Наслаждение (СИ)
Пробую другое заклинание, но и оно не срабатывает. В легкой панике начинаю перебирать просто все чары подряд, но мне не удается воззвать даже к слабому огоньку. Я холодею при мысли о том, что мои ощущения сейчас совсем не похожи на то, что я нахожусь в зоне тихого полога. Скорее уж это похоже на то, что магия во мне заснула. Но это же невозможно... Немыслимо. Так не бывает!
Меня прошибает холодный пот. Паника захлёстывает с головой, и я бегу, не глядя под ноги, по лабиринту из высоких зарослей и кустарников, слабо понимая, что делаю. В голове бьется ряд вопросов: что со мной делает Эдгар? Зачем это ему? Что за дрянь он заставил меня выпить? Неужели верховные маги смогли изобрести нечто, что в самом деле может лишить дара магии? А лишить только огненной магии или вообще любой?
Я бегу, спотыкаясь, ноги скользят на густой траве, но мне все равно. Не отдаю себе отчета в действиях, слёзы невольно брызгают из глаз.
Знаете... Я ничего в жизни не боюсь так, как потерять свою магию. Наверное, это сложно понять человеку, владеющему двумя и более стихиями, и уж тем более не понять людям, напрочь лишенным магического дара. Но любой воздушный маг скажет вам, что нет ничего хуже, чем потерять связь с ветром. Любой водный чародей скажет, что его худший кошмар - это полное иссушение внутреннего источника водного ресурса. И любой огневик предпочтет скорее сгореть заживо, чем в один прекрасный день обнаружить, что больше не можешь зажечь в себе искру.
Кажется, меня снова лихорадит. Температура явно подскакивает, силы на исходе, а я так и не могу выбраться их лабиринта садовых дорожек. Даже, кажется, дважды пробегаю мимо этого цветущего крупными алыми цветами дерева... Меня нещадно клонит в сон, ноги заплетаются. И в итоге я почти падаю в душистую траву с гудящей головой и абсолютно недееспособным телом. Лежу и слушаю журчание очередного фонтана где-то за углом и чьи-то негромкие шаги... Эдгара? Хотя нет, этот негодяй передвигается совершенно бесшумно.
Чьи-то руки подхватывают меня, и в нос ударяет приятный мятный аромат, которым пахнет местный прислуга Фракнур.
- Ну вот, госпожа, - слышу я его недовольный голос. - Я же говорил, что вам следует поберечь себя. Не волнуйтесь, я вас отнесу в спальню. Вам всего лишь нужно выспаться, потом будет немного полегче...
Я и не волнуюсь. Нет у меня сил волноваться, совсем. Меня неуклонно одолевает сон, и я не могу ему противиться, проваливаливаюсь в приятную темноту и вижу томительно сладкие сны.
Глава 8. В лабиринте эмоций
Мне снится Эдгар. Как всегда одетый с иголочки и бесконечно красивый. Его невероятного цвета глаза сверкают в темноте и смотрят только на меня. Его чувственные губы требовательно касаются моих, а вожделеющий голос с легкой хрипотцой произносит: "Хочу, чтобы ты была только моей, Ариана".
Снится наша первая ночь. Наше смешанное дыхание, несдержанные стоны и искрометное счастье пика наслаждения. Сон такой яркий и реалистичный, что я словно взаправду ощущаю каждое прикосновение Эдгара, каждое его поглаживание и плавные движения. Такие ритмичные, такие желанные, такие глубокие, что...
Я просыпаюсь резко, как будто меня кто-то разбудил. Жадно хватаю воздух ртом и горю... внутренне горю в странной жажде продолжения сна. Низ живота аж сводит от желания близости... И ни с кем-либо, а с одним конкретным человеком.
Умываю лицо дрожащими руками и ловлю себя на мысли о том, что постоянно думаю о прикосновениях Эдгара. Хочу обнять его... Хочу осязать вкус его поцелуя, хочу вновь забыться и почувствовать себя просто любимой женщиной в объятиях любимого мужчины... О Вилх всемогущий, о чем я думаю вообще?!
"Это всего лишь наваждение, - мысленно говорю я себе. - Всего лишь наваждение, не более того, это не твои мысли!"
Действительно - наваждение... Но я не могу отрицать того, что все семь лет вдали от Эдгара мне дико не хватало его.
