Менеджер Нагибко, вы робот? Часть 2

Выглядел он при этом так довольно, что я невольно заподозрила подвох. И тем не менее отправилась, куда было сказано. А что делать? Но хоть погляжу на этих закосневших личностей.
– Скрепка, что за Заурова?
Искин подвесил часики ожидания. Отвис не сразу, причём, вид у него был растерянный, настолько я могу судить по такой скудной графике.
Скрепыш: Знаешь, а она… никто. Просто один из менеджеров, не самый успешный, не самый плохой. Работает относительно недавно, но тут большая часть компании такая.
  
– Думаешь, нет никакого подвоха?
Скрепыш: Разумеется, есть.
Я тоже так считала.
***
– Так что там за программа? – спросила я у Скрепки, пока добиралась в закупки. На сей раз, как человек, то есть, наоборот, как робот – по чёрной лестнице, поскольку Телегин не выдал мне обязательного маршрута.
Скрепыш: Добавляет подпись к письмам.
Я озадачилась. Потом прошерстила портал на предмет недавних приказов или объявлений. И вскоре нашла меморандум за авторством некой Коржаковой Л. о том, как важно при общении с клиентами и партнёрами обязательно ставить подпись. Ага, угу, ясненько. Сотрудники ленятся внести свои данные в шаблон, а то и признаваться не хотят, кто именно клиенту нахамил, вот и не ставят подписи. Но странно, неужели такую программу не могли централизованно накатить, не отправляя человека?
Хотя какого человека? Это Телегин – человек, и его время ценно, а я-то – оборудование. Видимо, как раз для подобных дел техподдержке роботы и были нужны. Просто кто-то в моём лице возгордился и привык, что сама золотая рыбка у неё на побегушках, а тут вдруг работать. Ладно уж, зато хоть осмотрюсь, с людьми познакомлюсь, плацдарм для пересадки Нагибко подготовлю… Она же не вечно будет в отпуске, а когда выйдет, небось с повышением пересядет в офис.
Хм, а ведь Валетов велел ей прислать нас к нему, а не прямо в отдел. Это Телегин направил нас сразу в техподдержку. Однако моё новообретённое знание схемы "ЭкзоТеха" подсказывало, что Валетов сидит прямо рядом с закупками, так что я могу завернуть к нему по дороге. Отлично.
Но в итоге это и не понадобилось. Я шла по коридору, в левой стене которого были двери в кабинеты каких-то шишек, а правая, стеклянная, отделяла большой и пёстрый опенспейс. И вот из этого опенспейса доносился знакомый голос, правда, на незнакомой громкости. При мне Валетов никогда так не орал.
Впрочем, причину этого я тоже сразу поняла. Опенспейс наследовал мотиву здания и напоминал всё те же соты, даже больше, чем окна верхних этажей. Шестигранные кабинки сотрудников кучковались кластерами по шесть-восемь штук, сколько удавалось составить вместе, чтобы в каждую было можно войти через пустую грань. А над ними блестели полупрозрачным оранжевым пластиком скруглённые к верхушке купола, видимо, глушащие звук. В итоге Валетов в попытке докричаться до всех обитателей кластера, орал на весь этаж.
– Не работает программа?! Значит, руками сделаете, не развалитесь! Не знаете, где что-то искать? А искин в поисковике, что, высшего уровня доступа требует?! А коллегу спросить?! Значит так…
Он явно собирался чем-то пригрозить, но в этот момент заметил меня и сбился с мысли.
– А ты что тут делаешь?
– ЧОР Ася в связи с переводом в отдел техподдержки по назначению прибыл, – выпалила я силами Скрепыша.
Валетов окинул меня взглядом, полным сомнения.
– Она не могла кого-то поэстетичнее в офис отправить? И ты разве там не главным контролёром была?
Да как он смеет так с дамой! Но, к счастью, Скрепыш снова ответил за меня:
– Функции главного контролёра склада успешно исполняет ЧОР Евстигней.
Валетов взъерошил свою угловатую причёску, отчего один нагеленный завитой локон отскочил и закачался в воздухе, как пружинка. Я залюбовалась.
– Имён ещё каких-то напридумывали… Только отвернись. Так, ладно…
Он окинул взглядом сотрудников в сотах, которые изо всех сил старались слиться с мебелью.
– Вот что, Ася. Тебе же поставили ПО для техподдержки? Сделай, пожалуйста, так, чтобы если кто-то из этих гнид снова проигнорирует, – он повысил голос, – прямой указ непосредственного начальства и всё-таки пошлёт письмо или сообщение прямо комсдарю Рогозину, то оно не ушло, а прилетело ко мне. Сразу с заполненным бланком на увольнение по профнепригодности! Всем ясно?!
Ого, какие у него тут проблемы интересные. Рогозин – это ведь та самая новая метла, которой Валетов боялся до синевы и употребления алкоголя с утра на рабочем месте. Не удивительно, что его так кроет.
– Так точно, комсдарь! – выпалила я и только потом спросила Скрепку: – А у нас ПО вообще позволяет такое проворачивать?
Искин картинно закатил глаза.
Скрепыш: ПО твоё – велосипеды на костылях. Не парься, я сделаю. Ты давай там прогу ставь пока, тебя же сюда за этим отправили.
К счастью, Валетов, получив от меня подтверждение, из опенспейса ретировался в направлении кабинета раздумий – то ли смывать трудовой пот с лица, то ли прохватило на нервах. А я повернулась к кабинке, в которой сидела указанная Телегиным Заурова.
– Просьба предоставить доступ к кьюберу для выполнения технических работ.
– Да пошёл ты, – огрызнулась мрачная девушка в феечковой блузке с рукавами-воланами и такой же сложносоставной юбке, как я видела на барышнях внизу.
Не хочет, значит. Ну, если вспомнить, что именно орал Валетов, с выполнением распоряжений начальства у них тут в целом не очень. Ладно же, не хотите по-хорошему, будем по-плохому.
– Просьба предоставить доступ к кьюберу для выполнения технических работ в течение одной минуты, – занудным тоном повторила я. – В противном случае кьюбер будет обесточен, а данные не сохранятся.
– А ты не окосел? – рыкнула Заурова. – Я тут вообще-то работаю, так что пошёл в баню, железная рожа.
– Милан, он же подневольный, – негромко заметила её соседка. – Лучше сохранись и выйди, что ты с ним споришь?
– Да я сейчас в техподдержку позвоню, что они там себе позволяют? – фыркнула Милана.
– Пятьдесят девять, – сказала я. – Пятьдесят восемь. Пятьдесят семь…
 
