Бег по отражениям (СИ)

  
Глава 5.
 
Подрыв машины, который унёс жизни двух мужчин из службы наружного контроля и наблюдения, как здесь именуется «наружка», и призван был нас напугать, дал совершенно противоположный результат. Первое, и самое главное, мы оказались предупреждены, а как следствие, готовы к любым неприятностям. Выходили на улицу только в бронежилетах, с оружием и под охраной четвёрки телохранителей, которыми нас снабдил, совершенно этого не ждал, Имперский банк. Правление само вышло на нас с предложением обеспечить охрану. Почему был сделан подобный ход, и кто являлся инициатором, мы с Олей, вообще-то догадались, сделать было нетрудно. Да и повадками эта четвёрка отличалась от рядовых банковских сотрудников. Рядом поставишь – только и остается, что смеяться или плакать. Ну, кому как. Оплату за сопровождения нам не вменили, пояснив, что всё оплачено и беспокоиться нам не о чем. Я, было, заикнулся о дополнительном поощрении, но старший из группы, Лев Николаевич, как представился в день знакомства, отрицательно мотнув головой, процедив сквозь зубы, что они получают более чем достойную оплату, а конфеты могут и сами себе купить. Получается, что князь в их глазах является босяком. Обидно, но пусть будет так. 
  
