Созерцатель (СИ)
- Да, он мне показалась другие варианты и не рассматривал.
- Ну что же, заеду я тогда после архимага к Осошу Тиин, попробую воплотить его желания в жизнь, мама я в конце концов или тётка посторонняя.
- Ты с ума сошла, ты же отвергла предложение о браке его племянника, да ещё и в своей манере высказала что думаешь об этом колобке. Тебя на порог не пустят.
- Да, тогда не хорошо получилось, а ведь он меня любил, даже собой занялся и возмужал за какой-то год. - Улыбнувшись, припомнила былое. - Но старик Осош мне тогда пообещал, что я могу прийти и мы поговорим на тему которая меня волнует. Ему очень понравился тот мужчина, который вырос на безответной любви ко мне.
- И что? Не даст же он тебе 20 000 золотых на обучение Грэма, я уж молчу про вступительное испытание, там даже деньги не помогут.
- Нет конечно, но я хочу 2% от будущих торговых операций с того хлопка, которые он в скором времени сможет получить. Не сильно известный факт, но 78% экспорта шёлка держит этот род. Просто в отличии от Рихарда им не нужно это выпячивать, к ним и так сложно не испытывать уважение, но деньги которые плывут в руки лишними явно не будут, особенно в таких количествах. Всё я уехала, присмотри за ним. А я заодно у Филина спрошу, какие ещё признаки есть у магов жизни.
Тогда удачи тебе подруга, подумала Лира и пошла смотреть за Грэмом, хорошо тот круги на открытом месте наматывает, можно на одном месте сидеть.
Глава 6.
- Вы точно егеря? - недоверчиво интересовался я, у двух мужиков которые как и Леон стонали в голос, пока я уговаривал их идти дальше. На кой чёрт мама притащила этих неженок с собой, вот не поверю что они шли в нагрузку к карте. Карту мне притащили знатную ничего не скажешь, не географические моего старого мира, но я как-то видел каракули, которые выдавали за карты начала 19-го века, в общем хорошая карта, правда масштаб не очень, на этом ватмане всё королевство нарисовано. И вот этих двоих мне дали как проводников, я конечно тоже устал и я не несу на себе ничего, кроме килограмм трёх продуктов. Но блин и они тащат на себе всего кило по 7-8 каждый, чего они симулируют, если я могу шагать дальше значит и они должны. Ну можно сделать скидку Леону, он у нас 10 лет уже в "запасе" и форму растерял, а чего ноют эти я не понимаю. - Встаём встаём, реку уже слышно значит всего ничего осталось.
В горах мы уже пятый день и почти дошли до самой реки. И если в первый день всё было нормально, в смысле, три здоровых мужика с изумлением смотрели на меня, но молчали. То вот уже со второго дня мне заявляют, что я послан им за какие-то проступки, что меня чем-то не тем кормят, даже грозили выпороть, когда я комментировал их профессионализм как егерей, правда мы сошлись на том что пока у них есть силы, они бояться мою маму, а когда сил нет, догнать они меня не могут. Подозревать что проводнички мне достались так сказать не очень, я начал ещё при составлении маршрута. Эти два гения решили что они его составят без меня, действительно чего тут сложного, не зная зачем человек идёт в эту самую гору, маршрут ему составить вообще не проблема. Решив что повлиять я на них никак не могу, пришлось ябедничать маме, в итоге карту у них отобрали и сделали меня отцом командирам, по разбитым рожам, когда меня им откомандировывали, я догадался что ребята какие-то не адекватные, ну наверняка им указания какие-то давали, вот с чего вдруг, явно армейские ребята, решили что их на курорт отправили? Ах да, это Леон у нас топографическим кретинизмом страдает, а эти два поняли что мы зигзаги накручиваем, и весь маршрут делятся со мной, своими догадками по поводу моего интеллекта. Я был не против им объяснить, что мы не просто так тут плутаем, но если учесть что в мою возможность, двигать горы тут никто не верит чего напрягаться? А речка в их понимании по другому ну никак не может повернуть. Но маршрут такой был не спроста, на самом деле мы шли по руслу будущей реки, по этой причине мы и пошли в гору не от нашего поместья, а почти пол дня ехали в сторону которая мне была нужна. С той стороны был наш сосед, жил этот человек хорошо, вот только в моём понимании наркоделец так жить не должен, а суть в том, что этот деятель продавал зерно нашим политическим соседям, а взамен те продавали ему местную дурь. И так у них всё было хорошо мммм, словами не передать, поля дури и злаков почти соприкасались. Короче я тут год просижу, но эта чёртова речка сделает там болото.
