Несокрушимо (ЛП)

— Санта это переживёт. О детях тебе нужно беспокоиться. Как они справляются?
— Трудно сказать наверняка, — вздохнула я. — Они не особо говорят о своих чувствах.
— Нет?
— Нет, думаю, они справляются по-своему. Уитни, например, стала наносить очень яркий макияж.
Эйприл грустно улыбнулась.
— Я заметила. Прямо как ты в свою фазу с чёрной подводкой. Мама её терпеть не могла, помнишь?
  
Я выдохнула.
— Помню. И часть меня говорит, что она просто ведёт себя как нормальная тринадцатилетняя девочка. Но другая часть задаётся вопросом, не маска ли это, которую она надевает для защиты.
— Хм, — задумалась Эйприл. — Сложная ситуация.
— И я не хочу это запрещать или говорить, что это выглядит глупо, потому что именно так делает её отец. У него дома ей вообще нельзя пользоваться косметикой.
— Вот придурок, — пробормотала моя сестра. — Как будто помада и подводка для глаз хуже, чем его беременная подружка.
— Точно, — я медленно покрутила бокал за ножку. — Я хочу понять её возраст и то, через что она проходит, но при этом быть ответственным родителем. Как тут найти баланс?
— Без понятия, — она посмотрела на меня с сочувствием. — Ты в трудной ситуации, дорогая. Мне жаль. А как Китон?
Я сделала глоток пино-нуара.
— Китон справляется с помощью еды. Он её прячет.
— О нет. Ты с ним об этом говорила?
— Немного. Но я не хочу его за это наказывать, понимаешь? Я просто стараюсь дать ему понять, что он всегда может поговорить со мной, если захочет.
— Кажется, он рад переезду.
Я кивнула.
— Они оба говорят, что довольны. Им всегда нравились наши летние поездки сюда, и Уитни уже спрашивает, можно ли будет завести лошадь. Ещё помогает, что у Мака есть дочь Милли, она примерно одного возраста с Уитни. Они много общались, когда мы приезжали на свадьбу, и теперь постоянно переписываются. А Китон, кажется, хорошо ладит с его дочерью Фелисити — она, как и он, слегка помешана на науке.
— Это отличные новости.
— Но… — я поставила бокал на стол. — Не может быть, чтобы то, что их отец их бросил, не оставило долгосрочных последствий. Я боюсь, что это больше, чем я смогу выдержать. Он не боролся за опеку, не возражал против переезда, и мне пришлось уговаривать его взять детей на вторую половину их зимних каникул. Он думал, что выходных будет достаточно.
Эйприл ахнула.
— Какой же он мерзавец! Дети об этом знают?
— Нет, и я ненавидела прикрывать его. Но какая была альтернатива? Позволить ему разбить чувства моих детей так же, как он разбил мои?
Эйприл протянула руку через стол и положила её на мою.
— Ты делаешь всё правильно, даже если он этого не заслуживает. Когда дети поедут обратно к нему?
— Через неделю, двадцать девятого. Потом они вернутся сюда пятого, за день до начала школы.
— А ты пока останешься у родителей?
Я кивнула.
— Пока не найду что-нибудь своё. Но, наверное, придётся подождать, пока не продастся дом в Санта-Барбаре. Бретт практически опустошил наши совместные счета, так что у меня нет особо лишних денег, а просить у него я скорее умру, чем сделаю это.
— Родители могли бы помочь, не так ли?
— Они предлагали, но я не хочу брать их пенсионные деньги. Они их заслужили, — я убрала волосы на одно плечо. — Нет, я знала, что будет непросто, но хочу справиться сама. Как только дом в Калифорнии продастся, а это не должно занять много времени, я найду что-нибудь небольшое и уединённое, может, с небольшим участком земли. Я хочу, чтобы Китон смог завести ту самую лошадь, а, может, мы заведём ещё несколько животных. Бретт никогда не хотел, чтобы в доме были питомцы, но я считаю, что важно учиться заботиться о животных. Думаю, это будет и хорошей терапией.
— Думаю, ты права, и это звучит просто идеально, — она склонила голову. — Но почему уединённое место? Прячешься?
— Хоть на какое-то время. У меня ощущение, что жизнь была перевёрнута с ног на голову последние несколько месяцев. Я хочу пережить праздники, а потом всё, чего я хочу, — это начать новую главу с Нового года. Для нас всех.
