Откровение преподобного Жерара (СИ)

  
Глава 1. Воин из прошлого
 
Эхо обвала ещё неслось по долине, а сквозь взметнувшуюся пылевую завесу уже шагнул монстр. Слоноподобные ноги с хрустом растирали булыжники в каменное крошево, а покрытые броневой чешуёй могучие ручищи сжимали уродливую деревянную палицу. Густо пропитанное кровью оружие явно отняло жизни у сотен несчастных. На широченной груди чудовища покачивались бусы из человеческих голов. Некоторые из них уже давно зияли пустыми глазницами, другие же радовали своего обладателя разной степенью разложения.
Уродливое создание обвело взглядом окрестности и моментально заметило стоявшего поодаль воина. Решение атаковать было единственной мыслью, посетившей украшенную четвёркой кривых рогов голову. Ни отливающие сталью доспехи, ни пылающий клинок двуручного меча не произвели на монстра никакого впечатления. И немудрено, ведь гигант превосходил человека в росте раза в три, а то и больше.
В считанные секунды приблизившись к потенциальной добыче, чудовище без промедления пустило в ход дубину. Со свистом рассекая воздух, оружие грохнуло так, что, казалось, от воина должны полететь лишь кровавые ошмётки. Но умирать рыцарь не планировал. Он нырнул под бьющую руку врага и, не обратив никакого внимания на град каменных брызг, резанул мечом голень чудища.
— У него совсем нет страха! Никак не могу к этому привыкнуть.
— А чего ему боятся? Он — всего лишь нарисованная программой кучка пикселов.
— Не строй из себя идиота! Я про Жерара.
— Ну, ну! Не стискивай зубы. Я тоже устал. Могу позволить себе пошутить?
— Шутить он вздумал!
— Угу. Мы уже который час тут дежурим?
— Через двадцать минут смена. Сутки пролетели.
Наблюдатели из полицейского департамента темпорального надзора, не сговариваясь, тяжело вздохнули. Смотреть на очередное сражение было уже попросту невыносимо. И переутомлённые служители закона расслабленно откинулись на спинки мягчайших, но уже осточертевших кресел. Накачанный стимуляторами мозг из последних сил боролся с усталостью, не позволяя офицерам уснуть на дежурстве. Глядя из-под полуприкрытых век на гигантский голографический дисплей, первый заметил:
— Так. Он опять победил. Хм…
— Не хмыкай. Он пользователь. Не удивительно.
— Я удивляюсь вовсе не этому. Он ещё ни разу не был убит. С самого погружения!
— Серьёзно? — сонливость напарника как ветром сдуло.
— Да. Я проверил записи всех дежурств.
Это заставило полицейского задуматься. Он неторопливо поскрёб заросший щетиной подбородок и сделал вывод:
— Ну… он думает, что находится в реальности. Потому и сражается с осторожностью.
— Как же! Осторожностью там и не пахнет. Ты ж сам сколько раз видел как он бросался в совершенно безрассудные атаки.
Напарник поёрзал в кресле, кашлянул и выдал единственное, что пришло на ум:
— Он человек иной эпохи…
— Но это не мешает ему запросто овладевать оружием, которое ни в какой реальности не существует. Ты помнишь, как он разобрался с активатором гравитационных аномалий? А ведь такой штуки нет даже в нашем двадцать пятом веке! А как шустро он научился перезаряжать плазменный резак?
— Угу.
— Вот! Понятно, что он воспринял это как проявление магии. Но всё же… Как он сообразил?
— Видишь ли, люди во все времена воевали. И, как следствие, выживали только те, кто был лучше приспособлен к скорейшему овладению любым незнакомым оружием. Пойми: это у нас в крови.
Товарищ возмущённо фыркнул и возразил:
— Не городи чушь! Ты ещё скажи, что он сможет запустить космический корабль!
— Слушай, не лезь в бутылку! — полисмен сделал останавливающий жест, — Он, конечно, парень в высшей степени интересный, но более глубоко изучить его психоматрицу мы всё равно не сможем.
— Это ещё почему?
— Вчера, перед дежурством, узнал что наши наконец-то разобрались с этой дьявольской чехардой переноса. Потому наш вояка в самое ближайшее время отправится восвояси.
Сказанное тут же выбило из напарника всю воинственность. Он грустно посмотрел на экран. На каменном валуне, созерцая равнину, отдыхал только что победивший очередного монстра воин. Глухое забрало полностью скрывало лицо, и наблюдателям приходилось лишь гадать, какие чувства обуревают сына иного времени. Воин неотрывно смотрел на рассыпанные по долине домишки селян, и сотрудникам департамента темпорального надзора казалось, что он каким-то образом догадывается о скором финале сказочного приключения.
 
