Отчаяние. Том 1 (СИ)
– Она всегда была настоящей. Просто большинство не замечает. Слишком тонкая, слишком сложная. А теперь… теперь она стала грубой. Материальной. Впаянной. Магическое ядро – это не метафора, оно реально пульсирует у меня под рёбрами. И система к нему подключилась.
– И что это даёт? – Франческо сдвинул брови. – Ну, кроме припадков на диване и испуганных баб.
– Возможности, Франк. Охрененные. – я снова сел ровнее, плечи назад. – Я могу теперь не только чувствовать, как двигается энергия. Я могу её заставлять двигаться. Как мышцу. Как палец.
– И что теперь? – пробормотал Алессандро.
– А вот хрен его знает. – Я рассмеялся. – По идее, теперь я могу выстраивать любые магические конструкции в теле, запускать любые рунические ставы и они будут влиять на физический мир. Подумал – сделал. Ну, если каналов хватит. Если не лопну. Если система не решит, что я представляю угрозу. Одно знаю точно…
Я посмотрел на них. На Софию, Маттиа, Алессандро, Франческо.
– …нам надо выпить.
– Поддерживаю. – София тут же поднялась. – У меня где-то были стаканы.
– А у меня ром. – Я вытащил из пространственной карты ещё одну плоскую, тёмную бутылку.
– Ты тащил с собой ром?! – удивилась Маттиа.
– Конечно. Магу нужен катализатор. И спирт. Спирт – универсальный растворитель между мирами. Особенно, если он 40-градусный. – подмигнул я.
Мы пересели на кухню. Стол шатался, но держался. София нашла четыре стакана и один маленький пластиковый – пришлось налить в него себе. Равенство, мать его.
– За что пьём? – спросил Франческо, уставившись на янтарную жидкость в своём стакане.
– За то, чтобы не сдохнуть от магической перегрузки. – ответил я и стукнулся стаканом о его.
– За то, чтобы эта магия хоть раз принесла пользу, а не боль. – сказала Маттиа.
– За то, чтобы не оказаться в роли подопытного. – добавила София.
– За магию. Настоящую. – выдохнул Алессандро.
Мы выпили. Ром пошёл горячей волной по горлу, разлился в животе, и впервые за долгое время я почувствовал… не расслабление, нет. Но устойчивость. Я стоял на пороге чего-то большего. И у меня в руках был ключ.
И он был багрового цвета.
Какого черта багрового кстати?
Глава 13
Мы сидели на кухне, как старые друзья. Хотя знакомы толком и не были. Просто беда, висевшая над головой, срезала лишнее. Уравняла. Маг, боевая баба, студент с ножом, электрик с винтовкой и девушка с глазами, в которых прятался дым от сожжённого мира. Отличная команда. Ну, или за неимением лучшей.
Ром лился медленно, как должно быть в такие вечера. По глоточку. По слову. Никто не спешил.
– Так ты, выходит, был магом ещё до всей этой херни? – спросил Франческо, грея ладонями стакан, будто он был свечой.
– Был. – Я кивнул. – Ну, не по диплому, конечно. Но по практике – да. Меня этому учили. Жёстко. Без соплей. Долго. И почти бесплатно.
– Почти? – София изогнула бровь.
– Пришлось кое-что отдать. – ответил я слишком тихо, чтобы они услышали. Или поняли.
Пара секунд тишины, которую я не стал разрывать. Зачем?
– А теперь ты собираешься этой магией, типа, драться? – снова заговорила Маттиа, крутя в пальцах пустой стакан.
– Ну а что мне остаётся? – пожал плечами. – Магия больше не тонкая ткань. Это теперь как нож. Или молоток. Могу — значит, должен.
– А ты можешь, – хмыкнул Франческо, – Это ты наглядно показал. Я думал, ты сдохнешь там на диване, а ты вон что… Слушай, – он вдруг встрепенулся, – А если эта штука, ну, система, инициирует тебя, может, и меня тоже можно?
– Можно. – Я кивнул. – Но только если инициатор согласен. И он должен быть жив. И рядом.
– Значит, найдём одного. – Франческо поставил стакан на стол с твёрдым стуком. – Завтра. С утра. Выйдем и найдём. Я тоже хочу видеть, как эта хрень работает. И, чёрт возьми, хочу иметь шанс выжить, если снова налетит стая этих пожирателей.
