Он. Она. Другая (СИ)

-Хорошего дня, Сабина. И все-таки подумай над моим предложением.
-Хорошего…дня, - ошарашенно повторяю и резко разворачиваюсь ко входу, но тут же врезаюсь в жесткий взгляд шефа. Я уже недавно видела такой же, когда он смотрел на меня со второго этажа. Все же неудобно работать в подчинении у человека, который видел меня в момент, когда я рассыпалась на кусочки.
Нариман стоит рядом со своей машиной и крепко сжимает рукоять большого черного зонта. Между нами снова стена из дождя, а я вижу, как он недовольно хмурит брови, и как желваки скользят под смуглой кожей. Он весь напрягся, будто ярость свою сдерживает.
-Нариман Абдуллаевич, - говорю первая.
-Сабина, - легонько кивает.
Секунда…две…три. Капли барабанят по куполам наших зонтов, заглушая остальные звуки. Или просто я перестала их слышать.
-Извините, это не то, о чем вы подумали.
-Я ни о чем не подумал, - выражение лица у него какое-то непробиваемое. Хотя я знаю: он умеет улыбаться. Но какая большая разница между нашей первой встречей в центре и этой - неловкой, странной, натянутой, как тонкая струна. - Личная жизнь сотрудников - их личное дело.
-Нет-нет. Там…ничего личного.
-Вы не должны оправдываться, Сабина, - кажется, он смягчился, но я чувствую - что-то не так. -И давайте уже зайдем. Не хочу, чтобы вы простудились. Дождь сильный.
Нариман поворачивается боком, пропуская вперед. Прохожу мимо него, боковым зрением вижу, что провожает меня взглядом, а затем идет следом. Вскоре равняемся, но молчим. Не хочу, чтобы он считал меня легкомысленной, ветреной и еще Бог весть какой. Только…почему мне вдруг не все равно, что он обо мне подумает?
Прозрачные двери разъезжаются, и Нариман ждет, пока я зайду. Но в итоге приходится пропускать еще троих сотрудниц, которые подошли ко входу вместе с нами. Не знаю, заметили ли они, что мы практически шли бок о бок. Сплетни мне ни к чему. Тем более, я уже неосторожно выдала в своем отделе, что знаю Наримана.
–Здравствуйте!
-Ой спасибо!
-Доброе утро! Как приятно! - верещат коллеги. Одна из бухгалтерии, но замужем. Две - из Департамента маркетинга. Я вообще заметила, что прежний директор собрал здесь какой-то цветник. Если в продажах, логистике и техническом отделе работают одни мужчины, то в других отделах - сплошь красивые женщины, словно их в модельном агентстве подбирали.
-Доброе утро, - отвечает всем Нариман и собирает свой зонт-трость, как делают это остальные.
-О, Нариман, можно на пару слов? - подошедший директор техотдела пожимает руку шефу и начинает что-то рассказывать про новое оборудование для ТО.
Я иду вперед, к лестнице, но пройдя несколько шагов не могу удержаться и все-таки оборачиваюсь через плечо. Он внимательно слушает подчиненного, который стоит ко мне спиной. Интересно, заметил ли он, что я оглянулась посмотреть?
***
Как я и предполагала, после обеда распогодилось. Ветер прогнал тучи с неба, открыв бледно-голубое полотно и выпустив из своих тисков яркое солнце. Мы приоткрыли два окна, чтобы впустить в наш большой кабинет свежий воздух. Кажется, даже работать стало легче.
На рабочем столе звонит мобильный. Бросаю беглый взгляд на дисплей - Ирада. Она забирает Нафису из сада в пять, но сейчас только четыре. Отвечаю на вызов и сестренка сходу тараторит:
-Прости-прости меня, Саба. Я не могу забрать сегодня Нафиску из сада. Клиент хочет снять видео еще в одной локации. По времени зашивон!
-Да ну что ты! Не извиняйся. Работай, - потираю лоб рукой, пытаясь сориентироваться и что-нибудь придумать.
-А бабулька ее? - сестра вспоминает про мою бывшую свекровь.
-Она болеет, - вздыхаю обреченно.
-Блииин.
-Не парься, я сама ее заберу.
-А работа?
-Что-нибудь придумаю.
Думать как раз-таки времени нет, поэтому иду в Айман Омаровне все ей объясняю, что вернусь и все доделаю. Предполагаю даже, что придется остаться сверхурочно. Главбух входит в положение и разрешает привести Нафису в офис, раз уж не с кем ее оставить.