Два дня прошли тихо и спокойно. Мы посетили три новых отражения, но ничего интересного для себя не обнаружили. Обычные стандартные миры, да письма отца, что нашли, ничем не удивили. Слово, которым точно охарактеризовала эти отражения моя дорогуша – «болото». Уровень развития – семидесятые годы прошлого века. В одном даже был социализм, но какой-то совсем неправильный. Уровень цен удивил доступностью, но когда стали выяснять, оказалось, что почти все продукты синтезированной химией. Внешне да – блеск и шик, а копни… Посидели в кафе, ненавязчиво пообщались с местными и поняли, что если сюда и соваться, нужна не дверь, а огромный тоннель с непрерывно двигающимися поездами. Причём в одну, ТУ сторону. Обратно, что и можно было вывезти, одежду. Но, опять же, сплошь синтетика. Два других – странная пародия на китайский коммунизм. Вроде он есть, а, по сути, кроме лозунгов и портретов вождей, расклеенных на всех углах, сплошное предпринимательство. Впечатление, что весь город состоял из частных ларьков и палаток. Я, вспоминая девяностые, даже слегка загордился тем, что у нас, по сравнению с этим, было благолепие. Здесь же шум, гам, толпы болтающихся без определённой цели странно одетых индусов и китайцев. Вообщем, три карточки легли в коробку с пометками «Три с минусом». Вновь посещать эти отражения смысла не было. Зато вчера вечером получил звонок от нашей охраны, что около дома были замечены двое подозрительных мужчин. Их аккуратно вели до момента, когда те в одном из кафе, что находилось неподалёку, зайдя в туалет, вышли переодетыми, да ещё и с наложенным гримом. Охрана продолжила наблюдать за подозрительной парой, но те не стали дефилировать рядом с домом, а прямиком направились в жилконтору с целью снять жильё. Уже на месте представились супружеской парой из самой Франции. Тут уже по договорённости была вызвана служба имперской безопасности и французов, или кто они были на самом деле, тихо повязали и увезли. Удивило другое – через пару часов те двое, как оказалось, мужчина и женщина, снова припёрлись в моё домоуправление и стали не просить, ТРЕБОВАТЬ, что бы им предоставили квартиру для проживания на длительный срок. Охрана меня уже не беспокоила, а позвонили из ЖЭКа. Кратко ввели в курс дела, и на заданный вопрос, на какой срок требуется жильё, последовал ответ – на полгода. Попросил объяснить приезжим деятелям, что минимальный срок аренды - три года и внесением первоначальной суммы за полгода вперёд. Добавил, пусть объяснят клиентам, что свободной жилплощади для предоставления съёма нет, и дали адрес ближайшей гостиницы. Французы ругались на двух языках, а русским, как слышал во время разговора, владели как родным, всё-таки ушли, но пригрозили, что вернутся, имея на руках веские доводы и чуть ли не с силовой поддержкой. Когда мне чуть позже перезвонили и подробно рассказали, чем закончилась встреча, дружно посмеялись и выдохнули, но не тут-то было. Неугомонная пара вернулась через час, имея на руках документ из Канцелярии Императора с предписанием, что любой предъявитель обязан оказать всяческое содействие этим двум знаменитостям мирового масштаба. Подобная новость у меня вызвала смех - невольно вспомнилось письмо кардинала из «Трёх мушкетёров» Дюма… К сожалению, не только одной писулькой махали перед лицами моих работников - в качестве силовой поддержки прибыл тщедушный представитель этой самой Канцелярии. Тут уж я не выдержал и, оставив Ольгу дома, пошёл ругаться. Естественно, за моей спиной сразу «нарисовались» двое сопровождающих. То бишь охранников.
Когда зашёл в управление, там уже стоял крик до небес. Французы орали, что им ОБЯЗАНЫ предоставить жильё, а начальник жилконторы, уже потеряв терпение, всё же пытался достучаться до мозгов орущих и объяснить, что может быть в другом случае и пошли бы навстречу, но квартир свободных попросту нет. Ч постоял в сторонке, послушал, даже взял со стола и прочёл предписание Канцелярии.
- Можно минуту тишины? – спросил тихо, но, удивительно, в кабинете сразу все заткнулись. – Не пойму одного, господа, – обращался к мужчине и мужеподобной девице. – Вы приехали в чужую страну и здесь пытаетесь навязать свои порядки? Можете объяснить, чем обоснована столь великая спесь?
- Это Анри Жерно, - протявкала девица. – Всемирно известный режиссёр. Он желает поселиться именно здесь, потому что его родители ещё в позапрошлом веке проживали в этом самом доме, где его и зачали. Это знаковое событие. Неужели Вы не понимаете?
- Для Вас может быть событие и зна́ково. Только позвольте поинтересоваться – месье Жерно сколько лет? Сто двадцать? Неплохо сохранился для своих лет.
- Моя ассистентка неправильно сказала. Не родители меня зачали, а мои дедушка и бабушка зачали мою мать.
- Потрясающая осведомлённость знать место и время зачатия собственной матери. Могу позавидовать подобному, но есть маленькая проблема. Здесь не могли проживать ваши предки, потому что эти дома в начале прошлого века, не говоря уже о более поздних временах, не являлись доходными домами. Знаю точно, поскольку у меня есть вся документация с момента строительства и по нынешнее время.
- Это ложь, – француз презрительно посмотрел мне на ноги, оценив, точнее, совсем не оценив мою обувь, и отвернулся. – С голодранцами разговаривать не намерен. Позовите сюда владельца. Буду беседовать только с ним.
- Забавные создания. Наглые и высокомерные, – я потерял интерес к гостям и обратил внимание на приведённого сюда клерка, который откровенно скучал, не видя достойного для себя повода вмешаться. Кто я, он не знал, это было видно, поэтому задал вопрос, после которого в кабине управляющего вновь наступила тишина.
- Кто подписал требование, и кто завизировал? Назовите конкретные фамилии.
- А Вам-то какое дело? – буркнул мужчинка, но тут обратил внимание на двоих моих сопровождающих и в его глазах заработал вычислитель, но, увы, счёт уже ушёл в минус. Если бы он обернулся чуть раньше. 
- Сообразили, кто перед Вами? Вопрос снимаю. Сам разберусь. – Будьте добры предоставить требование. - Попытался вновь взять со стола бумагу, но клерк мгновенно схватил её двумя руками и прижал к груди. – Не боитесь лишиться работы? Нет? Что ж, спорить не буду. - По памяти набрал номер, по которому пару раз связывался с Канцелярией, когда надо было заказать пропуск во Дворец. Удивительно, даже всплыло в памяти имя с кем общался.
  
- Тра-та-та-та-та-та… Государя. Слушаю, – скороговоркой, как профессиональный барабанщик, выдал дежурный секретарь, оглашая, куда я попал, что б, мол, трепетали…
- Звоню по делу. Галицкий. Будьте добры, соедините с Арсением Михайловичем по весьма щекотливому делу.
- Секунду.