Тень на стене (СИ)
С пристрастием оглядев чужую работу, был вынужден признать, что зерцало вышло отличным: с четкими краями, ровной поверхностью, изображение не прыгало и не искажалось. У меня, пожалуй, так бы и не вышло. К тому же оно было почти с меня ростом, а мои собственные скромные возможности не позволяли создать ничего больше ладони. Обидно.
Поминутно косясь на мрачного колдуна, лихорадочно проверил товарищей. Живы. Даже здоровы. На улицах не заметно сколько-нибудь значимого оживления, что странно, учитывая тот факт, что колдун своей цели добился. А где паника, пожары и мародеры? Толстый омега задумчиво плыл по улице и грыз яблоко, по парапету с визгами промчалась стайка детишек, из дома напротив степенно выполз пожилой альфа в старомодном колпаке… Обычная жизнь. Спокойная в своей рутинности. Еще раз — странно…
— Знаешь, я до сих пор не знаю как тебя зовут… — внезапно произнес колдун как бы в пространство.
— Мелвин, — процедил я сквозь зубы.
Говорить имя не хотелось. Однако ж это было сущим ребячеством, особенно на фоне только что проведенной жаркой ночи, и я это прекрасно осознавал.
— Очень приятно. Ну, сначала, конечно, не очень… но сейчас однозначно лучше, чем вначале! Меня зовут Амитола.
Колдун легко поднялся с постели и начал одеваться; пошарил взглядом, своей одежды не обнаружил. Когда я пришел в себя, то был уже голый. Потом, поглощенный беспокойством, не задумался об одежде, но сидеть раздетым и далее становилось неловко.
— А где мои вещи?
— У тебя их нет, — спокойно ответил альфа.
Меня окатило злостью, лицо вспыхнуло от унижения: прекрасно, меня будут держать голым, как шлюху в борделе! И для той же цели! Отвратительно… я что — дырка для ебли?
— Но я могу их вернуть в обмен на обещание, — продолжил колдун, когда вдоволь налюбовался моим красным лицом и сердито сжатыми губами.
— Обещание? — что ж, это было уже лучше.
— Да. Я же говорил: мы у меня дома. Здесь, знаешь ли, полно таких, как я. А моя тетя не простит, если ты сожжешь ее карапуза, потому что он демон. Или… не помню, что мне там инкриминировалось? Черное колдовство?
— Я не убиваю детей! — процедил я возмущенно. — Дети невинны!
— Слушай, в кузене роста — три метра. Да ты сначала шарахнешь чем-нибудь посильнее, а потом мне придется срочно тикать и запечатывать наш мир века на четыре, спасаясь от разъяренной тетки! Ты понимаешь, что в тебе дурной силы достаточно, покалечить и убить сможешь?! А у меня, между прочим, тут семья, дети бегают… ползают… ну, кто как может, передвигается…
— А при чем тут одежда! — заорал я, залившись краской так, что аж слезы из глаз брызнули.
Слова колдуна неприятно задели — ведь и правда мог бы, увидев чудовище, кинуть со злости что-нибудь убойное.
— А без нее ты из комнаты не выйдешь! — ехидно произнес колдун, довольно улыбаясь, я задохнулся от бессильной ярости — действительно, не выйду.
— Замотаюсь в занавеску! — пригрозил я, чтобы хоть что-то сказать.
— Может, договоримся? Ты пообещаешь без меня никуда не ходить и никого не пытаться убить, а я тебе подберу что-нибудь подходящее?
— Верни то, что было, другого мне не надо, — прошипел я, пытаясь не обращать внимания на полупрозрачные одежды, мигом нарисованные моим воображением при слове «подходящее».
— Твои вещи старые и заношенные, представь, как родня станет на нас коситься!
Сам альфа уже нацепил на себя тонкую рубаху и возмутительно обтягивающие штаны. Ткань, из которой были пошиты вещи, была мне неизвестна.
