Бег по отражениям (СИ)

- Мне почему-то кажется, что здесь всё должно быть правильно, но, для проформы, скажем, номер двадцать четыре.
Старик почти мгновенно нашёл нужный пакет, показав мне привычные цифры. Держал в руке, давая возможность сверить данные. Следом проверил ещё три упаковки и признал, что обманывать меня не желали. Другой вопрос непроизвольно возник в голове – а настоящие это камни или искусственные? Я в этом ни хрена не разбирался. Вот если выяснится, что не натуральные… Старик словно понял о чём я подумал.
  
- Камни выборные. Подразумевается, предназначены для высокой ювелирки. Все натуральные. К сожалению, искусственные мы так и не научились делать. В смысле, крупных размеров. Мелочь получается, но вся идёт в промышленность. 
- Скажите, а правда, что серебро в этом мире ценится дороже золота и алмазов?
- Вопрос дурной. В этом мире… А Вы что, из какого-то другого? – и, надо понимать, человек понял что сказал. Но, надо отдать должное, кроме крохотной заминки, ничем не показал своего удивления или, возможно, шока. Я, желая сохранить голову на плечах этому человеку, одновременно с его словами громко закашлял. И мои действия мгновенно были поняты и приняты с должным уважением – старик застенчиво улыбнулся и в коротком поклоне склонил голову. - Серебром планета обделена изначально. Ни одни сплав так и не дал нужного результата, чтобы в полной мере заменить серебро. Этот металл незаменим на производствах, где делают жизненно-важные медицинские лекарства. Не знаю точно, каким образом там используют серебро, но без него много больных людей останется без поддержки. А камни – это так, пыль под ногами по сравнению со звёздами. 
- Вопрос – необходимый объём серебра. Скажем, на год.
- Десять килограмм с запасом покрывают месячный расход. Вот и считайте.
- Сроки поставки и оплаты?
- Мы уже полгода в минусе – закупаем в других странах, но ведь и там считают каждый грамм.
- Простите, с кем имею честь? – ну не вежливо общаться с человеком, который намного старше меня даже того, прежнего, а о нынешнем и вспоминать-то.
- Сергей Павлович. Хранитель. Чего хранитель, простите, говорить не имею права.
- Так несложно догадаться. Вот что, Сергей Павлович. Меня зовут Александр Николаевич. Можно по имени. Давайте договоримся с Вами так. Именно с Вами, ни с кем другим. Просто Вы… очень уж напоминаете одного моего преподавателя в институте. Звали, между прочим, тоже Сергей, только Модестович. И фамилия у него была смешная, развлекуха для студентов – Аглерухи. Кто помладше, коверкал фамилию, а кто был постарше да поумнее, называли его по инициалам. САМ. Умнейший и порядочный человек. Специалист высшего класса. К молодым дуракам относился со снисхождением, но знание своего предмета – тут уж никому не делал скидки. Я у него четвёрку заработал лишь после второй пересдачи.
Рассказывал, вспомнив одного из самых достойных людей, с кем посчастливилось общался в жизни, потому что этот старик чем-то напоминал мне того САМ-ого. И не сразу понял, как на меня смотрят. С подозрением, что ли. Или с недоверием. 
- Простите, молодой человек, а когда Вы заканчивали институт?
- Давно. Если б Вы знали, как это было давно.
- Странно подобное слышать, видя Вас рядом. Поясню – у меня был брат, двоюродный, который при жизни носил имя Сергей Модестович Аглерухи. Преподавал в институте. И студенты его называли точно так, как и Вы и упомянули.
- Физик?
- Да. Физик-лирик. Скончался почти десять лет назад. 
- Светлая ему память. – Я сконфузился. На самого себя. Ну какого хрена разводить сопли, вспоминая человека, которого в этом мире вообще могло не быть. - Ещё раз простите. Отвлёкся. Вообщем, я хотел бы в дальнейшем иметь дело только с Вами. Не могу обещать, что прямо завтра-послезавтра смогу достать хотя бы десять килограмм серебра, но, думаю, в течение пары недель подобное организую. Может и раньше. Вам, в принципе, ювелирка из серебра подойдёт? 
