Я - его оруженосец. И, да, я девушка! Принц не в курсе! (СИ)

— Не надо, это пустяк…
— Сидеть, сказал.
Я села, потому что с принцем в таком настроении спорить было себе дороже. Он достал из сумки что-то вроде аптечки, разорвал мой рукав и принялся промывать царапину.
Его руки были удивительно нежными для человека, который только что зарубил трёх бандитов. Пальцы осторожно касались кожи, не причиняя боли, и от этих прикосновений у меня перехватывало дыхание.
  
— Мишель, — сказал он тихо, не отрывая взгляда от раны, — ты мог погибнуть.
— Но не погиб, — попыталась я пошутить.
— Не погиб, потому что мне удалось их остановить. А если бы не удалось?
В его голосе была какая-то странная нотка. Почти… тревога?
— Не знаю, — честно ответила я.
— Я знаю, — он поднял глаза и посмотрел на меня так пристально, что я забыла, как дышать. — Тебя бы убили. И я бы этого не пережил.
Время остановилось. Мы смотрели друг на друга, и в воздухе повисло что-то электрическое, опасное. Его рука всё ещё лежала на моём запястье, тёплая и сильная.
— Ваше высочество…
— Не говори ничего, — прервал он. — Просто… не говори.
Он наклонился ближе, и я поняла — сейчас произойдёт что-то, что изменит всё. Что разрушит ту хрупкую стену, которую мы построили между собой из формальности и осторожности.
Его лицо было в дюйме от моего, глаза закрылись…
И снаружи раздался топот копыт.
Мы отшатнулись друг от друга, как ошпаренные. Принц вскочил, схватил меч.
— Ещё одни, — пробормотал он.
Но в дверь вошёл не бандит. Вошёл королевский гонец, мокрый, запыхавшийся, с официальным свитком в руках.
— Ваше высочество! — воскликнул он, увидев принца. — Слава богам, нашёл вас! Срочное послание от его величества!
Принц взял свиток, быстро пробежал глазами и нахмурился.
— Что там? — спросила я.
— Меняются планы, — сказал он мрачно. — Краенбург подождёт. Нам нужно немедленно возвращаться в столицу.
— Что случилось?
Он посмотрел на меня долгим взглядом.
— Нашли след наследницы Ленуаров. Отец хочет, чтобы я лично руководил поисками.
Кровь в жилах превратилась в лёд. Нашли след. Меня. Настоящей Мэйрин. И теперь принц, который только что едва не поцеловал меня, будет искать ту, чьё имя я ношу.
Ирония судьбы была настолько жестокой, что хотелось рыдать.
— Мы выезжаем сейчас же, — сказал принц, уже собирая вещи. — И Мишель…
— Да, ваше высочество?
— То, что сейчас произошло между нами… забудь. Это было ошибкой.
Он ушёл готовить лошадей, а я осталась сидеть на табурете, чувствуя, как разбивается сердце.
Ошибкой. Он назвал это ошибкой.
А ведь для меня это был самый правдивый момент за всё время.
Боже, как же больно любить того, кто считает тебя ошибкой.
  