Колдун переживает, что родственники будут шокированы моим внешним видом? Разве я бедно одет? Вещи не новы, но я обращаюсь с ними аккуратно, они еще послужат пару лет. Прорехи заштопаны, пятна застираны… Я боевой маг, а не кокотка! И вообще — какая разница, как я одет?!
— Это моя одежда. Будь добр ее вернуть.
— Ох… ну чего ты упрямишься! Что плохого в новых вещах?
— Твоя одежда выглядит смехотворно, — сообщил я, неодобрительно скривившись. — Потому на твой вкус в этом вопросе положиться невозможно. Я уж не говорю, что в жизни не надену что-то столь обтягивающее. Это же просто неприлично!
Колдун растерянно осмотрел свою одежду, удивленно приподнял брови и на некоторое время задумался:
— А хочешь, я тебе достану настоящую куртку из кожи гигантского червя?
— Червя? — предложение звучало не слишком привлекательно, но лицо колдуна сияло такой радостью, будто это действительно стоящая вещь.
— Да! Они живут только на одной планете, их кожа очень прочная и выглядит красиво, кроме того, она совершенно не подвержена воздействию магии. И еще не промокает! Такие куртки носят исследователи, воины и путешественники, их шьют с большим количеством карманов, тебе должно понравиться!
Пришлось согласиться взглянуть на это чудо. Но сперва колдун заставил дать обещание. Немного обескураженный энтузиазмом Амитолы, я произнес требуемые слова. Колдун просиял, чем удивил меня еще сильнее. Казалось, его совершенно не смущает моя кислая морда, то, что я стараюсь держаться от него как можно дальше и дергаюсь в сторону, когда он подходит ближе. Хотел бы я, чтобы это было от неприязни или физического отвращения… на самом же деле я ужасно боялся, что прижмусь к колдуну и наброшусь на него с поцелуями: меня мучительно тянуло к альфе, даже несмотря на то, что течка закончилась.
Амитола подмигнул мне, протянул руку и прямо в воздухе появилась дверь, он открыл ее: ярко освещенные магическим светом, вдаль тянулись бесконечные полки со стопками аккуратно сложенной одежды. Альфа поманил меня рукой. Неловко завернувшись в покрывало, поджимая голые пальцы, я подошел к колдуну. Вопреки опасениям, одежда, содержащаяся в волшебном гардеробе, была разнообразной и вполне позволяла выбрать нечто приличное. Только подойдет ли мне размер?
— Я ее тебе подгоню, — пообещал колдун, опять мерзко запахло падалью, я прижал ладонь ко рту.
— Не понимаю, почему у тебя такая дикая реакция на черную магию! — пробурчал колдун. — Это же отличная штука! Она филигранно изменяет, манипулируя неживым, мертвым и темными энергиями… а твоя белая бьет наотмашь, ей только ломать и можно! Да перестань ты кукситься, посмотри, какой тонкий остаточный след! Нигде никаких прорех!
Я послушно присмотрелся, но ничего не увидел. Наверное, у нас совершенно разные подходы, потому что ни о каких тонких материях, слоях, энергиях у нас не рассказывали. Я просто учил заклинания и оттачивал верный жест-триггер, потом вкладывал силу своего желания, оживляя мертвое слово и — готово. А вдруг, колдун видит и знает что-то такое, недоступное мне? Наставники упоминали, что после Великой Магической войны, произошедшей много веков назад, почти все маги полегли. Еще несколько настолько истощили свои силы, что впали в летаргический сон. Говорят, что когда-нибудь они очнутся, и тогда настанет новая эра, мы перестанем блуждать впотьмах, и на нас прольется благословенный свет истины. Пока же нам оставалось лишь бережно сохранять оставшееся от великих магов прошлого. Сказывают, что это — лишь жалкие крохи знаний…
— Я не умею видеть никакие остаточные следы.
— Да? А как ты вообще направляешь заклинание?
— Сначала проговариваю, оформляю движением и вкладываю силу в слова… — послушно доложил я, сердце заколотилось от волнения: смогу ли я узнать больше, расширить круг познания? Захочет ли колдун, убитый с моей помощью четырежды, поделиться?