Я - его оруженосец. И, да, я девушка! Принц не в курсе! (СИ)

— Какому сыну? — удивилась я. — Я думала, у короля не было детей.
— Были. Незаконный сын от фрейлины. — Солас посмотрел на принца. — Арно.
Что⁈
Я уставилась на принца, потом на Соласа, потом снова на принца.
— Что он сказал? — спросил Арно, видя моё выражение лица.
— Он сказал… — Мне пришлось сглотнуть, чтобы найти голос. — Он сказал, что ты — сын настоящего короля. Эдмунда. Незаконный, но всё же сын.
  
Арно осел на тюк сена.
— Что?
— Твоя настоящая мать была фрейлиной короля Эдмунда, — продолжила я, переводя слова Соласа. — Когда Рикард убил брата, он оставил тебя в живых, потому что ты был ребёнком и не представлял угрозы. Но дал тебе фальшивые документы, сделав тебя своим приёмным сыном.
— Но зачем?
— Чтобы у него был наследник, а не соперник. Но он узнал, что уто-то из Ленуаров жив… и теперь ты представляешь для него опасность. Ведь его могут лишить трона и посадить туда тебя — истинного сына короля Эдмунда.
Арно сидел молча, переваривая эту информацию. Потом тихо спросил:
— Значит, я — законный наследник престола?
— Если доказательства в склепе подтвердят это — да.
— А Рикард — не мой отец, а мой дядя. Который убил моего настоящего отца.
— Да.
Принц встал и начал ходить по конюшне.
— Боже мой. Всю жизнь я считал его отцом. Любил. Уважал. А он…
— Он убийца и узурпатор, — мягко сказала я. — И планирует убить тебя, как убил твоего отца.
— Тогда нужно его остановить.
— Как?
Арно остановился и посмотрел на меня решительно.
— Найдём доказательства. Покажем их людям. Восстановим справедливость.
— А как попасть в склеп? Тронный зал охраняется.
— Завтра ночью, во время банкета. Все будут в большом зале, тронный зал опустеет.
— А если нас поймают?
— Не поймают. — Арно взял мои руки. — Мэйрин, ты готова рискнуть всем ради справедливости?
Я посмотрела в его глаза и увидела там решимость, смелость и что-то ещё — любовь. Он готов был бороться за правду. За нас. За будущее.
— Готова, — ответила я. — Но есть одно условие.
— Какое?
— Если что-то пойдёт не так, ты убегаешь. Не пытаешься меня спасать, не геройствуешь. Просто убегаешь.
— Ни за что.
— Арно…
— Мэйрин, — твёрдо сказал он, — мы либо победим вместе, либо умрём вместе. Третьего не дано.
Солас одобрительно заржал.
— Что он сказал? — спросил принц.
— Что ты идиот, — перевела я. — Но храбрый идиот.
— Передай ему спасибо за комплимент.
— Он слышит, — засмеялась я. — И очень доволен собой.
Мы ещё раз обсудили план. Завтра вечером, во время банкета, мы проберёмся в тронный зал, найдём вход в склеп, достанем доказательства и… что потом? Прервём банкет драматическим появлением с обличительными документами?
— Что-то в этом есть, — задумчиво сказал Арно. — Представляешь лицо Рикарда, когда мы появимся с доказательствами его преступлений?
— Представляю. И мне кажется, что он попытается нас убить на месте.
— Попытается. Но у нас будут свидетели. Весь двор.
— А если свидетели ему поверят, а не нам?
— Тогда нам действительно придётся бежать, — признал принц. — Но по крайней мере, правда будет сказана.
Мы вернулись в его покои, чтобы детально спланировать завтрашнюю операцию. Впереди был самый важный день в нашей жизни. День, который либо восстановит справедливость, либо закончится нашей смертью.
Но я больше не боялась. Потому что мы были вместе. Потому что правда была на нашей стороне. И потому что у нас был план.
Правда, план был безумным. Но иногда безумие — единственный способ победить зло.
  
