Доктор Sex (СИ)

Закрывая глаза, целую медленно и глубоко. И даже получаю отдачу.
- Ну вот...
Удовлетворённо облизываю губы.
Подхватывая за талию, отвожу в сторону, открывая дверь.
Завожу её на кухню. Мама пытливо переводит взгляд с моего лица на Няшку и обратно.
Няшечка краснеет...
- Батя, ну ты чего?! - вытаскиваю из пальцев рюмку. - Сердце же! Мам! Ты-то куда смотришь?
- Ой, а Любочка сказала, что невралгия, а не сердце, - сует мне в руку бумаги мама.
  
- Нда? - пробегаюсь наискосок.
Перевожу на Любу взгляд.
Невралгия - это более вероятно про батю, чем сердце. И сам подозревал...
- Тропонин, миоглобин в норме. УЗИ, ЭКГ - хорошие, - испуганно смотрит на меня. - А у него поза компенсаторная и облегчение боли в груди при нажатии на корень нерва.
Мои губы расплываются в самодовольной улыбке.
Ммм! Ну что за умница?
- Что? Неправильно?? - теребит пуговицу.
- Я отведу тебя к Хасану... - шепчу ей на ушко. - Попрошу, чтобы он вскрыл тебе череп... - чувствую, как напрягается, - и поцелую в мозг.
Тихо фыркнув, поджимает губы, чтобы не улыбаться. Притягиваю предплечьем к себе. Люба прячется от взглядов, утыкаясь лицом в мое плечо.
Меня словно наркотой вмазали... Я в эйфории. Необъяснимой и мощной.
Мама улыбается, отводя от нас глаза.
- На базу верни, - стреляет батя взглядом на рюмку. - Мне Любочка разрешила.
- Ах, ну если Любочка... - возвращаю на "базу".
Все уже поели, ужинаю только я.
Мама строит планы на выходные.
Отец вызывает по приложению такси. Но за город заказ никто не берёт.
- Костя, а ты чего не поддерживаешь? - кивает на нетронутую мной рюмку отец. - Я ж сопьюсь твоим вражеским спиртягой.
- А мне ещё вас везти.
Они не остаются ночевать, у них там хозяйство...
Попрощавшись с Любой и дав нам несколько наставлений на выходные, родители уходят вниз.
- Без меня не засыпай, ладно? - подмигиваю ей. - У меня тьма извинений.
Сбегаю по лестнице вниз.
И всю дорогу мама мне промывает мозги. Что Любочка хорошая, что Любочка хозяюшка, что Любочка умничка, что Любочка красавица...
- Я знаю, мам.
И что я дурак, что вспыльчивый, что грубиян, что я...
- Знаю-знаю...
- Вот только попробуй что-нибудь!
- Что именно? - улыбаюсь я.
- Ну, она сирота, Костя, нельзя ее обижать. Ей ведь даже поплакаться и пожаловаться некому. И уйти некуда.
Ах, да... А ещё всё-таки врушка.
Вздыхаю.
- Мам, ну чего ты? Не обижаю я её.
Ну почти.
- А мне показалось...
- Показалось.
Возвращаюсь домой. И у подъезда - тачка! Игорёк, мать его...
Опираясь на новую сверкающую бэху, курит и переписывается с кем-то по телефону.
Зависнув, прислушиваюсь к своему неадекватному состоянию.
Может, мне магний пропить? Или что там поубойнее есть? Надо у Юли Юрьевны нашей уточнить.
Единственное, что не дает мне озвереть - Любы тут нет.
- Доброй ночи, Игорь Анатольевич.
Вздрогнув, поднимает взгляд. И отрывается от машины, вставая ровно.
- Доброй ночи.
- Кого-то ждёшь?
- Может быть. А что?
- Не жди.
- Ааа? - с недоумением. - Почему?
Я - идиот, да. Ревнивый идиот. Ну зачем светить наши отношения с Любой в свете прохождения ею у меня практики. Да Гуров - последний, кто это должен знать. Он же стукачок. А Зубарева живьем ее сожрет. у нее же никаких понятий.
Вдыхая поглубже смотрю на звёзды.
- Поздно уже. Все приличные девочки в нашем доме спят. А неприличных тут нет.
Ухожу.
Бомбит, надо признать. И хочется навешать Любочке по ее круглой чудесной попке. Но вроде как она утверждает, что не за что...
Обувь ее стоит на другом месте. И меня опять накрывает, что бегала к своему Гарику.
Ты - параноик, Истомин. Остановись.
Она здесь, в твоей кровати, а не в его тачке, верно?
- Люба?.. - приоткрываю дверь ее комнаты.
Лежит с закрытыми глазами в наушниках. Одеяло сложено аккуратно в ногах. Спит, зайка... Накрываю. Снимаю наушники.
Диван не разложен и пиздец какой тесный. И будить не хочется.
В юности, Истомин, тебя узость кроватей никогда не останавливала. А сейчас?
А сейчас я хочу траходром! Даже, если просто спать.
Поднимаю спящую Любу на руки. Несу к себе.
- Мм? - сонно мурлыкнув, с трудом приоткрывает глаза.
- Спи, детка. С утра будем извиняться.
Укладываю ее к себе.
- Проснешься первой - начинай, не стесняйся...
Потихонечку сонно тискаю ее, целуя в плечо.
- Люба... - засыпая шепчу в ушко.
- М?
- Ты же не сожалеешь, правда?
Тискаясь в меня поудобнее, прижимает прохладный нос к моей раскаленной шее. Губки вздрогнув, оставляют поцелуй там, где прижимаются.
Сочтем за положительный ответ? А более развернутую версию будет требовать с утра…
  
