Наши уже не придут 4 (СИ)

— Обанкротить⁈ — усмехнулся Смутин. — Да мы тебе рекламу сделаем! Самую лучшую в мире — на поле боя. Броневики твои же ещё толком не воевали, да?
— Не воевали, — признал Курчевский.
— Ну, вот, — поставил на стол очередную пустую бутылку пива Парфёнов. — Будет тебе реклама. Отобьёшь ты все затраты, не переживай.
— Да я не переживаю, — произнёс Леонид.
Если смотреть на перспективу, то каждый вложенный в это дело доллар принесёт десять в будущем: рынок Мексики, даже с учётом того, что придётся поделиться с остальными «людьми сверху», очень жирный кусок.
Только вот его беспокоили риски. А если всё это затянется? А если кто-то начнёт помогать федеральному правительству Мексики?
Длительные вооружённые конфликты где-то там — это хорошо для бизнеса, но только при условии, что за всё это платит государство. Леонид же выступает генеральным спонсором «Царской стражи», которая должна будет совершить государственный переворот и привести к власти нужных людей.
Но у него слишком маленький бизнес, чтобы вести длительную войну — денег может просто не хватить. Поэтому-то никто из американского бизнеса и не делал ничего в отношении Мексики. Государство не хочет ввязываться в конфликт с непонятными перспективами, а бизнес не хочет тратить деньги без гарантии успеха.
А у Курчевского просто нет другого выхода — Центр дал приказ.
Цель Центра понятна: Союзу нужно больше денег, а его единственный актив в США — это Курчевский. Чем богаче будет Курчевский, тем больше денег он сможет «размыть» и передать на Родину.
«Назад дороги нет», — подумал Леонид, прикладываясь к бутылке газировки. — «Путь назад я перекрыл себе 29 ноября 1917 года, когда подписал ту бумагу…»
*11 января 1925 года*
— Да всё так же — беспризорники… — вздохнул Феликс Эдмундович. — А у тебя что?
Проблема беспризорников, несмотря на то, что ею занимаются уже давно, всё никак не решалась. Пусть их гораздо меньше, чем могло бы быть, длись Гражданская война дольше и охватывай она больше территорий России, но сейчас это триста восемьдесят тысяч с лишним мальчиков и девочек, многие из которых не получили должного образования и жили впроголодь.
Дзержинский, сотрудничающий с Макаренко, размещает отловленных беспризорников в трудовых коммунах. В отлове сильно помогает нарком путей сообщения Ян Рудзутак, сотрудники которого идентифицируют беспризорников и отдают их на поруки ОГПУ.
— А у меня, как всегда, учёные и конструкторы, — улыбнулся Аркадий.
— Кстати об этом… — вспомнил что-то Феликс. — Есть запрос от сотрудников — очень просят увеличить поставки защитных жилетов.
— Ты Берии запрос слал? — уточнил Аркадий.
— Конечно, — кивнул Дзержинский.
— Тогда жди — всё точно будет, — уверенно заявил Немиров. — Я лишь наблюдаю за процессами и создаю новые, а исполнение лежит на Лаврентии Павловиче.
— Удобно устроился, — усмехнулся Феликс Эдмундович.
— А то, — заулыбался Аркадий, а затем посерьёзнел. — Как здоровье?
— Врачи говорят, что сильно лучше, по сравнению с прошлым годом, — вздохнул Дзержинский. — Весной еду с семьёй в санаторий Крыница-Здруй…
— Это же город сильно на юге Польши? — нахмурился Аркадий.
— Да, почти что на границе с Чехословакией, — подтвердил Феликс. — А что, бывал там?
— Бывал неподалёку, — ответил Немиров. — Когда Кошице брали, в июне восемнадцатого года. Били австро-венгерские и немецкие войска… А сейчас и страны-то такой нет — Австро-Венгрии, как и Германской империи…
— В этом и твоя заслуга тоже есть, — с усмешкой произнёс Феликс. — Если бы немцы с австрияками победили в Империалистической, сам понимаешь, что бы было…
— Как сказал однажды товарищ Сталин: «История не знает сослагательного наклонения», — ответил на это Аркадий. — Если уж так получилось, то значит, так и должно было быть.
— Верно, — кивнул Дзержинский. — Но по поводу жилетов можешь посодействовать? Очень нужны.
— Хорошо, я скажу товарищу Берии, — пообещал Аркадий.
  
Первые бронежилеты, разработанные КБ Ижорского завода, производятся на швейной фабрике «Донбасс», расположенной в Донецке.
Сантиметровой толщины шёлковые пакеты запаиваются в водонепроницаемый брезент, после чего пришиваются к трёхсегментному нагруднику из дюраля, имеющему толщину в шесть миллиметров. Общий вес конструкции колеблется в диапазоне между 6 и 8 килограммами — в зависимости от размера бронежилета.
Бронежилет «1Б» способен удержать пулю из Нагана с дистанции не менее пяти метров, что даёт носителю неплохие шансы на выживание в ходе перестрелки. Поэтому Аркадий не удивлён, что сотрудники ОГПУ, нередко используемые для захвата различных злоумышленников, очень хотят себе такие защитные жилеты. В отличие от военных, им их не каждый день носить…
Но это очень дорогие бронежилеты, так как в их производстве задействован шёлк. Для страны шёлк стал чуть дешевле, за счёт того, что он поступает из Китайской ССР — в областях, прилегающих к Пекину, неплохо развито шелководство, поэтому драгоценную ткань больше не надо покупать за безумные деньги. И, тем не менее, бронежилеты всё равно обходятся слишком дорого. Красную Армию такими не оснастить — даже если только на это будет работать вся страна, игра не будет стоить свеч.