На все про все у меня уходит полтора часа и это удача, потому что после четырех в городе начинаются страшные пробки. Но видимо после сегодняшнего утреннего конфуза, удача теперь на моей стороне. В такси объясняю Нафисе, что мы едем ко мне на работу, где надо вести себя тихо.
  
-Это потому что у тебя страшный начальник? - почему-то интересуется малышка.
-С чего ты взяла? - посмеялась я.
-Ты еще утром сказала, что он строгий, значит ругается. А если ругается, то страшный.
Интересное умозаключение в четыре года.
-Я тоже ругаюсь. Значит, я страшная?
-Нееет, ты красивая, - дочка обнимает меня за талию и прижимается к руке. - Но - ты мама, ты хорошая. А дядю начальника я не знаю.
-Так и он тоже хороший. Взял маму на работу.
-Аааа, ну тогда ладно, - заумно тянет она, будто многое понимает.
Нафиса меня не подводит. Садится рядом на мягкий стул и просит мой телефон, в котором у меня есть несколько развивающих игр. Вставив беспроводные наушники смирно сидит и пальчиком водит по монитору. За окном постепенно темнеет, а наш кабинет пустеет. Рабочий день в бухгалтерии до шести. Я же наверстываю упущенное время и краем глаза поглядываю на дочь, которая в отсутствие незнакомцев кружится вокруг своей оси и изображает из себя маленькую балерину.
-Мам, а мы когда домой? - спрашивает уставший ребенок.
-Чуть-чуть осталось, зайка. Потерпи, пожалуйста.
-Маам, я кушать хочу. Давай опять в столовую сходим?
-Она уже закрыта, Нафиска.
-Ммм, - расстраивается малышка, а я чувствую себя горе-мамашей при этом.
-Давай сделаем так, - отъезжаю назад на своем кресле и встаю. - Садись за стол, только ничего не трогай и не нажимай.
-Ураа,- радуется дочка и взбирается на мамино место. - А что мне делать? - деловито сложив руки на столе спрашивает кнопка.
-Вот тебе бумага, маркеры, карандаш. Можешь порисовать.
-Круууто.
-Я сбегаю вниз, у нас там аппарат с вкусняшками. Возьму тебе сок и печенье.
-И шоколадку.
-Нет, без шоколадки.
-Ну мааам, - дуется она.
-Никуда не выходи из кабинета, - предупреждаю ее, размахивая указательным пальцем. - Здание большое, можно потеряться и не найтись.
-Я буду рисовать, - Нафиса открывает крышку салатового маркера и рисует круг в углу листа.
-Вот молодец.
Быстро иду вниз, крепко сжимая в руках кошелек, будто его кто-то украдет. У автомата ищу нужную пачку печений, вставляю в проем монеты и нажимаю на кнопку. Товар выкатывается вперед, но не падает вниз, а застревает. Черт! Опять это происходит. В прошлый раз коллега из отдела логистики проходил мимо и помог вытащить мне “Сникерс”. Просто ударил по нему своей огромной ладонью и вуаля. Потом правда спросил из какого отдела и предложил проводить. Но я отделалась коротким “спасибо, до свидания”.
Теперь же приходится выкручиваться самой и снова потратить деньги на те же печеньки. На этот раз у меня получается и в нижний отсек падают прямо две пачки. Покупаю следом сок и спешу назад.
Центр работает до восьми и я вижу, что многие уже собираются уходить. Как назло, пока стояла у аппарата мне приспичило, поэтому перед возвращением в кабинет забегаю еще и в туалет на первом этаже, а уже оттуда с чистой совестью поднимаюсь на второй, иду по коридору, но в двух шагах от бухгалтерии останавливаюсь и замираю.
Из кабинета доносится голос дочери и…шефа? Прислушиваюсь и понимаю, что это действительно он. Прислоняюсь к стене у двери и подглядываю за ними. Вижу, как малышка увлеченно что-то рисует, а напротив нее сидит мой тот самый строгий начальник. Или лучше сказать, мужчина, рядом с которым я сейчас и двух слов связать не могу.
-Ну как, Нафиса? Хорошо я получаюсь? - спрашивает Нариман.
-Подожди, не торопи меня! - строго наказывает дочка. - А то получишься страшным и некрасивым.
-Хорошо-хорошо. Ты сейчас главная, - с улыбкой в голосе говорит мужчина.