Развод и три босса (СИ)
Илья только смеялся в ответ тихо, хрипло, и от его смеха по коже волнами расходились сладкие мурашки.
И меньше всего на свете мне хотелось в этот момент, чтоб он послушался.
И отпустил.
А он, как-то очень тонко чувствуя меня, все правильно понял. И не послушался. Не отпустил.
Наоборот, через пять минут таких сладких обжиманий и скольжения твердых губ по коже шеи, у виска и за ушами, его руки снова обрели настойчивость, а тело — каменную твердость.
А я и не успела толком среагировать на изменение тональности нашего общения, удалось лишь слабо пискнуть и взволнованно вдохнуть, когда он развернул меня, аккуратно, мягко-мягко, словно в танце, в красивом, нежном вальсе, и на контрасте, жестко прижал грудью к столу…
Я судорожно ухватилась за кромку столешницы, машинально прогибая поясницу и принимая первый, мягкий, скользящий удар его тела…
Бессмысленно уставилась на стену перед собой, сладко выдыхая на каждый толчок, задевающий внутри что-то настолько чувствительное, что снова хотелось выть и плакать. От удовольствия.
И я даже попробовала это делать, не выдержав испытания, но тяжеленный, словно шкаф, Илья тут же навалился на меня всей своей массой, грубая ладонь опять запечатала жестко губы, а в ухе завибрировал возбужденный хрип:
— Тихо… Тихо, Эмману-э-э-эль… Не кричи-и-и… Потом кайфанем, потом… По полной… Вот так, моя девочка… Вот так, так, так, так…
Я вздрагивала на каждое его слово, словно пугливая кошка, послушная голосу дрессировщика, и закатывала глаза, уже ничего не соображая и не слыша ничего, кроме его хриплого шепота, пошлых, таких волнующих звуков соединения наших тел, усиливающегося скрипа стола…
В какой момент он поднял меня с него? В какой момент прижал к себе спиной, спеленав руками, словно толстенными канатами и неистово насаживая на себя?
Не знаю, не помню совершенно.
И в какой момент меня накрыло невероятнейшим, острейшим наслаждением, тоже не помню.
Только шепот, только руки, только звезды перед глазами.
И губы его, обжигающие шею жадными поцелуями…
Потом Илья долго приводил в порядок мою расхристанную одежду, расправляя юбку по бедрам и стягивая с ног не выдержавшие испытаний чулки с поехавшими по всей длине стрелками.
Я же, оглушенная двумя невероятнейшими, самыми сильными оргазмами в своей жизни, просто послушно вертелась в его лапах, с удивлением оглядываясь на дрова, которые совсем недавно были довольно крепким столом.
Надо же…
Когда развалился-то?
И как я этого не заметила?
И как я вообще хоть что-то смогу сейчас соображать?
Как мне доработать-то остаток дня?
Состояние было настолько расхристанным, размолотым в щепки буквально, что я даже не поняла, как простилась с Ильей, как пообещала ему, что дождусь после работы на остановке.
И как оказалась на своем этаже, мечтая только добраться до кабинета, закрыться там и выдохнуть, наконец, выпить кофе и хоть как-то прийти в себя.
Но, к сожалению, в коридоре я умудрилась опять нарваться на Кристину, тут же принявшуюся настойчиво звать меня к себе.
И в этот раз мои кисельные мозги не сумели придумать ни одной отмазки.
И вот теперь я сижу, тупо рассматривая непонятный психологический тест, и думаю о том, что внезапно наладившаяся личная жизнь как-то сильно влияет на остальные сферы моей деятельности…
Не лучшим образом.
Взять, например, этот тест…
Я его не знаю, а значит, социально ожидаемые ответы придумать не смогу…
Если ты понимаешь, как работает тест, то сможешь его обойти. Да что там! И полиграф можно обойти, если знать, как!
А вот, если не знаешь… Ох…
А кабинет у Кристины намного лучше, чем мой. Не потому ли , что на неё босс запал?..
Так, стоп, Эмми! Прекратить мещанские мысли!
Начнем с того, что этот кабинет использует не только Кристина.
Она вообще здесь проводит два дня в неделю, зачем ей свой кабинет при такой загруженности?
