Откровение преподобного Жерара (СИ)
Молодой человек был не в силах даже кивнуть. Он всё так же поражённо смотрел на девушку и никак не мог прийти в себя. Уже переживший несколько глобальных потрясений мозг в этот раз не родил ни одной мало-мальски логичной мысли. В голове Яна крутились лишь обрывки картинок, вырванных из совершенно не связанных друг с другом воспоминаний. Он смотрел в серые глаза Лены и отчаянно хотел разглядеть за отливающими сталью радужками сознание Эллы. Наконец, уцепившись за эту мысль, Ян осторожно начал размышлять вслух:
— Если ты Элла, то где Лена?
Девушка опустила голову и глухим, но всё тем же хорошо знакомым голосом ответила:
— Лена умерла.
— Как? Ведь тело её живо.
— Ян, помнишь, мы как-то разговаривали, и я сказала тебе, что в вашем веке ещё слишком мало знают о сознании.
— Отлично помню.
— Вот. К сожалению, разум Лены давно умер. Повреждения же нервной системы были уже следствием, а вовсе не причиной, которую пытался лечить ваш доктор. Если бы имелась хоть мизерная вероятность на излечение, я никогда бы не заняла тело Лены. Ты мне веришь?
— Верю? Странный вопрос.
— Что ж в нём странного?
— То, что ты могла усомниться во мне.
— Я в тебе никогда не сомневалась. Потому и переместилась в ваше время, потому и вылечила тебя, несмотря на строгий запрет на вмешательство.
Несколько минут они сидели молча. Столь разные существа, прожившие совершенно непохожие жизни, в эту минуту думали об одном и том же. Ян вспоминал обжигавшую горечь, что не смог проститься с Эллой, а девушка корила себя за то, что не посмела прервать исследовательские процедуры и сказать Яну хоть пару слов.
— Прости! — вырвалось одновременно у обоих.
— За что? — и снова сказано было в унисон.
Взрыв хохота моментально сбросил напряжение. Элла положила свою ладонь на руку Яна.
— Я хотела извиниться, что не попрощалась.
— Что?! — полный ужаса крик эхом всколыхнул округу, — Так ты только попрощаться явилась?!
— Тише, Ян! — зашептала девушка, — Успокойся, я тут надолго.
— Правда? — у Яна от радости сдавило дыхание и выступили слёзы.
— Конечно, правда!
— А я ведь тоже хотел извиниться, что не попрощался, — виновато пробормотал Ян, — Элла, но почему сразу не сказала, что это ты?
— Не сказала потому, что в ваш диагностер встроена функция аудиозаписи всего, что происходит в палате наблюдаемого пациента.
— Что? — ахнул Ян, — Но зачем?
— Это уже не ко мне вопрос. Но по этой причине будем общаться нормально только на прогулках.
От переживаемых эмоций Яна непрерывно трясло, в горле пересохло, а ватные ноги готовы были вот-вот растечься. Сформулировать нужный вопрос было чертовски трудно. Он вновь посмотрел в глаза девушки, и тут, само собой, на разгорячённый разум снизошло спокойствие. Молодой человек улыбнулся, шумно вдохнул и совершенно буднично поинтересовался:
— Анатоль успешно проходит пси-коррекцию?
— У! Разгорелась любознательность! — Элла засмеялась, но сразу же серьёзно сообщила: — Увы, он не будет её проходить.
— Это ещё почему?
— Ну, что ж. Поскольку ты участник событий, то имеешь право всё знать. Как ты помнишь, Анатоль страдал хроническим повреждением психики, которое проявилось в совершенно запредельной ненависти. И ориентирована она была не только на биониклов. Он начал буйствовать ещё в пси-сети, убивая с невероятной жестокостью виртуальных персонажей. Потому его быстро исключали изо всех игровых сообществ. И даже направили на обязательную проверку в связи с неподобающим поведением в общественных порталах. Увы, но тогда должным образом не оценили уровень его деградации, и Анатоль не получил помощи. Он заперся дома и очень быстро превратился в настоящее чудовище. Похищение биониклов и последующие жестокие издевательства стали смыслом его существования. К счастью, мне удалось сделать брешь в его барьере, и несчастных освободили.
— А потом он сбежал из-под домашнего ареста, используя полученную по наследству машину времени.
— Да. Ты это знаешь. Все были уверены, что он просто поменялся с тобой местами.
— Э… — озадаченно протянул Ян, — Что ты хочешь сказать? Этого не было?
— Именно! Когда тебя переместили назад, то вернулся вовсе не Анатоль.
