Проклятие ворона (ЛП)

Она высвободилась из его объятий и повернулась к своей машине, на этот раз стараясь не обращать внимания на окружающее. Хотя ведьма не могла его слышать, она чувствовала проклятого позади себя. Она не была уверена, что именно заставило ее чувствовать его присутствие. Скорее всего, это было проклятие. Магия взывала к магии.
Подобное притягивает подобное.
У нее была такая же склонность к темной магии, таящаяся внутри нее. Ведьма делала все возможное, чтобы спрятать это глубоко внутри, но время от времени она срывалась, как в магазине, когда она заколдовала мужа Марты. Последствия темной магии всегда возвращались, чтобы укусить ее за задницу. Это того не стоило, и все же она все равно поддалась зову сирены.
Когда Саманта потянулась к ручке дверцы своей машины, она остановилась, чтобы взглянуть на Кириана. Ему удалось оправиться от оплошности. Его глаза снова стали серыми, пальцы пришли в норму.
Холод пронзил ее с головы до ног, когда она поняла, что произошло.
Положение, в котором они находились, было таким же, как она видела в своем видении. То, что когда-то казалось угрожающим, оказалось доблестным. Он рисковал собой, чтобы спасти ее.
Саманта тяжело вздохнула и облокотилась на крышу своей машины, скрестив руки перед собой.
— Давай заключим сделку. Если ты поможешь мне сделать самый страшный дом с привидениями, тогда я попытаюсь снять с тебя проклятие. Как насчет этого?
Мужчина завис.
— И это все? Это все, что я должен сделать?
Саманту подмывало добавить еще немного, ведь ее тело напрягалось и болело каждый раз, когда она оказывалась слишком близко к нему, но ей удалось придержать язык.
***
Кириан не мог признаться, какую ярость он почувствовал, когда увидел, что машина приближается к ведьме. Он даже не знал ее имени, и все же, он хотел сжечь мир дотла, просто чтобы уберечь ее. Это было ошеломляющее чувство. Такого он не чувствовал с тех пор… никогда.
Хуже того, он знал, кто был за рулем. Он заметил вспышку красных глаз, когда машина скрылась. Демон нашел его. Он не должен был оставаться и делать то, о чем просила ведьма, но он обнаружил, что согласился на ее сделку.
Он обрекал ее на смерть. Демон не собирался оставлять ведьму в живых до тех пор, пока она может снять проклятие Кириана.
Он забрался в ее дрянную машину и убедился, что пристегнул ремень безопасности на случай неизбежного отказа тормозов. Двигатель попытался завестись один, два, три раза. Он думал, что мотор умрет вот-вот, но внезапно с ревом пробудилась жизнь в этой рухляди. Звук резал ему уши, но он решил промолчать.
Машина тронулась со стоянки, пока мужчина выглядывал автомобиль демона. Запертый в старом «вольво», Кириан знал, что не сможет защитить ее так хорошо, как ему бы хотелось. Это вывело его из себя и заставило проклятие снова вырваться из под контроля. Он согнул пальцы, пытаясь удержать их от того, чтобы они снова не превратились в черные когти.
— Ты до сих пор не сказала мне свое имя, — ему нужно было отвлечься. Если бы он мог заставить ведьму говорить, услышать ее голос, тогда, возможно, он смог бы сдержать проклятие.
Она взглянула на него на миг, а потом вернула внимание дороге.
— Тебе действительно так нужно его знать?
— Я все равно не могу использовать твое же имя против тебя. Я не заклинатель.
Девушка выдохнула через нос.
— И все же. Может, мне не нравится мое имя?
Кириан невольно рассмеялся.
— Все не может быть так плохо. Сомневаюсь, что твоя мать назвала тебя Картошкой.
— Нет. Но она назвала меня в честь одной ведьмы с телевизора.
Кириан не мог признаться, что он не смотрел телевизор. Когда междумирье украло у него годы, он потратил слишком много времени на изучение других вещей, таких как история и искусство. И акции. Стокс не спал, пока он спал.
— Саманта? Знаешь самую знаменитую ведьму телевиденья?
Он отрицательно качнул головой.
— Что ж, ладно. Теперь ты знаешь мое имя.
— Ну, по крайней мере, она была хорошей ведьмой? Эта твоя тезка.
  
