Муля, не нервируй… (СИ)

Красный уголок я нашёл неожиданно быстро. Думал, что заблужусь, но нет.
Там собралось и тихо переговаривалось шесть человек. Очевидно те, кого комсорг успел выловить и загнать на собрание. Комната была довольно большой. Представляла собой нечто среднее между районным краеведческим музеем и читальным залом сельской библиотеки с подшивками газет на столах. Под кумачовым алым знаменем стоял алебастровый бюст Ленина и недоумённо взирал на собравшихся. Портреты Маркса, Энгельса и Чарльза Дарвина на стенах были вполне с ним солидарны.
Я взглянул на аудиторию — лица у них были отнюдь не одухотворёнными. На всех застыло выражение безнадёжной скуки: «ой, ну давай там быстрее и пошли уже обедать!». По поводу обедать я был вполне согласен с коллективом, поэтому решил брать с места в карьер.
Выйдя на середину комнаты, я сказал:
— Товарищи! Сейчас обеденный перерыв, так что много времени я не займу. Прошу тишины. Чем быстрее мы начнём, тем быстрее уйдём обедать.
Очевидно, посыл я выбрал правильный. Меня услышали и поняли. Во всяком случае, шум моментально стих и меня стали слушать.
А я сказал:
— Тема нашей сегодняшней беседы «Как преодолевать неудачи».
Сказать, что у всех отвисли челюсти — этого мало. Тишина стала ещё оглушительнее. Даже комсорг заинтересовался. Серьёзная девушка в круглых, как у Гарри Поттера, очках, конспектировала в блокнотик.
Ну, а я погнал. Моя же тема…
Время пролетело вмиг. Я взглянул на часы — надо тормозить, а то пообедать не успею.
Поэтому я оборвал свой доклад на полуслове и закончил так:
— А чтобы всё это было в разы эффективнее, нужно понимать, какие качества помогают человеку стать успешным.
Все разочарованно загудели. Про обед уже никто и не думал.
— Но об этом, товарищи, я расскажу в следующий раз, — жахнул мощный клиф я.
Народ ещё больше загудел, а комсорг подпрыгнул:
— Так следующий раз — завтра!
— Значит, если дадите мне возможность, расскажу завтра, — согласно кивнул я.
Народ радостно зааплодировал, зашумел, а комсорг удовлетворённо кивнул, что-то отмечая в своём блокноте. На лице его блуждала улыбка.
Вот и ладненько.
Комсомольцы начали расходиться.
Я опять взглянул на часы, прошло сорок минут, ещё есть время смотаться в столовую.
Краем уха я услышал, как парни мылились в столовую, поэтому ненавязчиво увязался за ними. Чуть поплутав по коридорам, мы дошли до дверей столовой. Вкусные запахи подтвердили, что я не ошибся.
Я взял поднос и пристроился в хвост длинной очереди. Прикинул, что как раз успею взять первое и второе и съесть его до конца обеда. Сонная кассирша на кассе высчитывала неторопливо, очередь двигалась медленно. Время таяло неумолимо.
Через пару минут, я прикинул, что, пожалуй, и первое и второе съесть уже не успею. Поэтому решил взять только второе и салат. А что, если есть быстро — то могу успеть. За мной встали две девушки и парень. Очередь не уменьшалась. Интересно, на что те, сзади, рассчитывают?
— Муля! — вдруг послышался требовательный голос за спиной. Потом девичий смех.
Я обернулся. В конец очереди подошла Ольга Иванова, она же Лёля, и с нею ещё три незнакомые мне девушки.
— Что? — спросил я.
— Пропусти нас вперёд, — потребовала Ольга. — А то мы пообедать не успеем.
— Не могу, — покачал головой я, стараясь воздержаться от нелицеприятных комментариев, — иначе тогда вот эти товарищи за мной не успеют. А они занимали раньше.
— Ну, Муля! — она капризно топнула ногой.
Кажется, эта манера общения с Мулей давно и прочно вошла у неё в привычку.
В очереди неодобрительно зашумели.
— Если ты кого-то хочешь пропустить, то меняйся сам с ними местами, — тревожно сказал долговязый парень, который стоял за девушками.
— Я никого не собираюсь пропускать вперёд, не беспокойтесь, — ответил я ему.
