Развод и три босса (СИ)
Ох, и зверюга же этот электрик с красивым именем Илья! Он и сам… Красавчик…
Такое со мной делал, такое ужасное, жуткое, пошлое… М-м-м… Дайте два…
Но потом… Как-нибудь.
Сейчас мне не до этого.
Сегодня у меня назначено собеседование.
Фирма — отличная, крупный региональный холдинг, монополист.
Владельцы решились на экспансию нашего региона, открывают здесь один из центральных офисов.
Не какая-нибудь дочка с десятком точек, а настоящий крупный перевалочный центр, значит, будут дальше осваивать просторы.
Как я вовремя, прямо под открытие. Это судьба, не иначе. После провалов в столице я немного растерялась… Проклятый Лисовский, сволочь, умеет выбить почву из-под ног!
Но эти товарищи — не москвичи, чему я очень рада.
Может быть, хоть они не знакомы с бывшим мужем, дико отравляющим мне жизнь после развода.
— Как там твой Лисовский?
Во-о-от… Помяни черта…
Мирка не в курсе пока что всех перипетий в моей личной жизни, мы не встречались еще с приезда, а по телефону я такие вещи не люблю рассказывать. Так что она знает, что мы с Лисовским разъехались, но не более.
— Да никак, не вспоминай, — вздыхаю я, поправляя волосы.
Новый цвет, новая жизнь…
Была блондинка, стала шатенка, вернулась к своему природному цвету…
И правильно сделала. Смотрю на себя, и словно не было этих лет в столице…
Словно с чистого листа все.
И я — все та же девчонка, активная, целеустремленная, все невзгоды по плечу, все решаемо!
Всегда была сильной, такой и останусь! И пусть он к черту идет, кусок говна!
Мира все говорит и говорит… Чувствуется, что очень соскучилась, да и я по ней дико скучала в Москве.
Она интересный собеседник. Когда человек прикован к коляске и вынужден жить на высоком пятом этаже дома, невольно станешь общительной.
— Мир, а вас куда расселяют? — прерываю я ее, — вам бы, конечно, первый этаж с бабушкой.
— Я не хочу ехать на окраину города… В центре так здорово, — грустнеет она.
— Ну…— их в любом случае поселят на окраину города в новый район, и надо её как-то заранее поддержать, настроить на нужный лад, — там дома для колясочников приспособлены, отличную больницу строят, лес, парки, дорожки ровные. Я всегда смогу приехать, или ты ко мне. И не надо по ступенькам скакать на коляске…
— Так ты не сказала, что насчёт развода, — Мире не нравится перемена темы, и она настойчиво возвращается к прежней.
— Мир, не спрашивай, — я отворачиваюсь от зеркала и оглядываю комнату.
Опять посещает ощущение дежавю, потому что здесь все осталось таким же, как и прежде, еще в те времена, когда я школьницей тут жила, с папой и мамой.
Хорошо, что не продала жилье, хоть гад Лисовский и уговаривал, аргументируя тем, что лишние хлопоты мне, ненужные…
Что меня удержало в итоге, непонятно. Наверно, инстинкт самосохранения, диктующий, что надо за спиной хоть что-то свое оставить…
Вот я и оставила. Квартиру, в которую приехала за двенадцать лет один раз, на похороны родителей.
Какая же я дурочка! Карьера, муж… А самое ценное – людей, которые меня любили по-настоящему, я упустила. Даже не попрощавшись с ними.
— У меня никакой жизни, Эм! Хоть на вашу посмотреть, — Мирка горько смеется.
— Мир… Ну какая такая жизнь? — вздыхаю я, — все стандартно… По сути, в том, что произошло, есть и моя вина… Я была успешна в своей профессии, получила высшее образование, устроилась на работу к нему и влюбилась. Сама, никто не заставлял. И он сделал мне предложение, тоже ведь не из-под палки. И я приняла его, никто не давил же… Он старше на десять лет. А я, ты же знаешь, всегда питала слабость к мужчинам старше себя. Возможно потому, что папа всю жизнь с гастролями по городам колесил, появляясь здесь пару раз в год. Получилось то, что получилось… Я была слепая, я прозрела. И на том спасибо.
— Он… Что сделал?
