Шепот о тебе (ЛП)

— Привет. Все в порядке?
— Это моя реплика, да? — отозвался он.
— Решил разделить заботу.
— Ладно. Есть для тебя две новости.
Я сжал телефон и включил громкую связь:
— Говори, мы с Рен слушаем.
Он шумно выдохнул, усталость в голосе была почти осязаемой:
— Техники из округа пришли пораньше, чтобы проверить баллистику.
— И?
— Пистолет не совпал. Но винтовка из багажника Джо — та самая, из стрельбы у Питерсонов.
  
— Отпечатки?
— Чисто. Либо в перчатках, либо протер. Но цепочка хранения у нас четкая, проблем быть не должно.
В лице Рен проступила печаль:
— Он говорит с вами?
Это мой Сверчок — ей нужно было понять, зачем. Ее эмпатия была такой глубокой, что она чувствовала даже к тем, кто причинил ей худшее.
— Ни слова. Ни нам, ни адвокату, — ответил Лоусон.
Скорее всего, мы так и не узнаем почему. Разве что отдельные куски. Иногда разум просто ломается. А Джо слишком долго жил под давлением и презрением в этом городе. То, что годовщина уже на носу, только подливало масла в огонь.
— Вторая новость?
— Попросить хочу.
— Говори.
После всего, что он для нас сделал, я бы не отказал ему ни в чем.
Раздался шелест бумаг:
— Позвонили из другого штата. Девушка, которая ходила с рюкзаком по горам, не вышла на связь с родителями. У них координаты, где она могла быть за последние сутки. Хотят, чтобы кто-то поискал. Место большое, родители места себе не находят.
— Одна?
Лоусон фыркнул:
— Даже не начинай. Поехала в поход после того, как бросила парня.
Безрассудно. В этих горах может случиться все, и без подготовки это смертельно опасно:
— Что от меня нужно?
— Район большой, нужно прочесать. У меня руки связаны, остальные с работы сорваться не могут. Можешь пойти с Нэшем?
Я невольно посмотрел на Рен. Меньше всего мне хотелось оставлять ее после последних событий:
— Не думаю…
— Он встретится с Нэшем на участке, — перебила она.
— Сверчок…
Она улыбнулась:
— Грей весь телефон мне оборвала. Я сказала, что встречусь с ней в городе за ланчем. Она не успокоится, пока не убедится, что я цела. — Рен поцеловала меня. — Езжай. Помоги этой девушке.
Голос Лоусона прорезал момент:
— Все равно скоро это будет твоя команда.
Брови Рен приподнялись:
— Твоя команда?
— Спасибо, что проболтался, — буркнул я.
— Ты ей не сказал?
— Сказал что? — в ее голосе зазвенела легкая обида. Она ненавидела, когда ее держат в неведении.
Я усмехнулся:
— Новая должность. Руководитель поисково-спасательной службы округа Харрисон.
Челюсть Рен слегка отвисла:
— Но твоя компания…
— Джек берет штурвал. Покупает мой пакет за шестьдесят процентов. Я останусь в стратегии и планировании, но не в операционке.
В ее взгляде мелькнула тень беспокойства:
— Но ты столько вложил. Вы же лидеры в отрасли.
— Следила за мной?
Она фыркнула:
— Гуглить в минуту слабости — не суперспособность.
Я наклонился и поцеловал ее, утонув в ее вкусе:
— Люблю тебя. — Моя ладонь скользнула под ее волосы, сжала затылок. — Я горжусь тем, что построил. Но так много этого стремления быть лучшим было потому, что я бежал. От воспоминаний. От демонов. Мне это больше не нужно. Не хочу. Мне нужна жизнь здесь. С тобой. С семьей.
— Холт…
— Люблю тебя, Рен. Хочу эту жизнь с тобой. И это значит — проживать ее каждый день. А не носиться по всему миру при каждом звонке.
Она вгляделась в мое лицо:
— Ты уверен?
— Никогда в жизни ни в чем не был так уверен.
Губы Рен растянулись в широкой улыбке, и она радостно взвизгнула, бросившись ко мне на шею. Я понял, что это движение причинило ей боль, когда она поморщилась.
— Осторожнее, Сверчок.
Лоусон прокашлялся:
— Эй, ребята. Люблю вас обоих, но мне совсем не обязательно слушать ваши нежности по телефону.
Щеки Рен вспыхнули:
— Прости.
— Да пошел ты, Лоусон.
Он усмехнулся:
— Нэш уже выехал к тебе. С ним отец — будет вести связь из внедорожника.
Я покачал головой:
— Ты был так уверен, что я соглашусь?
— Я знаю своего брата, — ответил Лоусон. — Ты всегда помогаешь, когда мы в тебе нуждаемся.
В груди жгло, пока Рен еще сильнее прижималась ко мне.
— И я тебя люблю, Лоусон.
Слова едва протиснулись сквозь сжатое горло. Эмоции навалились всей тяжестью — лавиной благодарности за этот второй шанс. За семью. За Рен. За жизнь, которая всегда была моей.