Как раз подошла моя очередь и я начал делать заказ. Сзади что-то сказала Ольга. Очевидно, нелицеприятное, так как девчата опять расхохотались. Зло, язвительно.
Ох, Муля, Муля, — грустно подумал я, — вот как тебя эта вертихвостка охомутала, что ты себя перед нею ни во что не ставил? И стоило ради такой вот крыски самоубиваться?
  
Я взял винегрет, картофельное пюре с тефтелями, стакан компота и творожную ватрушку, и пошел искать столик.
Хоть времени оставалось не так и много, все столы оказались заняты. В углу, почти у самого окна для приёма грязной посуды, за столиком одиноко сидела девушка.
— Разрешите? — спросил я её.
Она невнимательно кивнула, не поднимая головы от салата.
Я присел и торопливо принялся за еду, времени до конца обеда оставалось немного.
Нет, так дело не пойдёт. Они в обед устраивают эти совещания, и нормально пообедать люди не успевают. Но, с другой стороны, вечером, после работы, у них уже другие совещания. Так что куда не кинь, как говорится.
Но ничего, привыкну. Или найду другой выход.
Я ел и размышлял. И только сейчас, почти закончив обедать, заметил, что девушка периодически хлюпает носом и вытирает глаза платочком.
— Что-то случилось? — спросил я.
— Н-ничего, — пробормотала девушка и схватила стакан компоту. Припав к нему, она сделала несколько больших глотков, цокая о край стакана зубами.
— Я могу чем-нибудь помочь? — тихо спросил я, стараясь не привлекать внимания.
— Мне уже никто не поможет! — девушка таки не смогла сдержать слёз и уткнулась в носовой платок. Потом опять нервно схватила стакан, но он был уже пуст.
Я дождался, пока она выплачется и протянул ей свой стакан с компотом:
— Вот.
— С-спасибо, — она схватила мой стакан и принялась жадно пить.
— А теперь рассказывайте, — велел ей я, когда она допила.
Она вздохнула и рассказала. История оказалась до банального проста. Нужно было подготовить стенгазету к какому-то юбилейной дате. А она рисовать совершенно не умеет. И тему придумать не может, чтобы интересно всем было. А никто больше из отдела ей помогать не хочет. Время идёт, сроки поджимают, а работа стоит.
— Не знаю, что и делать, — всхлипнула она.
— Это вообще не проблема, — заявил обалдевшей девушке я.
— Так, а что делать?
— Давайте после работы задержимся, и я вам подскажу, — взглянул на часы я.
— Д-да, давайте.
— Хотя сегодня же у нас собрание профкома, — задумался я.
— Я там тоже буду, — пискнула она.
— Вот и замечательно. После собрания я вам расскажу, как это преодолеть. И не плачьте. Это очень пустяковая ситуация. Решается на раз.
Я подмигнул ей, забрал свой и её подносы с грязной посудой и отнёс к окошку.
На обратном пути наткнулся на ненавидящий взгляд Ольги. Девушка и так питала к Муле не самые добрые чувства, а сейчас так просто возненавидела.
Ну что же, всем нравиться я не могу.
Отбросив эту скучную мысль, я пошел к себе в кабинет.
— Да, Муля, — вот это ты дал! — похвалила меня первая женщина (имён своих коллег я ещё не знал, а повода узнать пока не было). — Никогда бы не подумала, что ты так можешь.
Хм… интересненько. Её на собрании не было (да и никого из Мулиного отдела), зато она всё знает. Быстро же слухи тут разносятся. И это мне на руку.
— Я ещё и не так могу, — заговорщицки улыбнулся я ей.
— А что же ты тогда на демонстрации отказался речь говорить? — беззлобно попенял мне мужчина.
— На демонстрации — то другое, — отмазался я, — тема там… эммм… для меня тревожная.
Остаток рабочего дня работали в молчании.
Я закончил отчёт. Не знаю, правильно или нет, но успел полностью переписать его на чистовик.
— Фух, я закончил отчёт, — выдохнул я, ни к кому не обращаясь. Моя уловка сработала. Вторая женщина, сразу же отозвалась:
— Муля, давай я твой отчёт тоже отнесу. Сейчас только в своём последнюю колонку заполню и всё.
— Вот спасибо! — обрадовался я. Так как кому надо сдавать — не имел представления. Примерно подозревал, что тому вредному мужичку, что ругался, но это не факт. Может, ему отчёт после десятка согласований на стол ложится.