— Понимаю. Кстати, о праздниках. Все твои коробки с подарками для детей уже прибыли. Всё упаковано и готово к тому, чтобы быть разорванным маленькими нетерпеливыми руками.
— Спасибо, — я улыбнулась, вновь чувствуя благодарность за такую поддерживающую семью. — Я так боялась этого Рождества, но, вернувшись домой, увидев дом с огоньками, снег на земле… это вызывает приятную ностальгию. Хочу взять детей покататься на санках, на коньках и построить снеговика у сарая, как мы делали раньше.
— Обязательно! — Эйприл выглядела взволнованной. — Помнишь наши снежные бои? Это было эпично. Надо повторить.
Я рассмеялась.
— Мои дети точно будут за. Им сейчас не хватает веселья. Но хватит обо мне. Как у всех остальных дела? У папы со здоровьем всё хорошо?
Эйприл кивнула.
— У мамы с папой всё замечательно. Они насладились круизом и подумывают провести месяц-другой во Флориде зимой, может, даже купить там дом. Папа ещё не полностью вышел на пенсию, но работает гораздо меньше. Каждый день гуляет на беговой дорожке или на улице, часто бывает у Мака и Фрэнни — ему нравится быть дополнительным дедушкой. Девочки Мака даже называют его дедушкой Джоном.
Я улыбнулась.
— Это так мило. А у Фрэнни как дела? Не могу поверить, что она теперь мачеха троих детей — наша младшая сестрёнка! Ей ведь ещё даже тридцати нет.
— Знаю. Но она прирождённая мать. Уверена, у них скоро появятся и свои дети.
— Ух ты. Даже представить сложно. Время летит, правда? — я покачала головой. — А что насчёт Хлои? Они с Оливером назначили дату свадьбы?
Хлоя, вторая младшая из нас сестра, обручилась со своим заклятым врагом детства, Оливером, в конце лета.
— Возможно, следующим летом, но они ещё спорят. Он хочет раньше, а она хочет больше времени на подготовку, — Эйприл рассмеялась и покачала головой. — Эти двое будто получают удовольствие от споров, клянусь Богом. Для них это как прелюдия.
Я прищурилась.
— Прелюдия? А что это такое? Кажется, я смутно припоминаю, что это как-то связано с сексом, но…
Эйприл закатила глаза.
— И не говори.
— А как Мэг? Она теперь окончательно дома?
Наша средняя сестра жила в Вашингтоне много лет, но приехала на свадьбу Фрэнни и тут же влюбилась по уши в своего старого друга Ноа, заместителя шерифа в нашем городе.
— Да, она вернулась перед Днём благодарения и вроде бы делает вид, что ищет, где поселиться, но кажется, ей вполне уютно в доме Ноа. Удивлюсь, если она когда-нибудь оттуда переедет, — вздохнула Эйприл. — Все три наших младших сестрички кажутся такими счастливыми.
Я услышала грустные нотки в её голосе.
— А ты? Ты с кем-нибудь встречаешься? Есть горячее свидание на Новый год?
Она покачала головой.
— Хотела бы, но нет. Просто много работала.
— Даже в декабре?
Она пожала плечами.
— Ну, мама с папой были в круизе три недели, так что всем пришлось поднапрячься, чтобы всё успевать. Да и в этом месяце было полно праздничных мероприятий. Хлоя буквально из сил выбивается, пытаясь запустить ликёроводочный завод, управлять дегустационным залом и готовиться к тому, чтобы полноценно заменить папу. Вечеринка в Сочельник во вторник, ужин на Новый год на следующей неделе. Январь будет немного поспокойнее, но уже есть корпоративные заявки. А в феврале всё снова завертится из-за Дня святого Валентина и выходных в честь президентов.
— Кажется, вам пора нанять кого-то ещё.
— Это в списке дел. Я собираюсь взять нового организатора мероприятий, уже запланировала собеседование сразу после праздников.
  
— Я могу помочь пока.
— Может, и воспользуюсь твоим предложением, — улыбнулась Эйприл. — Или, если хочешь замёрзнуть в винограднике, можешь помочь Генри с обрезкой лоз.
— Ах да, скоро начнётся обрезка.
— Двадцать тысяч акров, всё вручную, — Эйприл пародировала низкий голос Генри. — Это искусство.