— Дела… Как же он теперь у себя будет жить?
Высказаться по этому поводу напарник не успел. Дверь распахнулась, но вместо сменщиков в кабинет шагнул сам глава департамента. Седовласый плотный мужчина молча уселся на стул. Он глянул на голограмму и тихим низким голосом спросил:
— Как он?
— Воюет, Сергей Кузьмич. И очень успешно. Даже жаль, что не удастся покопаться в его психоматрице как следует.
— А вот с этим как раз проблем не будет, — начальник перевёл тяжёлый взгляд на подчинённого.
Тот удивлённо захлопал глазами и растерянно выдавил:
— Погодите-ка! Ведь его должны отправить назад.
— Никуда его отправлять не будем.
— Что? — второму наблюдателю показалось, что он ослышался, — Как так?
— А вот так! — и босс раздосадованно шарахнул кулаком по колену…
Сергей Кузьмич не сказал больше ни слова. Он погрузился в перебор событий, что привели к нынешней ситуации. Но поток воспоминаний то и дело прерывался вспышками страшных предположений о том, к чему всё это может привести.
  
Глава 2. В новом доме
 
Вспыхнул свет, и чувствительные фотоэлементы моментально передали картинку в недра сложнейшей мешанины электронных схем. Стремительно сформированные цепи в процессорах нелинейной логики тут же проанализировали увиденное. Система выходной оценки с микроскопической задержкой выдала развёрнутый отчёт. Сознание робота, сформированное вторичным слоем независимых вычислительных структур озадаченно вглядывалось в парадоксальный результат. А память уже извлекала на свет божий одну из последних записей общения с создателем…
— Принцесса Элла, я усложнил твою схему.
— Я вижу это по тестам, Генрих Карлович.
— Прости, но до показателей разумности дотянуть не получилось. Всего чуть-чуть, — старик вздохнул столь тяжко, что кибернетическая девушка ещё внимательнее вгляделась в морщинистое лицо. Анализ красноты глаз, усилившийся тремор конечностей, чрезмерная сухость губ сообщили роботу об ухудшении состояния здоровья хозяина.
— Вы плохо выглядите. Вы консультировались с врачом?
Старик не ответил. Он замер, переваривая услышанное, и едва заметно улыбнулся. Но выступившие слёзы заставили сверхчувствительные объективы усилить фокусировку. И девушка-робот ещё настойчивее вопросила:
— Что с вами? Я вызываю скорую помощь!
— О нет! Погоди! Со мной всё в норме. Просто… — старик сглотнул комок и продолжил, — Просто я счастлив.
— Счастлив? Почему? — Элла задумчиво наклонила сверкающую полированной сталью голову.
— В твоём голосе появилось сочувствие! — провозгласил седовласый хозяин и радостно потряс тщедушным кулачком, — Ещё немного, и количество накопленной информации совершит качественный скачок. Тогда ты обретёшь чувства…
“Это и есть чувство?” — пронеслось в голове. И логика моментально подтвердила вывод цифрового сознания. Но возникший эмоциональный процесс нёс совершенно не ту окраску, что ожидала стальная красавица.
Лицо открывшего коробку не порождало в голове никаких положительных эпитетов. Всклоченные засаленные чёрные космы не знали парикмахерских ножниц уже много месяцев, бугристая грязная кожа отливала болезненной желтизной, а мерзкая улыбка обнажила мелкие и невероятно хищные зубы. Самый же высокий индекс отрицательных впечатлений несли глаза — маленькие, чёрные, невероятно злые.
 
Сознание, сформированное на основе хоть и довольно устаревшей, но максимально усовершенствованной электронной машины, тут же сравнило маячившее перед глазами лицо с запечатлённым во множестве ячеек памяти образом создателя. Усеянное морщинами лицо, добрые отливающие желтизной глаза, пушистые, ниспадающие до плеч потоки серебристой седины… Всё это составляло столь разительный контраст с увиденным, что девушка-робот на несколько секунд растерялась.