Преднамеренное похищение (ЛП)

До этого момента она скакала на нем, сидя в вертикальном положении, но, когда ее тело покрылось капельками пота, она наконец наклонилась вперед, своими маленькими ручками заклеймив кожу его груди. Другой угол оказывал давление на ее клитор, и ее хныканье превратилось в вопль, когда ее тело достигло своего апогея. Толкаясь своими бедрами, он увидел тот момент, когда она кончила, так как ее рот широко раскрылся в безмолвном крике, когда все мышцы ее канала стиснулись вокруг его члена, а затем разразились судорожными волнообразными сокращениями, которые толкнули его взорваться внутри нее.
Несмотря на сложившуюся ситуацию, отсутствие у нее опыта и даже прелюдии, Джаро не мог сказать, что когда-либо в своей жизни чувствовал себя более удивительно.
Какая жалость, что ему придется убить женщину, которая показала ему нирвану.
Глава 6
Собравшись как физически, так и эмоционально, Эйли, не говоря ни слова, оставила фиолетового воина и отправилась на мостик, где оставила свою одежду.
Липкая жидкость стекала по ее бедру, но она не осмеливалась мыться, не раньше, чем семя успеет укорениться.
Глянув вниз, она на мгновение почувствовала оцепенение, увидев там кровь.
«Он что, порвал меня? Неужели он все-таки не совместим с моим видом? А, может, из-за его большого размера это нормально?»
В конечном счете, она почувствовала боль от прорыва в нее.
— Компьютер, перечень возможных травм женщины во время совокупления.
— Девственность, крупногабаритный половой член, внедрение объекта…
— Погоди-ка. Как девственность может повлечь за собой травму? — спросила она.
Все женщины-воины оставались девственными, пока их не признавали уже достаточно сильными, чтобы начать свою линию родословной. Однако она никогда не слышала о целомудренном состоянии, вызывающем травмы.
— У некоторых гуманоидных существ имеется мембрана из тонкой кожи, называемая девственной плевой, которая прикрывает вход во влагалище, и чаще всего разрывается во время первой попытки совокупления.
— А эта кожа потом восстанавливается обратно?
— Отрицательно. Хотя женщины, которые хотят вернуться в девственное состояние, могут прооперироваться, чтобы восстановить ее.
— Зачем она зониянке? — пробормотала она. Ну, по крайней мере, это объясняло одно. Он не порвал ее, хотя определенно показал ей звезды.
Когда она раньше расспрашивала Пантаристу, доставляет ли удовольствие спаривание с мужчинами, она в ответ лишь загадочно улыбалась, и это же выражение постоянно повторялось на лицах ее подруг детства, которые пополнили матриархальные ряды. Оглядываясь назад, Эйли поняла, что ответом на этот вопрос, скорее всего, был звучный «да». С чего бы еще ее наставница отправлялась бы в путь в течение многих галактических циклов подряд, а, возвращаясь, выглядела бы усталой, но счастливой и довольной?
Что ж, теперь она поняла, почему. Чувственный взрыв ее тела на его жезле затмил все предыдущие удовольствия, которые встречались ей в жизни до этого.
И ей хотелось еще.
Но ее учитель не отправила бы просто так ее в экспедицию по бескрайним просторам лишь с маленькой сумочкой с водой и горсткой орехов. Эйли научилась, как самой обеспечить себя, будь то еда или удовольствие. Она способна сдерживать себя и не поддаваться искушению побаловать себя еще разок слишком быстро. Тем не менее, она не могла полностью игнорировать ни его, ни свой урчащий живот, жаловавшегося на голод, потому что могла представить, что и его делал то же самое.
Переодевшись в свободный халат, она заказала в пищевом репликаторе кое-что из блюд, типичных в ее мире. С поносом с тарелками в руках она возвращалась в его каюту, а быстрое биение ее сердца, конечно же, не вызвано слишком бурным волнением от предвкушения снова увидеть ее упрямого воина.
Когда она вошла в комнату, он тут же повернул голову и посмотрел на нее, своими ясными синими глазами следя за ее передвижениями.