Похоже, это специальное пространство для проведения собраний, встреч, очень презентабельного вида, с массивным столом посередине и отдельным небольшим столиком у окна, снабженным всеми необходимыми девайсами для подключения ноутбука. Пожалуй, и я смогу договориться с менеджером по хозяйству, или с Людмилой, в зависимости от того, кто отвечает за распределение жизненного пространства сотрудников в пределах офиса, и собеседовать здесь людей, все же, мой кабинет вообще под эти цели не подходит…
Но это я так, на будущее… Ведь у меня есть будущее, в конце концов!
Хотя, судя по шквалу смс, Лисовский решил меня добить. Так, что я упаду и не встану.
Но вот фиг ему!
Встану!
Глава 15. Неожиданный посетитель
Глава 15. Неожиданный посетитель
— Немного внимания, — неожиданно раздается голос Кристины, и я прихожу в себя, со стыдом понимая, что в очередной раз увлеклась своими мыслями и позабыла, где нахожусь.
Такого со мной никогда не было… До недавнего времени…
Лисовский, скот, пошатнул-таки мою психику!
— Вы волнуетесь, Эммануэль, — спокойно, очень доброжелательно замечает психолог. И это ни разу не вопрос.
Черт!
Я моментально включаю немного растерянную очаровашку.
Обычно это на мужиков работает, но кто сказал, что женщины такому не подвластны?
Стерв холодных, жестких профессионалов в женских коллективах не любят, а вот чуть-чуть сконфуженных и, главное, не стесняющихся в этом признаться, девушек, вполне воспринимают. А некоторые еще и материнский инстинкт сразу начинают задействовать.
— Это испытательный срок, — скромно отвечаю я. — Здесь очень важно, как я буду всё проходить… Я понимаю, что в каждой компании свои правила, а Игорь Игоревич отдельно подчеркнул, что прохождение психолога крайне приветствуется…
— Это действительно так, — по-доброму улыбается Кристина, и я вижу, что доброта эта не наиграна. Похоже, она по-настоящему отрытый и позитивный человек.
Это вызывает ответную улыбку, и атмосфера в кабинете значительно теплеет.
Все же, приятно работать и общаться с профессионалом.
Кристина явно умеет применять свои навыки в обычной жизни. Разговаривать легко с ней.
Моя Мирочка потяжелее будет, просто потому, что может чего-нибудь учудить совершенно нетактично, ляпнуть и потом расстраиваться, что напрягла. А Кристина в словах куда как осторожней.
Странно, что я их сравниваю, кстати...
— Не стоит так волноваться, вы — незаменимый кадр. Это я говорю вам по секрету… — хитро улыбается она.
Ого! Это кто с ней поделился своими первыми впечатлениями о новом сотруднике? Уж не ИИ ли?
И какого черта я опять подозреваю босса в неровном дыхании к психологу?
Странность тоже. Колесникова, вот, вообще не подозреваю, а ИИ постоянно…
Задумавшись над этим вопросом, опять забываю про тест.
И Кристина не напоминает, кстати.
Сидит, смотрит на меня, а затем тихо начинает:
— Эммануэль, насчёт корпоратива…
Но насчет корпоратива мы пообщаться не успеваем, хотя мне ее порадовать тут определенно нечем. Я еще в глаза не видела спущенных от ИИ директив о составе сотрудников и выделенной сумме, не думала над программой, меню и прочим.
Занята потому что была.
Сильно.
Неожиданный поток тёплого воздуха заставляет нас Кристиной оглянуться на приоткрытое окно. Кондиционеры в здании работают исправно, но видно, наш психолог любит свежий воздух. Хотя в этом районе только свежие выхлопные газы можно запустить. Промзона же.
Кабинет, в котором мы находимся, на втором этаже, так что, кроме свежего воздуха, никто проникнуть не может…
Или может?
Явно может!
Мы медленно с Кристиной открываем рты, также медленно поднимаемся на ноги, не отводя изумленных взглядов от окна.
Скользя кроссовками по дождевому отливу, к нам залезает молодой пацан, годков так двадцати, хотя может, и меньше, я не уверена, просто уж больно высокий и крепкий. Голова бритая, джинсы, чёрная футболка со смайликом, который щурит один глаз и показывает язык. Жилистыми руками парень цепляется за раму, ловко запрыгивает в кабинет и садится на подоконнике, закинув щиколотку одной ноги на колено другой.