Эволюционер из трущоб. Том 8 (СИ)

Но знаете, что? При ближайшем рассмотрении оказалось, что силовые линии проложены довольно коряво, из-за чего возникал излишний расход энергии. Более того! Если отказаться от некоторых линий, то можно повысить эффективность артефакта как минимум на тридцать процентов.
Нет, ну серьёзно! Излишнее экранирование артефакта направленного на создание барьера, уменьшает мощность этого самого барьера. Зачем самим себе вставлять палки в колёса?
  
Руны, нанесённые на китель, заслуживали отдельного «фи». К примеру, в китель вплели руну «саро», она предназначена для конденсации энергии. Вроде, всё здорово, да? Китель ведь усиливает носителя, а значит, конденсирует его силы. Так-то оно так. Да совершенно не так! Из-за того, что в пространстве этого мира маны довольно мало, артефакт вытягивает её из владельца артефакта, отсюда и быстрая утомляемость.
Я вернулся в реальность и широко улыбнулся.
— Вижу, вы довольны? — спросил Титов.
— Я в полном восторге! Ваши артефакты создавали настоящие бестолочи.
— В каком смысле? — обиделся барон. — Над ними трудились лучшие умы моих земель.
— Лучшие из худших, я бы сказал, — самодовольно заявил я и спросил. — Скажите, а сколько у вас гвардейцев?
— Тридцать пять тысяч, а что?
— Неслабо, — одобрительно кивнул я. — А что если я скажу вам, что могу повысить эффективность ваших артефактов на тридцать процентов? Таким образом ваши тридцать тысяч человек смогут сражаться так, словно их сорок тысяч.
— Михаил Константинович, я понимаю, что для своего возраста вы гений, и всё такое, но… — снисходительно начал барон, но я его прервал.
— Дмитрий Антонович, вы не обязаны мне верить. Зовите ваших яйцеголовых учёных, и давайте проведём эксперимент. Если я смогу улучшить ваши артефакты, то вы отпустите со мной всех моих братьев и сестёр, признав, что долг Архаровых перед Титовыми выплачен.
— А если вы провалитесь? — усмехнулся Титов.
— То я стану одним из ваших гвардейцев.
— О-хо-хо! Серьёзная ставка, — рассмеялся барон. — Что ж, я принимаю её. Вот только даже в случае, если вы улучшите артефакты, ваш долг передо мной не будет уплачен.
— Позвольте поинтересоваться, почему?
— Потому что сын барона Юсупова, которого вы унизили, сегодня выезжает обратно в Челябинск. А значит, совсем скоро он напишет донос в тайную концелярию, и по мою душу явится вся Имперская гвардия, ведь я не только укрывал ваших родственников, но и активно сотрудничал с почившим бароном Архаровым.
— Опять двадцать пять. Да что ж вы все отца раньше срока похоронили? — возмутился я. — А насчёт этого сопляка не переживайте, я решу проблему, — заверил я барона.
— Интересно, как вы это сделаете?
— Всё просто. Мне даже не придётся ничего делать. Когда Максимилиан Аркадьевич со мной общался, я заметил, что он близок к нервному срыву, а это периодически приводит к помешательству. Боюсь, к моменту, когда он вернётся домой, его состояние значительно ухудшится из-за пережитого стресса.
— Говорите, как психолог, — хмыкнул Титов. — Что ж, после того, как вы исцелили Юрия, у меня нет причин сомневаться в ваших словах. Если произойдёт именно так, как вы сказали, то я с радостью сочту долг Архаровых выплаченным. — Титов пристально посмотрел мне в глаза и кивнул. — Раз уж мы договорились, то не будем терять времени. Я отдам приказ доставить из лаборатории наших артефакторов, но это займёт часа три, может, четыре.
— Годится. А я пока пойду отдохну. Не подскажете, где разместились мои друзья?
— Сергей и капитан Гаврилов сейчас в гостевом доме рядом с моим особняком. Можете присоединиться к ним, охрана вас пропустит.
— Замечательно. Значит, через четыре часа встречаемся у вашего особняка?
— Так и поступим. — Барон пожал мне руку, сел в машину и умчался, спешно набирая на мобильном чей-то номер.
Я быстрым шагом направился в сторону гостевых домиков, напевая себе под нос:
— Дай мне сойти с ума, ведь с придурка и спроса нет,
Дай мне хоть раз упасть, и до ночи нести лишь бред.