— С ума сойти! А кто?
— Француз из тринадцатого века! — выпалила Элла, — Ну, каково?
— Француз? Так вот кто был в моём теле! — догадался Ян, — То-то я думаю, что на меня косились! А откуда он взялся? И куда делся Анатоль?
— Уф! Сколько вопросов! Помнится, раньше ты не был столь любознателен. Но сейчас объясню. Как ты помнишь, в двадцать пятом веке уже были технологии наблюдения событий из временных отрезков прошлого. Генрих Карлович, мой создатель, смог разработать установку, которая могла не просто получать информацию из прошлого, но и переносить её из настоящего в прошлое. Причём объём информации мог быть любым. Вот Анатоль и решил с её помощью перенести своё сознание в прошлое, встроив его в тело жителя иного времени.
— Да, да! Я всё это знаю! — нетерпеливо вставил Ян, — Что дальше?
— Анатолю удалось одурачить полицейский департамент темпорального надзора. В его обмене участвовало не два человека, а три. Третьим был житель средневековой Франции — инквизитор по имени Жерар.
— С ума сойти! — Ян чувствовал себя героем настоящего детектива.
— Как потом выяснилось, Анатоль давно выследил Жерара и всё подготовил для перемещения в его тело.
— Погоди! — взмолился Ян, — То есть, я переместился в тело Анатоля, этот Жерар в моё, а Анатоль в тело этого Жерара?
— Совершенно верно! Но вначале никто этого не понял.
— Но смысл? Неужели Анатоль не думал, что полицейские спецы не разберутся и не вернут его из любого тела?
— Он рассчитывал, что никто разбираться не будет.
— Как так?
— Пси-коррекция могла быть проведена прямо дома, без извлечения человека из виртуальности.
— Что?! — Ян вновь задрожал от ужаса.
— Да. Если бы я не устроила перегрузку сети, и ты не вылетел из пси-домена, то, вероятнее всего, получил бы вместо Анатоля пять лет корректировки. Боюсь, что это было бы для тебя фатальным.
— Значит, ты и от этого меня спасла?
— Ну, есть такое, — засмеялась Элла.
— А что с тем французом? Его вернули назад?
— Здесь оказалось всё куда сложнее. Он пока находится в виртуальности пси-домена Анатоля. Ему подкорректировали виртуальную среду и он сражается с силами зла. Всё потому, что Анатоля нельзя переместить назад.
— Что? А почему?
— Потому что после перемещения преподобного Жерара убили. Точнее, Анатоля в его теле.
— Убили? Странно. Анатоль был должен проследить его жизненный путь.
— Наверняка так и было. Но его смерть была вызвана действиями уже самого Анатоля.
Ян поражённо молчал. Вываленная на его бедную головушку информация никак не желала упорядочиваться. Злобный замысел кровавого маньяка Анатоля, тройное перемещение и впутывание даже средневекового инквизитора, жуткий дом без окон и сказочный домишко под звёздами, беседы с Сергеем Кузьмичом и странные опыты Бориса Петровича, Элла…
Ян посмотрел на девушку, и тут по-настоящему жуткая мысль резанула раскалённым ножом:
— Ты же сказала, что здесь надолго?! Но ведь перемещение в прошлое под запретом! Тебя вернут! — взвыл Ян.
— А вот и нет! — радостно сообщила дева, — Я не стала проходить тесты на соответствие показателям разумности. А, значит, я, как неразумное создание, под действие закона о темпоральной безопасности не подпадаю…
Глава 17. Подозрения Сергея Кузьмича
Глава полицейского департамента темпорального надзора медленно распахнул дверь и чуть не вскрикнул от восторга. Седой, умудрённый опытом страж порядка смотрел на осенний лес, окружавший дом Анатоля, и не мог сдержать радостных слёз. Многочасовое добровольное заточение в диком каземате едва не раздавило, казалось бы, железную психику. Сергей Кузьмич сделал пару шагов, сбросил ботинки и радостно ощутил стопами живительную влагу травы. Его лёгкие рвались от упоения чистым воздухом свободы, а глаза жадно впитывали цвета окружающей природы. Пожилой полицейский впервые осознал на собственной шкуре, каково преступникам прошлого было находится в тамошних изоляторах. Когда же он вспомнил о несчастных биониклах, что подвергались немыслимым издевательствам, то пожилому офицеру стало дурно. Он опустился наземь, расстегнул ворот рубашки и страшно захотел пить. Встроенный регулятор внутреннего баланса тут же принялся за работу, и житель двадцать пятого века очень быстро пришёл в себя.