Тень на стене (СИ)

Мне показалось, что омега сначала уничтожает все странное, а потом уже задается вопросом: “А что это было?” Даже как-то обидно. Меня-то — сразу в расход. Даже предвыборную программу не дали озвучить…
— Возьмите… к себе. Умираю. Тут.
— Охерел? — возмутился я такой наглости.
Вы только представьте себе: стоит такой зомбяк и требует, чтобы его спасали из неблагоприятной для жизни среды. Существо мотануло головой, в шее отчетливо хрустнуло, мы с Мелом синхронно поморщились.
  
— Плата. Есть у меня.
— Какая, блядь, плата? — я сначала не понял, о чем оно толкует, почему-то сразу представился кусочек пластика с напаянным металлом — деталь для разных приборов, существует во многих техногенных мирах, именуется платой.
Но оказалось, что имеется в виду не это.
— Видел человека. Сделал, как у него. Почти. Ты. Похож. Родня. Ищешь?
Мелвин побледнел аж в синеву. Я ничего не понял.
— Ищу, — решительно произнес омега. — Знаешь, где он?
— Да. Плата.
— Так! Значит, если мы возьмем тебя с собой, то ты скажешь, где я смогу найти того, на кого ты похож?
— Да.
— Он в этом мире?
— Здесь. Да.
Тут я не выдержал. Непонятная разумная херня казалась подозрительной, насчет какой-то там информации зомбяк мог и солгать, а тащить его за собой?! Бр-р-р! Я даже содрогнулся от такой перспективы.
— Мел, застрели его и пойдем дальше! — решительно произнес я, омега поджал губы и ожег меня яростным взглядом.
— Я никуда не пойду, если есть хоть малейший шанс на то, что где-то здесь мой брат.
Опа! А я и не знал, что у него есть брат. Или уже нет.
— Ты вообще понимаешь, что делаешь? — возмутился я. — Цепляешься за призрачную возможность, но опасности-то нас подвергаешь реальной!
Мне достался совершенно безумный взгляд, и я понял, что срал Мел на все на свете — сейчас его интересует только одно. Брат. Это да. Это — серьезно. Надо будет выспросить, при каких обстоятельствах он пропал. И когда. Может, уже много лет прошло.
Создание мне не нравилось. Задержка вызывала раздражение. Торчать посередине улицы опасно, я буквально кожей ощущал, что мы теряем время. Гипотетически живой родственник или наши жизни? Конечно, я бы предпочел прикончить человекоподобную тварь и идти дальше. Но Мел не согласится. Представил себе, что увожу омегу отсюда силой, и поежился — ствол оружия, что я дал омеге, недвусмысленно целил мне в живот. Не убьет, но остановит. По глазам мага несложно было понять, насколько важен для него этот самый неизвестный мне брат. Шмальнет в меня, не задумываясь.
— Он может врать! — я в последний раз попытался достучаться до разума омеги.
— Или нет. Ты же не знаешь наверняка, — тонкие губы упрямо сжались.
— Мелвин! — простонал я, сдаваясь. — Это чего: будем теперь здесь шляться, пока не найдем твоего брателлу? А если он помер уже? Когда это чучело его видело? Ему вообще сколько сейчас?
— В смысле — сколько?
— Ну, лет. Какой возраст у брата?
— Лет двенадцать-тринадцать.
— Когда он пропал? Несколько лет назад?
— Нет. Недавно. Слушай, я, конечно, понимаю, что шансов мало. Он совсем еще ребенок. Один. Но как я смогу спокойно жить, если не сделаю все, что в моих силах? — омега требовательно уставился мне в глаза, я понял, что далее возражать не имеет смысла.
Мел прав. Пусть это дико осложнит мне существование, но родню бросать нельзя. Даже если шансы ничтожны.
Но тихонько побулькивающая херня мне все равно не нравилась.
— Слышь, мы согласны, — сообщил я существу, зомбяк дернул головой и пустил слюну.
— Могу подойти? — уточнило создание, меня передернуло, но раз уж мы собираемся путешествовать вместе с этой ерундой, придется идти рядом.
— А ты нас не сожрешь?
— Глупо такое подозревать.
Для болтающейся во все стороны куклы, существо говорило слишком разумно.
— Ничего и не глупо. Самое оно — заболтать, усыпить бдительность, а потом кинуться и загрызть!
Вместо ответа существо открыло рот и продемонстрировало обычные человеческие зубы, которыми не очень-то и загрызешь.
— Это еще ни о чем не говорит! — возмутился я, — между прочим, у меня тоже в этом облике когтей нет. А в другом — есть. И перемениться я могу весьма быстро! Кто знает, на что ты способен?
Создание долго колыхалось, никак не отвечая на мои нападки. Может, думало.
— Ты! — наконец выдало оно полузадушенно, — видишь. Посмотри на меня. Я — только снаружи. Тело меняю. Свое. Могу. Это сложно. И — все. Ничего. Ничего больше не могу.
— М-да… Тебе тяжело говорить?
Зомбяк утвердительно мотнулся всем телом из стороны в сторону, голова запрокинулась назад, но, кажется, оно все равно использовало для того, чтобы видеть не глаза. Неестественное положение головы здорово действовало на нервы.
— Ага. Следующий вопрос: ты хорошо понимаешь человеческую речь?
Снова колыхание. Значит, понимает.
— Уже хорошо. По твоим словам, все что ты можешь — трансформация собственного тела. И в кого ты превращаешься?
— В человека.
Я выпучил глаза, пытаясь переварить ответ. Непонятно.
— Ты медленно меняешь тело, постепенно приближая его к идентичному с человеческим? — вмешался Мел, я уже хотел отмахнуться от нелепого предположения, но создание проскрипело “да”.
— А быстро? Моментально превратиться во что-нибудь сможешь?
— Нет! Как? Невозможно!
Наверное мы бы еще долго опрашивали неизвестную особь, пытаясь установить ее сущность и вычислить степень опасности, но на арене, то бишь пустынной улице, начали появляться новые персонажи, делая ее слишком оживленной. В пределах видимости появилась группа, как сказал бы комментатор, “хорошо вооруженных людей”, во всяком случае того, что здесь считается оными.
Как уже многажды упоминалось, мир — аномальный, потому здесь встречается всякое. Например то, что колыхалось перед глазами. Кроме престранных монстров, есть еще и мутанты. Двухголовые, четырехногие, пучеглазые, искривленные различными патологиями. Здесь нормальный фенотип является редкостью, я уж не говорю про генотип.
Бодро бегущие цепочкой в нашу сторону существа были одеты в темную, напоминающую военную, одежду. Почти каждый держал в руках оружие, но огонь пока не открывали. Надеялись сэкономить боеприпасы и взять числом. Честно сказать — драться с ними в мои планы не входило. В аномалии магия работает странно, подчас неожиданно, применяю ее, только когда нельзя сбежать. Если же начнем стрелять, то противники резко забудут об экономии. Значит — делаем ноги. Мел тоже моментально это понял, он тревожно посмотрел в мои глаза и мотнул головой в сторону перекошенного мальчика, тот как раз неловко поворачивался в сторону шума, пытаясь движениями корпуса наклонить голову набок. Кажется, шея у него совершенно не работала. Зомби-бой явно не сможет бежать. Или сможет? Выживал же он как-то до нас!