Первый среди равных. Книга X (СИ)

— Дистанционно, — ответил Аксаханов. — Александр Романович пытался сохранить максимальную секретность. Честно говоря, мы до последнего не знали, повезём вас сюда вообще или нет.
— Юрий Алексеевич, у вас нет ощущения чужого присутствия? — посмотрел я на менталиста, который уже успел усесться в роскошное кожаное кресло, стоявшее напротив камина. В очаге были красиво сложены домиком дрова. Персонал действительно позаботился обо всём.
  
— Всё в пределах нормы, ваша светлость, — с секундной задержкой ответил жандарм. Я в это время использовал все доступные мне аспекты, чтобы найти малейшие следы чужого присутствия. И одновременно понимал, что все мои усилия напрасны. Я просто не мог на текущем своём уровне ощутить полноценные заклинания на основе струн реальности.
Это было особенно неприятно, но не смертельно. Потому что даже в те времена, когда я был в полной силе, использовать этот тип магических коструктов для банального наблюдения за кем-то было слишком расточительно. Но некоторые мои братья были иного мнения. Именно тогда я разработал пару трюков, чтобы избавиться от назойливых и нежеланных взглядов.
— Кофе, господа, — произнёс вернувшийся в гостиную Антип. Слуга держал в руках большой поднос с дымящимися чашками и вазочкой печенья. — На кухне и втором этаже всё чисто. Еда в порядке.
— Хорошо, — кивнул я и серьёзно посмотрел на жандармов. — Можете убрать телефоны, господа? Мне нужно с вами серьёзно поговорить.
— Тогда просто убрать будет недостаточно, — понимающе усмехнулся Аксаханов. — Эта проблема уже очень серьёзно беспокоит многие службы.
Артур и его напарник достали мобильники и как-то обыденно отключили их, а потом разобрали на части, достав аккумуляторы. Но даже этого показалось мало и менталист унёс остатки куда-то на кухню.
— Мы вас слушаем, Ярослав Константинович, — когда Колосов вернулся на своё место, произнёс Артур.
— Антип, мне нужна сфера отчуждения на эту комнату, — приказал я и оборотень тут же создал нужное заклинание. — А теперь перенасыть её маной до разрушения. За секунду.
Слуга на мгновение задумался, а потом по ушам ударил глухой хлопок и перед глазами всё помутилось. От обилия сырой маны в пространстве начала кружиться голова. Но только так я мог гарантировать безопасность от любого наблюдения хотя бы на некоторое время.
— Итак, — немного придя в себя и поняв, что жандармы уже могут меня слушать, произнёс я. — Мне нужна вся информация по нападению на вас. В мельчайший подробностях.
— Для чего? — осторожно поинтересовался Аксаханов.
— Есть предположение, что мы все смотрим не в ту сторону, — ответил я. — Что за история с ассоциацией целителей?
  