Я пыталась встречаться с другими мужчинами, но Ставинский словно бы отравил мое существование без него. Ни с кем у меня отношения не клеились, чужие поцелуи были противны, и дальше пары-тройки свиданий дело ни разу не заходило. А может, все дело было просто в том, что я никак не могла расслабиться и начать жить нормальной жизнью? Довольно сложно думать о каких-то романтических отношениях, когда Шаренхол стоит на пороге масштабной войны, а ты потеряла источник заработка, объявлена вне закона и просто пытаешься выжить в условиях нового мира. А теперь уже и непонятно - удастся ли...
Жажда мужской близости какая-то невозможная. Ненормальная. К ночи она возрастает и усиливается настолько, что я не могу уснуть, и ничто не помогает мне охладить свой пыл.
- Что происходит? - спрашиваю я у Базилио, который приходит проведать меня ночью. - Что со мной происходит, Вилх вас всех раздери?!
- Мне неизвестно, какую именно эмоциональную установку в сыворотке задал господин для вас, - отзывается Базилио. - Всем контрактникам приписываются разные эмоции. Кому-то внедряют агрессию, кому-то - абсолютную покорность, третьим - панику. А вам...
- Вожделение?
- Скорее - жажду наслаждения, - подумав, отвечает Базилио. - Такая ненасытная жажда, что выбивает все остальные мысли из головы.
- На кой все это нужно Ставинскому?
- А вы сами как думаете, госпожа?
Я не отвечаю, лишь тихо рычу в бессильной злобе. Адекватно соображать в таком состоянии я не могу.
- Вам очень плохо, госпожа? Мне позвать доктора Айвара или хозяина?
- Нет! - восклицаю я так громко, что элементаль заметно дрожит в воздухе и идет мелкой рябью. - Не надо никого звать! Я сама... Сама! Оставь меня... Прошу, оставь...
Элементаль не спорит и молча покидает комнату, а я остаюсь наедине со своей поехавшей крышей.
Пытаюсь отвлечься, но не помогают ни успокоительные чары, ни медитации, ни дыхательные упражнения. Думаю отвлечься, приняв ванну, но делаю только хуже: собственные прикосновения к коже распаляют не на шутку и вызывают еще большую жажду мужских рук.
К утру я совершенно перестаю контролировать свое тело, и это по-настоящему пугает. Никогда не испытывала ничего подобного, и сейчас не понимаю, как можно это остановить. Не могу думать ни о чем другом, кроме плотских утех. Хочу Эдгара. Хочу его так сильно, что готова сама наброситься на него с домогательствами. Уверена, что именно на это он и рассчитывает и жаждет увидеть мое покорное вожделеющее личико. Ну уж нет! Обойдется!
Я вылетаю из ванной, мокрая и взъерошенная, на ходу остервенело зашнуровывая корсет спереди. В голове моей зародилась одна дурная мысль, и у меня нет никакого желания останавливать свое безумие.
- Базилио! - восклицаю громко, надеясь, что одного имени будет достаточно для призыва.
И не ошибаюсь. Элементаль возникает передо мной почти мгновенно, отвешивая издевательский поклон.
- Вызывали, госпожа?
- Да, - нервно киваю я, убирая со лба выбившуюся из причёски прядь волос. - Слушай, мне нужно раздобыть одну вещь... Я почти уверена, что у, кхм, Ставинского эта вещь может найтись... Или ты просто сможешь где-нибудь для меня раздобыть...
- Что вы имеете в виду, госпожа?
Кажется, я порядком сбила с толку элементаля. Взмахом руки подзываю его ближе к себе и доверительно шепчу о своей просьбе. У элементаля глаза вмиг становятся размером с блюдце. Он даже рот ладошкой прикрывает, вытаращившись на меня, как на водяную саламандру.
- Вы серьезно, госпожа? Я, право, не знаю... Хозяин ничего не говорил по этому поводу... Позвольте, я сначала поинтересуюсь у него, а потом вернусь к вам и...
- Нет! - восклицаю я, пожалуй, слишком резко.
Я бы и за руку схватила элементаля, если бы там было за что хватать. Дух - он и есть дух, совершенно бесплотный, дотронуться до него невозможно.
- Пожалуйста, - добавляю я мягче и делаю такие особые умильные глазки, чтобы кто угодно проникся моей просьбой. - Давай мы сейчас никого не будем дергать, а справимся с этим сами, а? Ну пожалуйста. Мне очень надо! А потом... Я сама расскажу все Ставинскому. Когда принесу ему гребаный кофе, да!