Тень на стене (СИ)

— Ты же не против? — вопросил он с вызовом; я с улыбкой покачал головой.
— Учти — у меня слизь все время выделяется. Я тебя запачкаю.
— Запачкаешь — отчистишь! У меня такие штуки не получаются…
— Если хочешь, научу потом паре бытовых заклинаний. Только они все темные.
— Я подумаю! Хотя, нет — научи! Только сначала спать… Блин, че-то жрать охота… надо было тех рыбин с собой захватить. Похавали бы…
  
— Они несъедобные. Модифицированные. Такое есть нельзя.
— Ну ладно…
Мел еще повозился, устраиваясь поудобнее и засопел.
*** 10 (пов Мелвина) ***
Он сказал “найдем что-нибудь” и я, как дурак, поверил.
“Что-нибудь” оказалось длинной изогнутой палкой, которая стреляла с ужасным грохотом маленькими кусочками металла, при этом еще припадочно дергалась в руках и жутко воняла чем-то противным. Кроме того, штука была тяжелой и еще мне никак не удавалось достичь той же точности, что при стрельбе из арбалета.
Аномальный мир показался мне кошмарным. Ами сказал, что так не везде, но там, где мы оказались был бесконечный город. И шла война. Наверное. От чего еще могут быть такие разрушения?
Серое свинцовое небо придавливало к земле сумрачностью, иногда разражаясь противной мелкой моросью, при первых каплях которой мы срочно неслись прятаться в какое-нибудь здание. Вместе с дождем на землю часто проливалась всякая гадость. Ами сказал, что попадать под него ни в коем случае нельзя. Конечно, нас это не убьет, он сможет вылечить, но помучиться придется.
— Язвами покроешься! — напугал он.
Вот и скрывались мы от капель в полуразрушенных домах.
Улицы казались совершенно заброшенными, ветер гонял по ним мусор, некогда ровные дороги сейчас зияли выщербинами, а кое-где и провалами. Под городом была сложная система коммуникаций, подземные дороги, и там, где они подходили слишком близко к поверхности образовывались зияющие чернотой дыры. Из некоторых валил пар.
Построенные из неизвестного мне гладкого материала дома высились до самых небес. Мы так не строили. Амитола сказал, что это для экономии места. Меня потрясли эти серые гиганты. Массивные, высоченные, тяжеловесные. Они отлично сочетались со хмурыми небесами, создавая ощущение тягостной тоски и безнадежности. Я не видел на улице ни единого признака жизни. Колыхались от ветра провода, скрежетал, задевая стену, полуоторванный, искореженный лист металла. Все казалось повергнутым в полнейшее запустение. Я даже спросил, а остались ли здесь люди.
— Ну, уже не совсем люди, но остались. В основном жизнь кипит на верхних этажах — там безопаснее. Здесь, внизу слишком много мутировавших тварей.
— Ага. То есть тут полно опасного зверья. Прелестно.
— Извини. Что есть!
Альфа снова был человеком, я с неудовольствием понял, что почти все время думаю о его красивой заднице. Идеально-округлая, мускулистая, такая притягательная — она была для меня совершенно недоступна и это вызывало раздражение. Мало кто из альф настолько открыт всему новому, чтобы позволить своему омеге… Эх, и зачем я об этом думаю? Только зря травлю себе душу! Многие альфы вообще считают, что раз омеге природой предназначено рожать, то член у него только для красоты. Ага. Сейчас. Мой взгляд на отношения полов был, кстати, еще одной причиной, по которой ко мне относились с подозрением.
В первые дни нашего, назовем это так — сближения, я был слишком подавлен и расстроен выбором, который магия сделала за меня, потому ни о каких вольностях, в отношении альфовых округлостей, не помышлял. Однако после соития со змеем гораздо более приятственного, чем ожидалось, фантазия моя разбушевалась. Может, причиной тому была неожиданная покорность колдуна или экзотическая красота его второго облика.