  
38
 
Рен
— Выглядишь как боец после ринга, Малышка Уильямс, — произнес Нэш, выбираясь из своего внедорожника, а за ним и Нейтан.
Холт бросил на него предупреждающий взгляд:
— Нэш…
Тот лишь закатил глаза:
— Я всего лишь говорю, что наша девочка — настоящая крутая. И все.
Я пересекла подъездную дорожку и обняла его.
— Спасибо, Нэш-Бэш.
Улыбка на его лице стала теплее, искреннее:
— Давненько я от тебя этого не слышал.
Слишком давно.
— В последнее время я снова начинаю чувствовать себя собой.
Нэш ласково потрепал меня по волосам:
— Не могу придумать новостей получше.
Нейтан внимательно оглядел мое лицо, губы его сжались.
Я отпустила Нэша и обняла Нейтана:
— Со мной все в порядке. Честно.
— Не похоже. Может, тебе подняться в дом? Керри сегодня присмотрит за тобой. Отдохнешь, и…
Я встала на носки и чмокнула его в щеку:
— Все хорошо. Мне нужно прибраться в доме, а потом я встречаюсь с Грей на обед.
Нейтан нахмурился:
— Ты уверена?
Я похлопала его по груди:
— Уверена.
Когда я повернулась, на лице Холта была нежная улыбка. Я подошла к нему и обняла за талию:
— Что это у тебя за взгляд?
Он откинул волосы с моего лица:
— Рад, что они были рядом с тобой.
Сердце сжалось. Это была горькая правда: если бы Холт не уехал, я, возможно, никогда не стала бы так близка с его семьей. Это произошло лишь потому, что я была почти совсем одна. Потому что Холта рядом не было. Но жизнь редко бывает простой и никогда — идеальной. Она, как и земля вокруг нас, полна острых краев и неровностей. Но именно эти несовершенства делают ее по-настоящему красивой.
Я обвила рукой шею Холта, притянув его к себе:
— Я люблю тебя.
— Сегодня я точно заработаю двадцать.
Я фыркнула:
— Самоуверенный, да?
— Уверенный. Это разные вещи. — Он наклонился и легко коснулся моих губ. — Люблю тебя всегда.
Эти слова окутали меня, как самая сладкая музыка, которую я никогда не устану слышать.
— Ладно, уговорил. Пусть будет двадцать.
Он тихо рассмеялся и поцеловал меня еще раз.
Нэш издал преувеличенный звук отвращения:
— Серьезно? Она мне как сестра, и я точно не хочу наблюдать, как вы целуетесь.
Нейтан быстро ткнул Нэша локтем в бок, отчего тот согнулся, кашляя.
— Казалось бы, ты примешь мою сторону, папа.
Нейтан усмехнулся, улыбка у него была почти такая же, как у сына:
— Ничто не радует меня больше, чем видеть вас двоих там, где вам и положено быть.
Эти слова согрели душу. Хартли всегда принимали меня как свою. Но теперь, когда я открылась Холту и отдала ему все, эта связь стала еще крепче. И то, что Натан и Нэш приняли это так легко, было для меня настоящим бальзамом.
Холт всмотрелся в лицо отца, словно ища в нем хоть тень неискренности:
— Спасибо, папа.
— Ладно, хватит уже этого любовного нытья. Нам пора в путь, если хотим сегодня пройти приличное расстояние, — сказал Нэш.
  
Холт кивнул и свистнул. Из-за озера примчалась Шэдоу. Он нагнулся и пристегнул поводок к ее ошейнику.
— Ты точно справишься с ней весь день? — спросила я.