Отчаяние. Том 1 (СИ)
Я посмотрел на обвисшую тварь, моргнул, будто пытаясь разглядеть в ней не тушу, а суповой набор, и скривился.
- А вот и ингредиенты...
Я включил фонарик на телефоне и аккуратно сунул его в щель между бетонных плит, устроив себе импровизированный прожектор. Свет пролил жёлтую, липкую правду на тушу твари, что завалилась прямо у входа, перекрыв дыру. Пар из неё валил так, будто внутри варилось борщевое отделение ада.
Сдохла. Не верилось, но всё же… сдохла.
Я поднял взгляд к потолку. Бетон, шершавый, серый. Не идеальный, но…
— Если наточить… — пробормотал я, глядя на тушу. — Если достать ребро… заточить как нож… Система примет? А хрен её знает. Другого выбора всё равно нет.
У меня нет ничего, кроме клинка, кулаков, и ярости, которую можно было мазать на хлеб. Ну и ещё фонарика. Пока не сдох аккумулятор.
Я осмотрел тушу. Огромная. Размером с лошадь. С такими же рёбрами — метр длиной, не меньше. Я с такими не развернусь, может даже и не подниму, даже если подпалю задницу под напором адреналина. Мне надо что-то поменьше. Ближе к груди… где тоньше.
Я шагнул к грудной клетке твари. Мясо уже обмякло. Размякло от тепла, от крови, от боли — как будто сама смерть её отпарила. Я вонзил клинок поглубже, поднатужился, нащупывая рёбра. Вон оно. Узкое, чуть больше моей руки. Пойдёт.
— Давай, родненькое… — прошептал я, и начал вырезать.
Мясо с трудом и чавканьем расползалось под клинком, но резать было тяжело — кожа и мясо твердое, кости плотные, соединения будто сваркой залиты. Я ножом подрезал, освобождал со стороны суставов, пока не осталось одно: выломать.
И тут.
ЧАВК.
С той стороны. Где темно. Где дыру наполовину затыкала туша.
ЧАВК-ЧАВК-ЧАВК.
— Ты бля чё... — прошептал я.
Тварь уже жевали. Её подружки уже начали трапезу.
Тушу начало дёргать.
Рывок.
Глухой скрежет по бетону.
Я схватился за ребро обеими руками и упёрся ногами в потолок.
— НЕ ДАМ! — рявкнул я и потянул изо всех сил.
Скользко. Кровь, слизь, говно. Под ногами сплошное месиво. Я сжал зубы, хрипел, рвался, дёргал. Рёбра хрустели внутри, но не ломались.
— Сука, ну пожалуйста!
Последний рывок.
ХРРРЯК!
И я падаю на спину в бурлящую кровавую жижу. Говно вперемешку с кровью всосалось сквозь одежду в спину. На лицо плюхнулось что-то мокрое — то ли кусок лёгкого, то ли печень.
Тушу вытащили. Погнали дальше. Потроха сыпались сверху, как из херово забитого мешка.
Я попытался встать — как в замедленной съёмке. В ушах стучало. Рёбро сжимал, как последний шанс.
И тут из дыры показалась она. Другая.
— Да СКОЛЬКО ВАС, БЛЯДЬ?!
Морда вынырнула к свету. Блестящие глазищи. Клыки. Тварь дёрнулась, ослепла от фонаря, но всё равно рванула к моему лицу.
Я рявкнул и ударил кинжалом в сторону глотки. Не попал — только оцарапал.
Тварь взвизгнула, мотнула башкой, но не ушла. Я ударил кулаком. Ещё. Она взвизгивала, пыталась отвернуться от света, но при этом всё ещё рвалась к горлу.
— СВЕТ! СВЕТ ЕЙ В ГЛАЗА! СВЕТ! — заорал я, будто это что-то даст.
Ударил снова, в нос. Кинжалом — по морде. По глазу. Ещё раз. Она дёрнулась, завизжала и на этот раз отшатнулась, оставив за собой брызги чёрной слизи.
Опять нырнула обратно в дыру.
Я продолжил прыгать вокруг ее извивающейся как змея башки на длинной шее и колоть, бить.
Руки снова отекли, но я продолжал из последних сил.
Наконец кинжал вошёл в шею, я его дёрнул и вырвал.
Тварь затихла.
Убит Ночной страж. Ранг Е. Уровень 20. Получено опыта: 160
Получен уровень 8
Получено очков характеристик: 2
Опыт: 92/160
- К черту.
Я не думал. Я впился в ребро руками, как бешеный.
Уткнулся в потолок. Схватился двумя руками. И начал точить.
Шкряб.
Шкряб.
ШКРЯБ.