Как только мы прорвались в этот серый тягомотный мир, альфа некоторое время постоял, пытаясь сориентироваться, и уверенно потопал в одному ему известном направлении. Голый. Потому что обратился он уже здесь.
Выяснилось, что в последнее свое пребывание Ами оставил схрон, куда сложил все необходимое.
— Понимаешь, я здесь гулял, нашел… ну, не нашел, конечно — отнял. Да. Много всего полезного. Но в других мирах это самое полезное на фиг не нужно. Вот, например: отличные сапоги!
Альфа потряс в воздухе здоровенными потрепанными сапогами. Грубыми, с толстой подошвой.
— Выглядят не очень, зато прочные! Или — радар. Позволяет своевременно обнаружить мутировавшую фауну и флору. Огнемет — тоже очень полезная штука, особенно против флоры.
— Я здесь ни деревца не видел! — вклинился я в монолог альфы.
— Тут, в черте города, почти нет. А на окраине — совсем другой коленкор!(2) Ты такие штуки когда-нибудь видел?
Я помотал головой. То, что во что тыкал пальцем колдун было мне совершенно незнакомо. Какой-то механизм. Принюхавшись, не учуял никакой магии. Чароплет насмешливо прищурился:
— Определяешь магию на запах?
Я моментально вспыхнул от прозвучавшей в голосе издевки.
— Мы так и не дозанимались, — процедил я, намереваясь добавить колкость про то, что свое обещание “попрыгать” я уже выполнил, но альфа ее упредил:
— Действительно! Запамятовал. Жизнь бьет ключом и все по голове, вот и не успели. Да не щурься ты так, я обязательно научу тебя видеть. Ты ведь все еще этого хочешь?
Тон альфы стал примирительным, даже слегка заискивающим и я успокоился — легкое подтрунивание и пренебрежительная насмешка зачастую выглядят одинаково, но по поведению альфы не похоже, что он желал меня всерьез задеть.
— Конечно.
— Вот и ладушки! В общем, смотри, объясняю пока про оборудование. Магия в нем есть, но так ты не почуешь, она активируется только в момент включения. Нажал курок-кнопку-рычаг — реле замкнулось, пошла магия.
— Разве так можно?
— Ну, раз все это существует, очевидно, что можно. Но только здесь. В твоем мире вся эта ебала действовать не будет. Ты прав в своих сомнениях. Потому это место и зовется аномалией.
Дальше альфа долго и нудно рассказывал мне про каждый предмет, я старался запомнить хотя бы часть. Между делом морокун вытащил из темного пакета и натянул на себя штаны. Обтягивающие. Снова! У него что — нет пристойных вещей? Впрочем, бесстыже облепленная тканью пятая точка скрылась под длинной теплой фуфайкой, сверху на которую была накинута куртка. Все было темно-зеленого цвета, хорошо ношенное. Я хмыкнул: и этот человек попрекал меня одеждой! У самого-то не лучше.
Мне тоже пришлось приобщиться к изделиям местных портных. Альфа настоял на том, чтобы я накинул сверху курточки длинный, почти до земли, плащ. Он был изготовлен из тонкой легкой ткани, но Амитола уверил, что он непромокаемый, а это станет важным, если спрятаться от осадков не удастся. Мысль о язвах была достаточно неприятной и я с неохотой напялил на себя вещь. С левой стороны она была заляпана чем-то темным, но хоть не воняла…
  
В еще одном черном пакете лежало несколько кусков еды. Плотные белесые кубики были упакованы в неизвестный мне материал и назывались “спецпаек”. На вкус — как будто пожевал березовых листьев. Не противно, но и приятного мало. Вспомнил детство — я тогда любил жрать разные листочки-травинки: кислица, щавель, сныть, жевал иголки ели и делал суп из молодой крапивы. Едали и похуже яства… По консистенции кубик был похож на сыр. Есть можно.