раз оленина. Внутренности — это все, что мне оставил Безглазый Ужас от моей самки.
Тут я, конечно, разозлился и пошел за боевым топором. Не хватало еще, чтобы всякая сволочь оставляла меня без жены. В конце концов, жена — моя собственность, и плюс ко всему у нее были самые красивые сиськи в районе.
Надо было проявить себя самцом и отомстить.
Пришел я в нору, а там — тихо.
Понимаете, обычно каждый мой вечер начинался с вопля: «Серошку-у-ур!». И дальше: пойди туда, сделай то, принеси это.
Ни ночью, ни днем покоя не было. В первом же выводке она принесла четверых малышей, в следующем — еще четверых, а в третьем и вовсе шесть.
Сами подумайте, сколько требовалось мяса, чтобы всех прокормить. Я дома почти не появлялся — на охоте пропадал. А потом всех детей надо было пристраивать, кого куда.
Словом, полежал я в тишине, подумал, да и не пошел никуда. Решил пожить для себя.
Сыновья из последнего выводка уже подросли, орки быстро самостоятельными становятся, и я их расселил.
Новую самку я выбирать не торопился. Конечно, питаться дома было удобней, чем в общей кухарне с другими холостяками, да и в норе образовался знатный бардак, но зато никто меня не пилил, над ухом не зудел и не надо было носиться в поисках добычи. Сдал раз в неделю свою норму в кухарню — и делай, чего хочешь.
— Короче, — сказал я эльфу. — Устраивайся.
В это время снова заявился Ургл, притащивший мне с кухарни два куска лосятины и жареного глухаря. Поскольку я караулил эльфа, то сказал, чтобы еду мне поставляли в нору. Я же не могу отлучаться.
Я поставил доску с мясом на пол, а потом подошел к сидящему на мехах эльфу.
— Руки, — приказал я.
Эльф неуверенно протянул вперед связанные руки. Я достал кинжал и быстро перерезал веревки, краем глаза отметив, как пленник перепугался. Решил небось, что я его зарезать хочу.
Стал бы я кровью пол в собственной норе заливать. Ха.
— Без глупостей, а то шею сверну, — прорычал я ему в лицо. — Кормить тебя с рук я не собираюсь. Вот еда — сам справляйся.
Я гордо уселся на пол и вгрызся в свой кусок лосятины. Эльф сидел и молча смотрел на меня.
— Чего? — с набитым ртом спросил я. — Или ты ждешь, что я тебе за столом прислуживать буду?
— Я не ем мяса, — ответил эльф.
Я аж мясо на себя уронил. Ничего себе заявочки. И чем его тогда, спрашивается, кормить? У нас, кроме мяса, нету ничего.
— Это — лосятина, — помахал я своим куском. — Если ты думаешь, что я тебе человечину или жаркое из эльфа подсовываю, то зря.
Пленника перекосило.
— Это просто лось, — возмутился я. — Его люди тоже едят. И гномы.
— Я — не человек и тем более не гном! — сверкнул глазами пленник. — Эльфы не едят мяса животных. Вообще.
— А что вы едите? — я чуть не взвыл.
Так и знал, что все будет только хуже. Капризы сплошные.
— Мы едим растения — овощи, фрукты, спаржу… — начал перечислять эльф, но я не выдержал.
— Спаржу?! — заревел я. — Ты издеваешься, что ли? Откуда у орков спаржа? Ешь, что дают! Я с тобой возиться не собираюсь! Фрукты ему! Откуда я их тебе достану — из задницы выну?!
Эльф скрестил руки на груди и задрал подбородок.
— Я не ем мяса. Недопустимо лишать жизни живое существо ради своего желудка.
Сказал, как отрезал.
Я едва сдержался, чтобы ему по зубам не вмазать.
Мрак и Бездна, вот за что, за какие такие провинности мне это все? Жил себе спокойно, никого не трогал, и зачем меня сотником назначили?
То есть, понятно, конечно, зачем и почему. Потому что я в нашем районе самый рослый, сильный, выносливый, сообразительный, и боевой опыт в настоящих битвах есть.
Правильно папаша говорил — не высовывайся и прикидывайся тупым, меньше спрос будет и меньше проблем.
Чего я его не послушал?
— Пойду попробую найти тебе еду растительного происхождения, — передразнил я его, вставая. — Сиди тут. Учти — Ургл у дверей караулит. А он, если что, тормозить не будет — пырнет ножом в печень, и до свидания, милое создание.
Голодный и злой, я вышел из норы, отвесил оплеуху Урглу, чтобы зло сорвать, и потащился в кухарню со слабой надеждой, что у кухаря Орхлука в запасах завалялось хоть что-то, что подойдет этому недотроге недокормленному.
Понятно теперь, почему эльфы все такие костлявые. На траве-то не отъешься.
========== 3.Побег ==========
Подоспел я аккурат вовремя — кухарь Орхлук как раз закрывал кухарню на засов изнутри. Я ускорился, схватился за одну из створок воротец, и потянул на себя.
— Чего тебе? — зарычал кухарь, кося на меня своим единственным глазом.
Кухарем Орхлук стал после того, как вернулся из похода с простреленной в трех местах ногой, вытекшим глазом и глубокой раной на боку. Удивляюсь, как его вообще живым донесли, но орка убить не так-то просто.
Выжить он выжил, но скособочился, и бегать уже никак не мог — нога почти отнялась. Так, ползал, хромая и дергаясь. Ясное дело, что охотиться он уже не годился, и его определили в кухарню — стряпать для холостяков и распределять запасы.
В кухарне Орхлук отъелся, выправился и обнаглел. При еде-то отираться. Со временем он стал всем заведовать, и взял себе аж сразу двух молодых справных самок. На то, что он подворовывал в кухарне, Орхлук отлично содержал обе семьи, и малыши у него всегда были толстенькие и лоснящиеся.
— Погоди запирать, — сказал я. — Мне нужна еда для ценного пленника.
— Тебе Ургл отнес два шмата мяса и птицу, — разозлился Орхлук. — На трех пленников хватит. Или ты сам все сожрал?
Тут я разозлился и рванул воротину на себя. Кухарь чуть не упал таблом вперед, но я успел схватить его за грудки и поднял над собой, повыше, и заревел ему прямо в перекошенную морду:
— Молчать! Будешь огрызаться на сотника — сам в застенок загремишь! Дело государственной важности!
Услышав про это, Орхлук сразу вытянулся в струну. Я вообще люблю пользоваться этой фразой. Про дело государственной важности. Потому что никто толком не знает, что это такое, но все зато сразу чувствуют глубокое уважение.
Встряхнув Орхлука еще раз, я поставил его на пол.
— Чтоб ты знал, старая скотина, эльфы мяса не едят! — назидательно поднял я палец вверх.
— Откуда мне-то знать, я эльфами не интересуюсь, — проворчал Орхлук. — Мне в свое время одного раза хватило, спасибо. И что они едят?
— Все, что само по себе растет — овощи, фрукты, спаржу, — важно пояснил я.
— Спаржу?! — уставился на меня Орхлук. — И где я ее тебе возьму? Из задницы выну?
— Я тебе из задницы кое-что другое выну, кишки твои вонючие, — зарычал я, прижав уши. — Бери, где хочешь, но чтобы была мне еда для пленника.
  
Охая и причитая, Орхлук повел меня в кладовые и мы стали искать «растительную пищу». В итоге отыскалось три лежалых зеленых яблока, горсть лесных орехов и пучок укропа.
— Не отдам, — возопил Орхлук, прижимая укроп к груди. — Это приправа для жареного быка, на праздник! Я ее у гномов на последней мене выменял!