— Проголодался? — спросила она, опустив глаза, а не встретившись с взглядом его глаз, так как ее охватила какая-то странная робость.
 
— Ну, это зависит от того, что ты предлагаешь.
— У меня немного зониянского орехового супа, фрукты джая и…
— Я бы предпочел чего-нибудь послаще.
Она позволила своему взгляду встретиться с его, и от яркого блеска в его глазах у нее аж дыхание перехватило.
— Например?
— Местечко между твоих бедер.
От его столь вопиющего предложения у нее загорелись пылающим жаром щеки.
Она проигнорировала его предложение, несмотря на покалывающие ощущения в ее щели. Но, о Господи, как же сильно в глубине своего сердца ей хотелось испытать то удовольствие, которое обещали его глаза и коварная усмешка.
Не обращая внимания на свое странное желание, она села на кровать и поставила поднос себе на колени. То, что она кормила его с ложечки, как инвалида, придало этому моменту необыкновенную интимность. Избегая его взгляда, она старалась сохранить на лице маску безразличия, но будучи так близко к нему, она была не в силах предотвратить дрожь от накала страстей и удовольствия, которые непрерывно струились по ее телу.
Во время трапезы он не произнес ни слова, но пару раз, когда она осмеливалась поднять взгляд на его лицо, она застала, что он пристально смотрит на нее. Такое испытующее внимание вогнало ее в краску, как неопытную девицу. Кроме того, оно ее безгранично раздражало, и ее движения стали более резкими.
— А с чего такая необходимость забеременеть? — спросил он после того, как она поднесла чашку к его губам, чтобы попить.
— Чтобы начать свою линию родословной, разумеется, — ответила она, вздрогнув от его вопроса после такого долгого молчания. Ей даже не приходило в голову солгать.
— Ты мне это уже говорила, но почему именно я и зачем нападать на меня и связывать? Ты привлекательная женщина. Не сомневаюсь, что мужчины выстроились бы в очередь за честь стать твоей парой.
Жар распространился по всему ее телу.
— Ты находишь меня красивой?
Она никогда не задумывалась о себе в этих категориях. По сравнению с зониянками, она была слишком бледной, слишком тощей, бескрылой и имела две мягкие груди вместо одной крепкой.
Он фыркнул.
— Неужели никогда не загадывала в зеркало? И ты уклоняешься от ответа на мой вопрос. Почему я и почему вся эта катавасия, только чтобы забеременеть?
— Таков образ жизни зониянок.
На ее ответ от смотрел на нее пустым, невыразительным взглядом.
Она вздохнула.
— Я Эйли Ама' Зониян с планеты Зониян. В моей культуре, как только доказываешь, что ты достойный воин, старейшины дают тебе разрешение начать свою собственную линию родословной.
Он хмуро свел брови.
— Зониянка? Некоторых из них я уже встречал, и ты определенно не их отпрыск. Это гигантские женщины с когтями на ногах и руках, массивными крыльями и только одной грудью.
Схватив обеими руками свои груди, она сжала их, бросив ему озорную улыбку.
— Ну да, когда у меня в отличии от моей приемной сестры и матери стала расти эта парочка, меня частенько высмеивали. Они даже предложили одну отрезать, чтобы я стала больше на них похожа, но я отказалась.
Он аж содрогнулся от ужаса.
— И правильно сделала, что не согласилась. Разделить этих красавиц было бы просто грешно. — От жара, пылающего в его взгляде, у нее перехватило дыхание, а в обсуждаемых его объектах ощущалось покалывание, даже ее соски напряглись. — Так ты сирота? Полагаю, человек, так же, как и пара моего брата.
— Тебе что, уже встречались другие из моего вида? — спросила она, не в силах сдержать в своей интонации проявление горячей заинтересованности. — Когда я была еще ребенком, зониянки спасли меня от работорговцев, и после того, как забрали, удочерили меня, передав забвению мою прежнюю жизнь. По идее, так должно быть легче. И все же я должна признать, что иногда ловлю себя на мысли, что мне интересно было бы узнать о планете, где я родилась, и народе моего происхождения.