Глава 17
 
Мой день начался с того, что в покои принца ворвался магистр допросов в сопровождении трёх здоровенных стражников и мага королевского двора — человека с бородой цвета старого пергамента и глазами, которые, казалось, видели насквозь не только людей, но и их прошлые жизни.
— Ваше высочество, — сказал Гервасий с поклоном, который был вежлив ровно настолько, чтобы не считаться оскорблением, — мы пришли по поручению его величества.
Я сидела в углу комнаты, всё ещё переодетая мальчиком, и молилась всем богам, чтобы меня не заметили. Увы, боги, видимо, были заняты более важными делами, потому что взгляд магистра сразу нашёл меня, как тепловизор находит источник излучения.
— А вот и беглянка, — удовлетворённо констатировал он. — Мишель де Ленуар. Или как вас там на самом деле зовут?
Принц встал с кресла, превращаясь из расслабленного молодого человека в наследника престола с соответствующей осанкой и выражением лица.
— Магистр, — сказал он холодно, — этот юноша находится под моей защитой.
— Под вашей защитой? — Гервасий поднял бровь. — Как интересно. А знаете ли вы, ваше высочество, что ваш подопечный является самозванцем?
— Откуда такие выводы?
— Оттуда. — Магистр кивнул магу, и тот выступил вперёд.
Маг был из тех людей, на которых смотришь и сразу понимаешь — этот человек видел слишком много, знает слишком много и вообще слишком много всего «слишком». Длинная седая борода, глаза цвета зимнего неба, руки, увешанные кольцами с непонятными символами.
— Меня зовут Мерлинус, — представился он голосом, в котором звучали отголоски древних заклинаний. — Я придворный маг его величества.
«Мерлинус», — мысленно фыркнула я. — Ну конечно. Почему бы сразу не назваться Гэндальфом или Дамблдором?
— И что вам нужно от моего оруженосца? — спросил Арно, но я слышала напряжение в его голосе.
— Проверить его на предмет… магических способностей, — ответил маг. — Видите ли, ваше высочество, род Ленуаров обладал определёнными талантами. В частности, способностью общаться с животными.
Моё сердце ухнуло в пятки. Они знали. Каким-то образом знали про мой дар.
— И если этот молодой человек действительно принадлежит к роду Ленуаров, — продолжал Мерлинус, — то проверка это покажет.
— А если не принадлежит? — осторожно спросил принц.
— Тогда ничего не произойдёт, — улыбнулся маг улыбкой, которая была похожа на оскал акулы. — Совершенно безболезненная процедура.
Я сомневалась в «безболезненности». Особенно учитывая то, с каким энтузиазмом маг потирал руки.
— Приступаем? — спросил Гервасий.
— Стойте, — вмешался Арно. — Мне нужны гарантии, что моему оруженосцу не причинят вреда.
— Разумеется, ваше высочество. Мы же не варвары.
Да уж. Варвары обычно честнее в своих намерениях.
Маг подошёл ко мне, и я почувствовала, как воздух вокруг него дрожит от магической энергии. Неприятное ощущение, как будто кто-то водит по коже холодными пальцами.
— Протяните руку, — приказал он.
Я протянула руку, стараясь выглядеть как можно более невинно. Мерлинус взял мою ладонь в свои руки и закрыл глаза, бормоча что-то на языке, который звучал как смесь латыни с кельтским диалектом.
И тут произошло то, чего я больше всего боялась.
Магия ответила.
Не знаю, как это описать. Будто что-то проснулось внутри меня, потянулось к магу, как растение к солнцу. По телу прошла волна тепла, и я почувствовала… связь. Не только с Мерлинусом, но и со всем живым вокруг.
Маг резко открыл глаза.
— Интересно, — сказал он. — Очень интересно.
— Что интересно? — спросил магистр допросов.
— Этот молодой человек действительно обладает даром Ленуаров. — Мерлинус отпустил мою руку. — Более того, дар у него очень сильный. Сильнее, чем я ожидал.
Гервасий довольно улыбнулся.
— Значит, мы имеем дело с представителем мятежного рода?
— Не только представителем, — сказал маг, и в его голосе послышалась нотка удивления. — Судя по силе дара, это прямой наследник. Возможно, даже…
  
— Что «возможно»? — нетерпеливо спросил магистр.
— Возможно, сама Мэйрин де Ленуар.
Тишина. Долгая, звенящая тишина, в которой было слышно, как бьётся моё сердце.
— Но это же невозможно, — прошептал один из стражников. — Мэйрин де Ленуар — девушка.