Глава 24. Трехликий
 
Сквозь сон ощущаю, как горячие ладони скользят по моей спине.
- Вот так... Иди сюда, - вытаскивает подушку из моих рук.
Распахиваю глаза, ощущая, что подушка теперь под моими бедрами.
В комнате горит ночник, по ощущениям уже утро.
И я в очень сомнительно позе, попой кверху!
Истомин садится мне на бедра, кладёт ладони на ягодицы.
- Костя... - сонно мурлычу я. - Что ты делаешь?
- Извиняюсь.
- Это... Странный ненадежный способ! - пытаюсь дернуться я, чтобы поменять эту слишком откровенную позу.
- Не учите меня извиняться, девушка... - слышу улыбку в его голосе.
Тянет вниз мои трусики.
Капец...
От мысли, что он разглядывает меня, тону в смущении.
Но выкрутиться невозможно, он тяжёлый. Он мнет мои ягодицы и... разводит их.
Пискнув, зажмуриваюсь.
- Костя, мы опоздаем... - мямлю, теряя голос.
Его палец скользит между моих ягодиц. Сжимаюсь.
- Будешь плохо себя вести, Няшечка, я тебя отшлепаю...
От шлепка, по всем чувствительным местам - яркая вспышка ощущений.
- Мм! - выдыхаю я громко.
- Расслабилась... Спишь... Кайфуешь… Не мешаешь мне извиняться.
И попробуй ему возразить. Это будет слегка нелепо из этой позы.
Чувствую, как мне на кожу льется что-то теплое и вязкое. А потом его руки скользят словно по маслу.
В груди пульсирует сладкой томительной истомой. Вжимаюсь лицом в одеяло, гася стоны.
Его пальцы такие наглые-наглые... Такие умелые-умелые… И он точно знает, куда давить, где гладить, как сильно и как быстро.
И уже через несколько мгновений, я выгибаюсь, рефлекторно поднимая бедра ещё выше. Как кошка…
- Мхм... - одобрительно комментирует он. - Умница.
Скользит по губкам, клитору, попке... Вдавливает пальцы внутрь... Выходит и снова скользит внутрь, растягивая меня... Попадает в какие-то эйфоричные точки. В глазах вспыхивает! По коже мурашки… Сжимает чувствительно ягодицы. И снова все заново! И опять… и еще…
Игорь все время строил из себя бывалого и опытного в сексе. Типа… “детка, всё будет круто! Гарантирую…”Но он ни черта не понимает в нём и женском теле. А вот Истомин... страшный человек! Я уже готова душу продать за то, чтобы он не останавливался. И довел эти лёгкие судороги, от которых я подрагиваю всем телом до…
- Ау! - дергаюсь, вскрикивая, когда его палец слишком чувствительно вжимается в совсем неположенное для таких игр место.
Но не успеваю выразить внятный протест, как он отступает. Его пальцы кружат опять именно там, где мне больше всего хочется. И только я начинаю задыхаться, поднимаясь на пик удовольствий, как он снова делает это - вдавливается пальцем между ягодиц, шокируя меня чуть болезненными ощущениями.
- Костя! - хрипло выдыхаю я.
- Что такое?.. - игриво.
- Ай... Ай...
Останови эти наглые пальцы!
Но вместо этого, я со стоном гнусь от того, как они ускоряются, рисуя круги по моим скользким от масла губкам.
  
И я ощущаю их везде и сразу! И входящими в меня, и скользящими по мне... И...