Бетон снимал тонкую белёсую пыль. Плечи ныли. Руки дрожали. Но я точил.
Как бешеный первоклассник, который нашёл палку и решил, что это копьё. Только я — с кровью на лице и шрамом от мира, где даже воздух хочет тебя сожрать.
Глава 9
ШКРЯБ.
ШКРЯБ.
Я точил, как будто этим движением можно было заточить и страх, и бессилие, и боль. Плечи горели. Пальцы скользили, будто кожа на них решила соскочить первой. Пот капал с подбородка, а я всё водил и водил ребром по бетонному потолку, снимая с него пыль, куски, слои… как с собственной души.
Сзади тушу продолжали дёргать. Я слышал это: чавканье, хруст, тошнотворное хлюпанье — как будто кто-то за стенкой ел суп из костей и дизеля.
Но я точил.
Рывок. Ещё один.
Тушу почти вытянули. Шея ее уже болталась в воздухе, как у нелепой куклы.
И в этот момент — последний штрих.
Ребро дрогнуло в руках. Пошло чуть наперекос — будто само выбрало, каким хочет быть. По поверхности прошёл зелёный дымок, еле уловимый, как пар в банке с кислотой.
Создано оружие. Ранг E.
Убогий клинок из ребра ночного стража.
Эффект: парализация цели на 0.35 секунды при нанесении урона.
Я выдохнул, утер пот со лба. Размазал по себе говно, слизь и кровь. Превратился в нечто среднее между средневековым мясником и мертвецом в боевой раскраске. Чисто мода сезона "апокалипсис-осень".
— Ну давай. Залезай, сука, — прохрипел я, не отводя взгляда от дыры.
И она залезла.
Очередная. Видимо, на закусь. Морда, челюсть. Челюсть! Я дёрнулся вперёд, вонзая новый клинок ей в пасть. Прямо между клыков. Клинок прошёл сочно. Мягко. Как сквозь парное мясо.
Тварь застыла на доли секунд, этого хватило, чтобы выдернуть ребро обратно, а потом она взвыла.
— Ага! — крикнул я. — Нравится? Получай добавку!
Второй рукой я полоснул её по глазу старым кинжалом. Металл стукнулся о кость, едва не выскользнул из пальцев.
Тварь дёрнулась назад, но я уже прыгнул на неё всем весом. Зацепила зубами за левое плечо. Но мне похрен.
Один клинок ей в плечо, второй в горло. Ребро пронзило плоть, будто она и не была бронёй.
И она затормозила.
Не дёрнулась. Не укусила.
На долю секунды — тишина. Пауза. Как в музыке перед грохотом.
— Работает, сука! — рявкнул я и ударил снова.
Резал. Колол. И она наконец захрипела, застукала крыльями с той стороны, и завалилась обратно вниз.
Убит Ночной страж. Ранг Е. Уровень 20. Получено опыта: 160
Получен уровень 9
Получено очков характеристик: 2
Опыт: 92/180
Я остался стоять. С ребром в руке и тяжело дыша.
И впервые за всё это время — с надеждой на выживание.
Сначала дыра просто дышала. Распухала в темноте, как нарыв. Её рваные края стали двигаться — нет, не от ветра, не от давления — сами. Изнутри.
Треск.
Кусок бетона, выдранный как зуб. Медленный, уверенный звук: бетон царапает бетон. И щель становится шире. Чуть-чуть. Почти незаметно.
Чавк.
Убитую тварь дернули снова. Шея уже наружу, плечи вытащили.
С той стороны их грызли. Грызли с фанатичной яростью. С утробным наслаждением. Как псы на бойне.
Я слышал, как они хрустят. Не просто едят — рвут. Перетирают плоть в кашу. Кто-то чавкал зубами, кто-то тянул когтями. Они работали слаженно. Без слов. Без разума. Как голод.
Я стоял перед дырой, с ребром в одной руке и старым кинжалом в другой. Бетон хрустнул снова, ещё кусок рухнул вниз. Пыль взвилась в воздух, забилась в горло. Я закашлялся, сплюнул что-то густое и красное.
И тогда она полезла.
Очередная. Без предупреждений. Просто голова в кадре. Словно кто-то резко перелистнул страницу, и она уже тут. Пасть распахнута, клыки — как гвозди из гнили, глаза светятся внутренним голодом.
Я вонзил ребро ей в щеку.
СКВОЗЬ.
Мясо не выдержало. Плоть пошла волной, как желе. Тварь застыла, но не отступила — я выдернул клинок и она меня сразу цапнула, порвала мне рукав и почти кожу. Я отпрыгнул и ударился об стену, отшвырнул её ударом ноги, полоснул снова. Кровь хлынула, горячая и мерзкая. Воткнул ребро в шею и выдернул.