Скоро один сынок станет конченым дураком,
Если нельзя мечом, то покараю его с умом!
Юсупов! С каждым днём он всё смешней!
Юсупов! На колени вставай и не блей!
Юсупов! Зря нарвался ты на меня!
Юсупов! Смеяться будешь до смерти, безумье в душе храня-я-я!!!
Когда я взял самую высокую ноту, проходившие мимо гвардейцы посмотрели на меня самого, как на умолишенного. Я лишь рассмеялся и заскочил в домик, где за кухонным столом сидели Гаврилов и Серый. В комнате пахло имбирным печеньем и мятным чаем. На столе же дымились две кружки и красовалась вазочка, из которой и лился чарующий аромат.
— Да ладно! Говоришь, он ещё и духа огня подчинил? — удивлённо выпалил Гаврилов.
— Не только. У него ещё мимик и голем в подчинении, — чавкая печеньем, ответил Серый.
— Сплетники, — усмехнулся я. — Хорош жевать. У меня для вас дело есть.
— О! Великий целитель вернулся! — улыбнулся Гаврилов. — Как всё прошло?
— Лучше, чем я ожидал. Если Юрий постарается, то в ближайшее десятилетие сможет стать абсолютом. А если он передаст мне бразды правления родом, то я сделаю его абсолютом в ближайшие пару лет, — самодовольно заявил я, так как всё шло и правда неплохо. Осталось только решить одну проблему. — У меня для вас есть одно маленькое, но чрезвычайно важное задание. — Я призвал из пространственного хранилища иглообразный зуб хохочущего весельчака (как оказалось, их называют теневыми сталкерами) и передал его Гаврилову. — Зуб содержит токсин, из-за которого человек начинает не переставая хохотать. Серый видел, как яд работает.
— Жуть. Я думал, что Леший навсегда таким останется, — поёжился Серый.
— Леший? Так этот паршивец тоже с вами по разломам шастает? — просиял Гаврилов, услышав знакомое имя.
— Шастает, и он очень серьёзно вырос, как физически, так и технически. Но сейчас не об этом. Когда я дрался с Юсуповым, то на прощание наложил на него метку, с помощью которой я в любой момент могу поменяться с ним местами. И прямо сейчас я это сделаю. Мне нужно, чтобы вы раздробили зуб и небольшой тонкий кусок кости ввели в под кожу Юсупова. Желательно, чтобы на ощупь этот кусок кости никак не определялся. Отнеситесь к этой задаче со всей серьёзностью. Если этот придурок нажалуется Имперцам, то роду Титовых конец.
— Мишка, блин. Вот надо было тебе собачиться с этим идиотом? А если и собачился, то на кой чёрт ему имя своё назвал? — вздохнул Гаврилов.
— Думал, что это сынок Титова, а оказалось, что нет. Да и не важно это уже. Нужно решить имеющуюся проблему. Поможете?
— А куда мы денемся? — усмехнулся Серый и призвал топор. Взял из рук Гаврилова зуб, разбил его обухом, после чего поднял с пола острый кусок кости, измазанный фиолетовой жижей. Забавно, зуб выбит давно, но из самой кости до сих пор сочится эта маслянистая жидкость, как будто кость продолжает её вырабатывать.
— Да, давай поскорее решим проблему и поедем домой. Лиза, поди, себе места не находит, — сказал Гаврилов и добавил. — Кстати! Обзвонил я сослуживцев.
— И каковы результаты?
— Ну-у-у… — протянул капитан. — Человек двадцать в течение месяца прибудут в Ленск своим ходом.
Выглядел он чертовски довольным. Наверное, счастлив вновь увидеть боевых товарищей, а может, просто рад быть полезным.
— Отличные новости, Станислав Карлович, — похвалил его я. — Что ж, вставайте слева и справа от меня. Как только я исчезну и появится Юсупов, вырубайте его в ту же секунду, а после вводите под кожу кость.
— Принято. Работаем, — посерьёзнев, сказал Гав, и я использовал доминанту Обмена.
* * *
Максимилиан Аркадьевич быстрым шагом направлялся к выходу из отеля. На ресепшене сидела молодая привлекательная брюнетка с пышной грудью. Заметив гостя, она подскочила и широко улыбнулась.
— Надеюсь, вам всё понравилось?
— Понравилось, — буркнул Юсупов. — Настолько понравилось, что в ваш чёртов клоповник я больше никогда не вернусь. — Он зло швырнул ключ на столешницу ресепшена и вышел на улицу.