- Если высокого содержания серебра, то да, без проблем. 
- Это ещё проще. Предложите вариант, как могу с Вами связаться из этой квартиры, что бы и Вы смогли здесь появиться не более чем через час. У меня время лимитировано. Не могу, знаете ли, торчать в одном месте часами. Так и жизнь мимо пройдёт. В ожидании. 
- Как вариант… - мужчина огляделся по сторонам и ткнул пальцем в подвесной шкаф. – Там будет лежать телефон с одним единственным заранее вбитым в память номером. Наберёте, и я незамедлительно приеду. В крайнем случае, мой сын. Похож на меня как две капли. Зовут, только не смейтесь, Сергеем Сергеевичем. Так уж повелось в нашей семье – все мужчины носят имя Сергей.
- Страж, защитник? – заметив удивление на лице мужчины, пояснил. – Был период, когда интересовался происхождением и сакральным смыслом имён. Хорошо, договорились. Телефон с единственным номером. Расписываться о получении надо? Давайте, потому что нам уже пора, Вы уж простите. Да, последнее. Когда выйдете за порог, дверь за Вами замкну на ключ, а потом его положу на столе в кабинете. Уверен, дубликаты у Вас есть. И не один. Что ещё попрошу. Передайте руководству, а лучше самой Екатерине Романовой, чтобы привели квартиру в порядок и убрали отсюда все свои ловушки и камеры, и отраву. Если хотите с нами работать, это надо делать честно, как партнёры. Если нет – в следующий раз, если замечу хоть что-то, угрожающее моей жизни, больше здесь не появлюсь. Разбирайтесь со своими проблемами сами. 
Хотел было попросить у моего нового знакомого его саквояж, уж очень он мне понравился, но постеснялся – видел, с какой аккуратность старик обращается со своей собственностью. Да и антиквариат это был. Сейчас такие не делают. Достал из кармана полиэтиленовый мешок и стал туда укладывать пакеты с камнями. Старик подключился. Минута, и я в руках держал приличный такой пакетик, только стоимостью он был… хрен знает какой. Наверное, космической.
- Оля, мы идём, – предупредил подругу. – Как там, тихо?
- Раз зашуршало в замке, но я предупредила, что, если кто сунется, залью огнём. Затихли. 
Отпер входную дверь и выпустил из квартиры мужчину. Заметил, что людей на площадке стало меньше, но человек семь-восемь всё-таки было. Запер дверь и сунул ключ Ольге.
- Ключ положи в кабинете на стол. Пакет тоже возьми. Мне руки надо освободить. Отсчёт к возвращению начат. Десять секунд. Пошла!
Ольга подхватила мешок. Взвесила. Хмыкнула, но, ни слова ни говоря, быстрым шагом пошла в кабинет. Я же стал пятиться, избегая находиться около коридора, ведущего на кухню, а потом чуть задержался перед входом в кабинет. Вот свербело у меня в одном месте и всё тут. Ожидал гадость, но откуда она последует? По логике кабинет с противоположной стороны улицы через окно хорошо просматривался. Значит надо сделать что? Правильно. Надо сделать так, чтобы кабинет не был виден, а для этого…
- Малыш, ты где? Не вижу.
- Я за шкафом. 
- Тогда легче. Слушай, я тут постреляю по окну, чтобы мне не всадили пулю в спину. 
- Поняла. Я жду.
Лёг на пол в коридоре и, фактически не высовываясь, все восемь патронов с картечью разрядил в стекло окна.
Слышал, как на лестнице кто-то истошно заорал и, как показалось, стали ломать входную дверь, но я уже проскочил свободное пространство, где меня уже схватили любимые руки и мы, так и не разжав объятий, перевалились через порог. Ногой стукнул по шкафу и зеркало прохода стало мутнеть, но… чуть не крикнул непроизвольно, взвизгнул от радости, когда в стену у шкафа одна за другой легли две пули крупного калибра. Всё-таки наличие предчувствия - великая вещь. Проход в другие миры рассыпался чуть раньше, чем увидели вставший на место книжный шкаф на той стороне. Вскоре и здесь послышался сдвоенный щелчок – проход закрыт…
  
* * * 
Пока валялись на полу и приходили в себя, приходя в себя от напряжения, в котором были почти два часа, творец провёл анализ на наличие чужеземной заразы и традиционно провёл стерилизацию.