Глава 7
 
Возвращение в замок прошло в атмосфере похоронного марша, исполненного на расстроенной арфе. Принц ехал впереди, как статуя Неприступности верхом на коне, я плелась сзади, как олицетворение Разбитых Надежд в седле. Между нами лежала пропасть неловкости шириной с целое королевство, а над всем этим великолепием висели тучи в виде королевского приказа: найти наследницу Ленуаров.
То есть меня. Найти меня. Чтобы убить меня.
Ирония ситуации была настолько едкой, что могла бы разъесть броню дракона.
Снорри встретил нас у конюшни с видом врача, который уже знает диагноз и готовится объявить его родственникам. Одного взгляда на мое лицо ему хватило, чтобы понять — поездка прошла не так, как планировалось.
— Ну и рожа у тебя, — констатировал он, когда мы остались наедине в казарме. — Как будто тебя переехала телега с особо злобными свиньями. Что случилось?
— Ничего, — буркнула я, падая на койку лицом в подушку. — Абсолютно ничего. Кроме того, что принц едва не поцеловал меня, назвал это ошибкой, а потом получил приказ искать и убивать меня. Обычный день из жизни.
— Едва не поцеловал? — Снорри присел ушастой задницей на пол и уставился на меня с интересом патологоанатома. — Расскажи подробности. И не вздумай юлить.
Я рассказала. Про хижину, про дождь, про то, как он снимал рубашку (тут я покраснела так, что Снорри фыркнул), про бандитов, про почти-поцелуй и про то, как всё закончилось.
— Понятно, — философски заметил корги. — Значит, он окончательно влюбился в тебя, ненавидит себя за это и теперь будет особенно жестоким, чтобы доказать самому себе обратное.
— Спасибо за оптимизм, — мрачно отозвалась я. — А теперь он ещё и искать меня будет. Меня настоящую. Не зная, что она рядом.
— Ага. И чем активнее он будет искать, тем больше времени проводить с тобой. Потому что ты — его оруженосец, и он тебя с собой повсюду таскает.
Я подняла голову и посмотрела на Снорри.
— Ты хочешь сказать, что он будет искать меня, постоянно находясь рядом со мной?
— Именно. И при этом будет злиться, что не может найти, злиться на собственные чувства к тебе, и вообще превратится в ходячий вулкан раздражения.
Прекрасно. Просто чертовски прекрасно.
На следующее утро мои худшие опасения подтвердились. Принц появился в казарме с лицом палача, который не выспался и забыл позавтракать.
— Мишель, — рявкнул он, — собирайся. Сегодня начинаем поиски.
— Кого ищем, ваше высочество? — спросила я самым невинным тоном, на который была способна.
— Наследницу Ленуаров. Мэйрин де Ленуар. — Он произнес это имя так, будто оно было заразным. — Девчонка, которая должна была умереть вместе с остальной семьей, но каким-то образом выжила.
Интересно, что бы он сказал, если бы узнал, что разыскиваемая особа в данный момент стоит перед ним в мужской одежде и пытается не упасть в обморок от иронии?
— И где мы будем её искать? — поинтересовалась я.
— Везде. Начнем с деревень в окрестностях старого замка Ленуаров. Говорят, её видели в тех краях.
А, старый замок. Где лежат доказательства того, что король — убийца и узурпатор. Куда нам с медальоном рано или поздно придется отправиться. Судьба явно решила поиграть со мной в кошки-мышки, только кто из нас кошка, а кто мышка, было большим вопросом.
Первый день поисков прошел в объезде деревень, где мы показывали местным жителям словесный портрет разыскиваемой. Девушка, лет восемнадцати, волосы каштановые, глаза зеленые, рост средний, особые приметы — благородная осанка и умение читать и писать.
— Не видели такой? — спрашивал принц у каждого встречного.
— Нет, ваше высочество, — отвечали те, покачивая головами.
А я стояла рядом и думала: «Вот она я, дураки. Прямо перед вами. В бриджах и с привычкой спотыкаться на ровном месте».
К вечеру принц был мрачнее тучи перед грозой. Мы остановились в придорожной таверне, где хозяин предложил нам свои лучшие комнаты и еду.
— Ничего, — буркнул принц, когда хозяин ушел. — Завтра продолжим.
— А если её вообще нет в этих краях? — рискнула я спросить.
Он посмотрел на меня так, будто я предложил сдаться французам.
— Она здесь. Я это чувствую.
«Ну конечно чувствуешь, — подумала я, — сидишь же напротив неё за одним столом».
На третий день поисков мы добрались до руин замка Ленуаров. Точнее, до того, что от него осталось. Когда-то это была величественная крепость, а теперь — печальные развалины, заросшие плющом и воспоминаниями.
Принц остановил коня у ворот и долго смотрел на руины.
— Здесь всё началось, — сказал он тихо.
— Что именно? — спросила я, хотя знала ответ.
— Предательство Ленуаров. Здесь они планировали свой заговор против короля. — Его голос был жестким, но я уловила в нем нотку сомнения. — Здесь их и покарали.
«Покарали за то, что знали правду», — хотелось мне сказать, но я промолчала.
  
— Обыщем замок, — приказал принц. — Возможно, она прячется в подземельях.
Мы спешились и направились к руинам. Я шла за принцем, сжимая медальон в кармане и думая о том, что если мы найдем тайный вход в склеп, то найдем и доказательства королевского преступления. А потом что? Показать их принцу? Сказать: «Сюрприз, твой отец — убийца, а я — та самая Мэйрин, которую ты ищешь»?