Глава 4
 
— Около месяца назад произошло одно неприятное событие. В Твери был найден мёртвым известный целитель Петр Аристархович Полынин, — собравшись с мыслями, через пару мгновений начал говорить Аксаханов. — У Полынина была обширная практика по всей западной части Империи, но, разумеется, самые прибыльные постоянные клиенты находились в Москве. Тверь для целителя была полигоном отработки новых методик. И с ним охотно сотрудничали многие владетели. Но и среди других аристократов желающих попасть к именитому специалисту было много.
— Простолюдины? — уточнил я.
— Только если они находились в составе родовых дружин, — чётко ответил Артур. Видимо, эту тему они разрабатывали очень долго и тщательно. — Мы опросили многих, но ничего интересного не узнали. Из-за того, что целитель умер на моей территории, разбираться с ситуацией тоже пришлось моему отделению. Господин Полынин умер в своём номере в центральной гостиницы Твери. От сердечной недостаточности.
— Целитель четвёртого круга посвящения, — чуть улыбнулся Колосов. — Который удивительным образом совершенно не заботился о своём теле, но отлично лечил всех вокруг.
— Интересно, — задумчиво произнёс я. Пока это ничего не давало и суеты вокруг смерти Полынина я не понимал. Ситуация странная, но не до такой степени, чтобы кто-то устраивал нападение на жандармов. — Что удалось найти?
— Ничего, — пожал плечами Аксаханов. — Мы перелопатили личные документы и все контакты погибшего, опросили пациентов за все три дня, что Пётр Аристархович был в Твери. Толку — ноль.
— Но вы уверены, что это было убийство, — произнёс я.
— Абсолютно, — кивнул Артур. — Дело в том, что я сам пару раз был на приёме у этого специалиста. Господин Полынин был из тех людей, которые очень преуспели в жизни. Он планировал жить долго и счастливо, делая для своего здоровья всё необходимое и даже больше. Я бы никогда не поверил, что он не следил за своим сердцем.
— И мы начали копать, — хмуро произнёс Колосов. — Все схожие случаи, примерные координаты событий, условия и пересечения людей. Вроде работа однообразная и муторная, но результат оказался просто удивительным. За последние двадцать лет точно так же погибли почти пять десятков высокоранговых целителей по всей стране. И почти восемь сотен по всему миру.
— Ровно двадцать лет? — уточнил я.
— Плюс-минус пара лет, — ответил Артур. — Причём количество погибших от непонятной эпидемии постепенно увеличивалось. Половина всех смертей произошла за последние пять лет. И когда поступило сообщение о том, что в Москве внезапно скончался граф Соболев, мы сразу отправились на место происшествия, хотя это и не наша территория.
— Всё совпало, вплоть до мелочей, — сообщил Колосов. — А потом в течение месяца погибли ещё трое. И мы с этим всем пришли к Александру Романовичу. Глава шестого отдела начал собственное расследование и пошёл с его результатами в канцелярию Его Императорского Величества. Было созвано экстренное собрание. И на нём Горю дипломатично сказали, что лучше не лезть в это дело.
— А вы причём? — спросил я.
— А нас тоже вызвали на это собрание, как инициаторов расследования, — ответил Аксаханов. — И вот на обратном пути на нас и напали. Но мы думали, что это связано с вами, ваша светлость. Потому что на том же собрании упоминали дело Бежанова. Мне даже показалось, что всю дискуссию свернули именно для того, чтобы не касаться этого вопроса.
— Спасибо за рассказ, — глотнув кофе, произнёс я.
— Да не за что, Ярослав Константинович, — нейтрально ответил Аксаханов. — Только я, если честно, так и не понял, что было в этом такого важного.
— Какой из аспектов традиционной магии самый опасный? — вместо ответа, задал вопрос я.
— По статистике? — поинтересовался Колосов и я кивнул. — Больше всего преступлений по нашему профилю происходит из-за адептов Тьмы. Это самый нестабильный аспект. Зачастую маги Тьмы изначально склонны ко всякого рода девиациям, а дар только усиливает эти склонности.
— А какой самый полезный аспект? — задал следующий вопрос я.
— Жизнь, — усмехнулся Аксаханов. — На практике и в быту даже простолюдины сталкиваются с этой силой постоянно. Если бы не было лекарей, то часть заболеваний так и осталась бы без лечения.
— Вот и ответ, — слегка улыбнулся я и подкинул в воздух чёрную подушку, лежавшую на диване. Все присутствующие подняли взгляды вслед за ней. А я тем временем уронил на пол пару салфеток со стола. — Тьма очень яркая и опасная. Она всегда привлекает массу внимания и может служить только плохим целям. Это настолько очевидно, что никто не станет думать о двойном или тройном дне тех событий, в которых задействованы адепты этой силы. И никто при этом не станет обращать внимания на что-то, связанное с заведомо безопасной энергией.
Я поймал подушку и, посмотрев на удивлённых жандармов, тряхнул ей перед собой.
  
— Это нападения на вас и на меня, — произнёс я. — С древними артефактами и непонятными технологиями. А это смерти десятков магов жизни, случившиеся за последние годы. Магов того аспекта, которым в совершенстве владеет род Императора. И адепта которого, по мнению многих, невозможно убить незаметно.
— Что «это»? — осторожно уточнил Колосов и я шевельнул ногой возле лежащих на полу салфеток.