- Всё привал, ставьте лагерь если ходить не научились.
- Не зли нас малой, твоя мама далеко, а Леон нас останавливать как в первый день не будет.
- Да да да, мы это уже обсуждали. Обустраивайтесь а мне надо осмотреться. - И я пошёл смотреть можно ли тут перекрыть эту речку или придётся топать выше.
С тех пор прошло ещё три дня, пришлось подняться выше и делать это пришлось три раза. За первый марш бросок мы просто не нашли места и эти гаврики устали. Второй раз место было хорошее, но облазив округу я пришёл к выводу что река просто чуть ниже вернётся в старое русло. И вот он нужный нам будущий поворот реки. И хотя ниже было ещё одно подходящее место, но там надо заходить с другого берега, а это ещё дней 12-13 непрерывного нытья у меня за спиной, ну его на фиг.
- Возрадуйтесь немощные, тут мы проторчим дня два или три, а дальше только в низ, надеюсь спускаться вам проще будет, вы не стесняйтесь устанете скажите, я пендель дам, так скатитесь и ножки напрягать не надо будет. - А в ответ только несвязное бурчание, не так и далеко видимо моя мама. - Пойдём Леон, пора работать, я уже всё подготовил и мешок с шарами захвати.
- Слышь Прин, какого хрена ты меня всё время сдерживаешь, стоит мне набраться сил, чтобы дотянуться до этого поганца, как ты чуть ли не наваливаешься на меня. - смотря с раздражением на удаляющегося мальца, проговорил один из егерей.
- Салтон, я тебе скажу один раз и ты постарайся запомнить. Ты конечно мой друг и это путешествие данный факт даже не пошатнёт, думаю мы потом ещё посмеёмся с тобой, над причинами что нас сюда загнали. Но это будет потом, попозже так сказать. А сейчас я очень, слышишь, очень хочу вернувшись в часть, не увидеть как наш комдив, стал похож на нашего же генерала.
- С чего это вдруг, неужели отбитый зад какого-то мальца, заставит его хотя бы косо на нас посмотреть. И чего это ты про дружбу вспоминаешь?
- Друг мой, - грустно улыбаясь и смотря на своего закадычного товарища проговорил Прин, - напомни мне, почему комдив отправил нас на "срочное и очень секретное" задание. А нет, не утруждайся я вспомнил, один мой хороший приятель, решил что ему все боги нашего мира братья, а твари из бывших эльфийских лесов его бояться и почитают, осознав эту истину он пошёл клеить дочку генерала. А когда его застукали, с чего-то решил, что раз генерал мой двоюродный дядя, то я закрою друга грудью. - на этих словах, говоривший потёр свой лоб, в который генерал очень любил "воспитывать непонятливых", он считал что это самый короткий путь к мозгу. - Хорошо ещё, что я из окна после удара вылетел и ты за мной рыбкой нырнул, боюсь дядька нас бы по убивал, не особо вникая, что я о твоих похождениях на тот момент, даже не догадывался.
- Да блин, прости, я же уже говорил, у меня в тот момент голова вообще не работала, я до сих пор не помню как до тебя добежал. Хорошо ещё она до конца раздеться не успела, боюсь меня тогда ничего не спасло бы. Но это так, бывает, генерал отходчивый, я не первый залётный. Сейчас то что не так, с чего ты взял, что за пацана, нам вообще хоть что-то сделают. Да даже если мы его самолично притопим, главное от психованной мамаши убежать.
- Ты знаешь, хорошо наверно что я с тобой. Вот ты как был раздолбаем ещё с академии, так им и остался. Во первых самолично убить малолетнего сына, одного из начальников департамента контроля, это надо очень сильно не дружить с головой. Во вторых даже если такая идея тебя ещё когда посетит, выбирай детей с другим родовым именем, всё же месть за убитого ребёнка от сильнейшего в департаменте менталиста, простой явно не будет и умирать ты будешь долго долго. А в третьих, трогать руками будущего мага жизни, это как-то не логично, а вдруг он когда вырастет и практиковать начнёт, вспомнит твою рожу и что ты его обидел? Это мы опустим тот факт, что Леон явно не будет молчать о произошедшем.