Его ведьма кивнула.
— Шоу было довольно хорошим. Мама часто смотрела его, когда я был ребенком. Может быть, это заставляло ее чувствовать, что быть Карвер — это нормально. У ведьм не самая лучшая история, особенно в маленьких городках.
Не успел он опомниться, как машина въехала на подъездную дорожку рядом с поместьем Карвер. Он вырвался из металлической смертельной ловушки и немедленно направился к двери Саманты. Только когда он снова увидел ее лицо, ему стало легче дышать. Он помог ей выйти из машины, на мгновение посмотрев мимо нее.
Тыквы были разбиты, повсюду валялись их куски. Саманта проследила за его взглядом и приглушенное ругательство сорвалось с ее губ.
— Ненавижу соседских подростков, — проворчала она. — Это была часть моих оберегов. В это время года, когда завеса между мирами тонка, дом нуждается в помощи.
— Завеса? — переспросил Кириан, хотя он кипел от того, что украшения Саманты были разрушены. Это было грубо, да и нарушало ее безопасность. Он хотел выследить детишек и преподать им урок.
— Раньше люди праздновали Хэллоуин, чтобы почтить память умерших или связаться с теми, кто ушел из жизни, потому что разные реальности начинают сравниваться. Это облегчает демонам и духам проникновение в наш мир. Старые обереги, встроенные в дом, нуждаются в небольшой помощи, чтобы уберечься от подобных неприятностей.
Упоминание о демонах заставило его желудок сжаться. Кириан принес их к ее порогу. Если он останется слишком долго, демон прорвется сквозь ее защиту и причинит боль им обоим. Мысль о том, чтобы втянуть Саманту в это, вызывала у него тошноту. Он не хотел разрушать жизнь еще одной ведьмы Карвер. Только не этой.
Саманта не могла почувствовать смятение внутри него. Или, если бы она могла, она не признала этого, а просто открыла багажник, чтобы показать больше тыкв.
— Тебе сегодня следует сделать больше оберегов, — посоветовал Кириан.
Девушка вздохнула, опустив плечи.
— Я их не для этого купила. Они должны были стать говорящими головами для дома с привидениями.
Кириан хотел сказать ей, что ее безопасность важнее, чем какое-то соревнование, но он видел ее разочарование. Саманта выглядела побежденной, и он ненавидел это. Не в силах больше этого выносить, ворон подскочил к ней и схватил в охапку тыквы.
— Давай-ка лучше мы зайдем в дом и разберемся со всем там. Лады?
Саманта кивнула, очевидно, не в силах подобрать слов. Он убедился, что поставил ее перед собой, все еще осматривая улицу в поисках демона. Это был только вопрос времени, когда враг нанесет удар. Даже если Кириан и хотел раствориться в женщине, идущей перед ним, ему нужно было быть бдительным.
Он не подведет еще одну ведьму Карвер.
А медальон на ее шее был тому напоминанием.
  
Глава 7
 
Саманта заставила бессмертного проклятого работать, развешивая украшения и серпантин на деревьях. Пока она не видела Кириана, то могла не думать о том жарком поцелуе, который они разделили, или о том, как он обнимал ее в магазине. Ее тело гудело от желания, даже несмотря на то, что она была занята другими делами.
Предложение ему помочь ей с оформлением было ошибкой. Саманта была слишком слаба. Она не продержалась бы и пяти минут в его присутствии, не поддавшись тлеющему жару, который, казалось, горел между ними. Карвер ненавидела ту часть себя, которая склонялась к более мрачным вещам.
Всю свою жизнь она боролась за то, чтобы оставаться на правильной стороне света, даже несмотря на то, что унаследованная ею сила кричала о тьме.
Магия, должно быть, перескочила через поколения, перейдя непосредственно от ее прабабушки к ней, потому что она никогда не видела, чтобы ее бабушка или мать боролись с желаниями, которые она испытывала. Саманта никогда не видела, чтобы кто-то из родственниц накладывал на кого-то сглаз.
Самое худшее в этом всем, что она не чувствовала вину за содеянное, потому что считает эту идею неправильной. Наоборот, юная ведьма почувствовала странную гордость. Мужчина, честно говоря, это заслужил. И Саманта знала, что последствия ее действий вернутся ей бумерангом, и вот это как раз и пугало.