Гораздо выгоднее дождаться, когда же будет налажено производство уже полученных синтетических тканей. Нейлон и капрон — это отличные аналоги шёлка, в чём-то даже превосходящие его. Например, полиамиды не гниют, в отличие от шёлка. А самое главное — предел удешевления себестоимости того же нейлона находится в тысячи раз дальше, чем у шёлка.
— Кстати, раз всё равно идёшь к нему, то скажи ещё, что нас интересует судьба шлемов, — сказал Дзержинский. — Хочется узнать, устранены ли выявленные недостатки.
— Это ты о штурмовом шлеме? — нахмурил брови Аркадий.
— О нём самом, — кивнул Феликс. — Вот всем хорош, но если уронить, то стекло разбивается вдребезги. Хотя пулю из Кольта держит! Как так?
— Там всё сложно… — вздохнул Аркадий. — Ладно, об этом тоже спрошу. Эх, Феликс-Феликс, целого генерал-лейтенанта гоняешь по своим поручениям…
— Не сломаешься, — усмехнулся Дзержинский. — Сегодня, кстати, ждём у нас. Чтобы к восьми вечера, как штык.
— Ха-ха, конечно, — улыбнулся Немиров.
— И сына возьмите обязательно, — кивнул Феликс.
Примечания:
1 — О заскоках Тухачевского — в эфире рубрика «Red, зачем ты мне всё это рассказываешь⁈» — ещё в далёком 1930-м году, на основе анализа опыта Германии и Франции, он вывел, что надо обязательно довести численность РККА до 250 дивизий, что, как выяснилось во времена ВОВ, даже мало, а также достичь годичного производства танков в 100 тысяч единиц, что было указано в докладе наркому по военным и морским делам Ворошилову. Выводил он это так — он просто послушал конструктора из КБ завода «Большевик», Магдесиева Николая Никитича, далее цитата: «По примерному же соотношению, указанному мне инженером Магдесиевым (завод „Большевик“), надо считать эквивалентным два трактора одному танку. Многое, однако, говорит о соответствии одного трактора одному танку». То есть, оказывается, танк = трактор. Очевидно, что с реальностью это имеет мало общего. Тухачевский называл танками танкетки, которые практически не имели брони и вооружались пулемётами. Но даже так, это не одно и то же, что и трактор. Далее он делает смелое заявление, цитирую: «Если взять норму Магдесиева в 50%, то при нашей программе тракторостроения в 1932/33 г. в 197,1 тыс. шт. годичную программу танков можно считать в 100 тыс. шт. Если считать убыль танков в год войны равной 100% (цифра условная), то мы сможем иметь в строю 50 тыс. танков». Сталин, тоталитарный самодур, сказал, что это фантастический бред и Тухачевскому надо завязывать с наркотой. Ну, насчёт наркоты — это не точно. Следующее, что нужно отметить особо — динамореактивные пушки системы Курчевского. Да-да, того самого шпиона, который всех соблазнил, орудующего в этом цикле. Тухачевскому эти орудия понравились прямо очень, поэтому он распорядился сделать всё, чтобы они были прямо везде — в пехоте, на бронетехнике, в авиации и на кораблях. Увы, но Курчевский, видимо, «для оптимизации», использовал, так называемые, нагруженные стволы, которые получал путём распиливания классических артиллерийских орудий и приделывания к ним сопла Лаваля. Собственно, это было всё, что он делал — орудия стреляли, конечно, но имели никак неустранимые, в силу действия законов физики, недостатки. Любому компетентному специалисту сразу станет ясно, что это профанация и прожект, но Тухачевский всё это упорно продвигал, потому что был влюблён в динамореактивные пушки. В 1933 году они с Курчевским вооружили такой пушкой танк Т-26, в девичестве Виккерс, но там уже наготу короля было не скрыть — недостатков было слишком много, поэтому от дальнейших работ отказались. А вообще, голубая мечта Тухачевского заключалась в полном переходе артиллерии РККА на безоткатные орудия. Но, наверное, всё это не раскрывает весь масштаб ущерба от этой авантюры. Оценка ущерба, нанесённого авантюризмом Тухачевского и примкнувшего к нему Курчевского, не представляется возможной, так как это надо как-то найти документы, сколько произвели, сколько конструкторов и заводов на это дело отвлекли, что из-за этого не производили и так далее. Но если плюс-минус косая сажень, по моему мнению, которое я выработал в результате изучения вопроса, выходит что-то в интервале от 50 до 100 миллионов рублей ущерба, то есть, от 10 до 20 миллионов тогдашних долларов США. Для сравнения, один танк Т-26 стоил примерно 70 000 рублей, то есть, 14 000 тогдашних долларов США. Спешу подчеркнуть, это моё мнение, я легко могу ошибаться в этой оценке ущерба, поэтому в каких-то спорах, в качестве аргументации, это смелое заявление прошу не использовать. Но вот что точно — времени и усилий, которое потратили задействованные заводы и конструкторы на этот авантюризм, вернуть было уже нельзя. Так что, то, что человек компетентен в какой-то одной области, а Тухачевский был компетентным командиром, не означает, что он обязательно будет компетентен в какой-то другой, пусть и косвенно связанной, области. И указанное в этой сноске — это далеко не все последствия фестиваля, устроенного Тухачевским в рамках модернизации РККА. Были и другие затратные проекты, которые не привели ни к чему.