Глава 7
 
– Пятьдесят шесть…
Девице потребовалось десять секунд, чтобы перестать прожигать меня гневным взглядом, и сообразить, что он не помогает.
– Сорок пять…
Заурова шмякнула по блямбе смартвижена и на появившемся перед ней голографическом экране ткнула в список контактов. Разумеется, в техподдержке оказалось занято. Причём, так нарочито громко занято, что даже я услышала.
– Тридцать два…
– Да чтоб тебя! – Заурова вскочила.
– Мил, да свали уже от кьюбера, у меня сейчас паническая атака будет от этого отсчёта! – хихикнули где-то сзади весёлым девичьим голоском.
– Как остановить эту жестянку?! – возмутилась Милана.
– Обратись к Валетову, – хмыкнул сбоку парень с единственным идеально чистым столом.
– Двадцать три.
– Да на! На! Издевательство какое! – Заурова встала из-за стола. – Я буду жаловаться! Твоему начальству!
– Пункт 18.2.4 устава компании это разрешает, – заявил Скрепыш моим голосом. А я добавила: – Сделайте это, пожалуйста, с обновлённой почты.
Кто-то за спиной засмеялся. Милана вылетела прочь из кабинета.
Я же уселась на её место и подключилась к кьюберу. На самом деле я не знала, надо мне усаживаться на стул или нет, но поскольку ЧОРов тут было мало, решила делать как мне удобно. Если что, свалю все на особенности модели.
– Скрепка, ты там ваяешь письма Валетову?
  
Скрепыш: Уже почти. Создаю алгоритм с подстановкой имен в текст. Нравится.
Он и правда звучал довольно.
Скрепыш: Как думаешь, лучше написать «в связи с моей некомпетентностью» или «в связи с моей профнепригодностью»?
– «В связи с моей полной некомпетентностью и абсолютным отсутствием профессиональных навыков»!