— Мир, банально все. Роман с секретаршей… Я его, оказывается, все же плохо знала…
— Наверное, вы поторопились со свадьбой,— аккуратно комментирует Мирочка.
— Наверное, — соглашаюсь я. — Мне польстило, что такой классный мужчина сделал мне предложение. Обратил на меня внимание. Но, честно, я любила его… А он…
— Богатые мужчины слишком много себе позволяют. — Вздыхает Мира, — если неприятно, тогда не вспоминай…
— Ладно, — усмехаюсь я, — мне тоже надо высказаться.
— В таком случае, я тебе скажу что я думаю по этому поводу: не все богатые мужчины подонки. Подонком может оказаться и не богатый мужчина, это как бы не зависит от наличия денег. Вон, с нашей одноклассницей Мусей Петровой что случилось! Одна с тремя детьми на улице. Ужасно!
— Ты права, — киваю я, подхожу к своему старому шкафу, раскрываю скрипучие створки. А там — новые костюмчики, привезенные из столицы. В моём родном городе даже магазинов с такими ценами нет, сколько было отдано за эти брендовые шмотки.
— А вообще, какие планы? — интересуется Мира.
— Я сегодня иду на собеседование. Меня точно возьмут на работу с таким-то опытом. Я же не только у Лисовского поработать успела, ещё два престижных места было до него.
— А если спросят про причины, по которым ты из столицы, с такого места хорошего ушла?
— Мира! — обрываю я подругу, как всегда, умеющую зрить в корень.
— Всё, я поняла! Я тебя поддерживаю. Вряд ли к ним еще придёт женщина с опытом работы в Москве. Лишь бы они не подумали, что ты какой-нибудь шпион. Ну знаешь, бывает такой промышленный шпионаж, — быстро тараторит она в трубку, понимая, что заболталась, — плохо поддержала? Да? Эмик, испортила настроение? Я не хотела…. Прости-прости! У тебя всё получится! Я теперь буду переживать! Бабушка, вон, кричит, что я должна за тебя помолиться.
— Вот иди и молись, — строго отвечаю я. — Позвоню потом.
Обрываю звонок.
Да уж, ещё та поддержка, хоть опять к психологу записывайся.
Но Мирочку понять можно, она в жизни вообще ничего не видела, кроме бесконечных больниц и массы сериалов, где все совершенно не такое, как в реале.
Так, все, плохие мысли в сторону!
Настрой только на позитив!
Смотрю в шкаф.
Ну, что же: осени ещё нет, тогда бежевый лук подойдёт. Широкие брюки и приталенный пиджак.
А в целом, хорошо, что у меня есть сбережения, своё жильё, сейчас осталось только найти работу. Не для того, чтобы заработать себе на хлеб. Если экономить, я ближайшие два года могу заняться только йогой, уйти в нирвану и отдохнуть, в конце концов. Но для меня отдых — это именно хорошая загруженность на работе. А сейчас — так вообще… Переключиться, нервы успокоить…
Беру сумочку, смотрю в зеркало на себя, улыбаюсь, поправляю волосы, старательней прикрывая темные пятна от засосов. Последний штрих – дорогие духи на запястье.
Вдыхаю их аромат.
В теле тянет от удовольствия, прикрываю глаза и почему-то вспоминаю, как скользят по моей спине его грубые пальцы: сильные и жёсткие. Ладони касаются кожи, и я трепещу. Не хочу остаться в стороне, ласкаю его, прижимаю сильнее, тяну на себя. Хочется, чтоб потерся своей щетиной о возбужденные соски, прикусил даже, до легкой, сладкой боли…
Слышу: он хрипло стонет от блаженства, как я сейчас от запаха этих духов.
Это, конечно, нервное – переспать с первым встречным. И никуда не годится, на самом деле…
И вообще не моё. Но случается, видимо, в жизни разное…
Я выхожу в коридор, закрываю квартиру.
Улыбась победно.
У меня впервые за месяц был секс, причем, абсолютно шикарный. Стоило приехать в родной город, и тут же улыбнулась удача.
Значит, всё теперь будет совершенно по-другому.
Глава 3. Собеседование и сексуальный террор
Глава 3. Собеседование и сексуальный террор
На собеседование ехать пришлось ближе к промзоне.
Я немного напрягаюсь, еще раз внимательно перечитывая указанный в приглашении адрес, пока еду в такси.