– Ты уверен? – спросил я.
– На сто процентов. Если ты был магом до всей этой фигни, то я был охотником. На кабанов. А теперь буду охотником на инициаторов. Если они, конечно, не свиньи с щупальцами.
– Не зарекайся, – буркнул Алессандро. – Тут теперь всё возможно. Завтра проснёмся, а у Софии на лбу третий глаз. Или ты – ящер.
София фыркнула, но не возразила.
– Ладно, – я хлопнул по коленям и встал. – Тогда план есть. Завтра идём на охоту. Берём всё, что есть: ножи, палки, дробовики, ром — и ищем инициатора. Желательно одного. Желательно тупого. Желательно без друзей.
– Надеюсь, у них нет друзей. – вздохнула Маттиа.
– У всех есть друзья. – сказал я. – Вопрос только — сколько, и насколько они мудаки.
Смех пронёсся по кухне, короткий, нервный, но живой. Мы ещё немного посидели. Поговорили ни о чём. Про нормальную еду. Про города. Про то, как София хотела стать флористом, а Франческо – пилотом. Алессандро вообще мечтал жить в Исландии. Я молчал. Моё "до" было слишком… другим, похожим на "сейчас".
Потом разошлись. Без церемоний. Просто встали и ушли, каждый в свою комнату или угол. Спать. До утра. До охоты.
Я остался на кухне. Допил ром прямо из горлышка и уставился в темноту за окном.
- Надо прокачать остальные характеристики.
Я встал и пошел в выделенный мне угол на спальник. Улёгся и стал готовиться к боли. Что у нас там по усилению? Интеллект плюс один, сила, ловкость, выносливость по два в каждый. И шесть в магию...
Ох чувствую ночка будет веселой...
Я закрыл глаза.
Распределение характеристик:
Интеллект +1
Сила +2
Ловкость +2
Выносливость +2
Магия +6
Желаете подтвердить распределение характеристик?
— Да, твою мать, давай уже, — прошептал я в темноту.
И началось.
Первой пришла выносливость. Два очка. Каждое — как по гвоздю в рёбра. Изнутри. Без анестезии. Мышцы задергались. Сердце резко споткнулось, как будто кто-то включил ему режим "гора+бег+курево". Я заскрипел зубами и вцепился в спальник. Лёгкая дрожь. Липкий пот. Как будто организм встал, посмотрел на апгрейд и такой: "Ты, блядь, серьёзно?!"
Следом ввалилась сила.
Не как удар. Как будто на каждую мышцу навесили гирю и дернули вниз. Плечи будто выворачивались. Позвоночник хрустнул. Не от боли — от шока. От перераспределения. Как будто тело перепрошивалось, перенастраивая рычаги. Хрустело всё. Даже пальцы. В висках давило.
Потом ловкость.
О, это вообще был сюр. Словно по костям пустили ток. Нет — ртуть. Скользкую, скользящую в суставах. Я одновременно чувствовал себя балериной и артритным стариком. Всё тело гнулось странно, не по привычке. Суставы хрустели, будто я соревнуюсь с Франкенштейном, кто из нас — новее. Но в теле появилась какая-то… текучесть. Как будто теперь я сгибаюсь туда, где раньше ломался.
Интеллект.
Единичка. А эффект — как будто по голове прошлись тупой монтировкой, а потом вкатили в мозг ледяную иглу. Глаза дернулись. В голове кто-то резко включил радио — сразу на десяти станциях. Мысли нахлынули разом, перекрывая друг друга. Всякие… ненужные. Старые формулы. Цены на газ в Аргентине. Обрывки чужих голосов. Мозг будто рвало на части от перегруза. Я выдохнул резко. Давление схлынуло. Мысли рассосались, но теперь внутри них что-то трещало, как гудящий трансформатор.
И вот — магия.
Шесть очков.
Это была не боль. Это было перерождение.
Меня зажгло изнутри. Прямо. Буквально. Как будто кто-то поджёг кровь. Я застонал, но без звука — голос пропал. Тело выгнулось. Пальцы вцепились в ткань спальника так, что костяшки хрустнули. Мир померк. Осталось только пульсирующее свечение, рвущееся из груди, из глаз, из ногтей.
Система заливала в меня силу — нечеловеческую, неестественную, чужую.
Старая плоть отбивалась, как могла.
А я просто лежал и горел.