Рабство Кольца (СИ)
Серый резко обернулся, с рыком отбросил Блонди вместе с дубинкой:
— Ты когда успел?! — его зрачки прожгли меня злостью.
— Ржать надо меньше, — просипел я, пытаясь встать.
Багира успела вломить и нашей Биби, но тоже выпрямилась, с ужасом глядя на центр поля. А потом стрелой понеслась вбок, к кустам.
— Давай, Багира-а-а! — Серый сам чесал изо всех сил к форту.
— Ще-евы-ый! — протягивал руку вслед беззубый Хищник.
Мангольер задумчиво огибал форт… Вот, ещё чуть-чуть. Он прокатился мимо бокового входа…
И оттуда щучкой вылетел Бобр, смачно прямо сверху рубая своим «оглушением». Апельсин, кажется, аж сплющило от такого обращения, он отскочил два раза от земли, и застыл, дрожа от действия скилла.
— Десять очков группе Гончара за удар, — с воодушевлением провозгласил диктор.
— Сволочь, стой!!! — в голосе Серого сквозила паника.
— Эй, толстый, — вставая после удара, ощерился Бобр, — Ту-ду-ду-ду!
А потом, как заправский футболист, с короткой пробежки лупанул ногой по зубастику, как по мячу…
— Десять очков группе Гончара за удар.
***
— Толян, ну, ещё раз скажи? — Бобр всё не унимался.
— Деревня, лучше отстань, — Лекарь уже просто отмахивался.
— Герыч, ну ты скажи?
— Боря, в десятый раз?
— В пятнадцатый, Георгий, — важно кивнул Толя, — Я начал вести счёт после пятого.
— Не, ты же сказал мне «лежать»? А они чё? Толстый, тушка, хряк, — Бобр стиснул зубы, — А я лежал, Герыч!
— Ну молодец, молодец, Боря, — вздохнул я, — Ты выдержал неимоверное давление!
Здоровяк расплылся в улыбке и откинулся на ствол дерева.
— А батя как был рад, а?! — Бобр завёл руки за голову, стал шуриться, глядя на небо, — Прямо ваще, гордый такой!
Я тоже улыбался.
«Сто пятьдесят очков группе Гончара за гол. Матч окончен, счёт 170-30 в пользу группы Гончара».
Ради этого стоило получить и по рёбрам.
На миг все проблемы будто исчезли, и даже не хотелось куда-то бежать, что-то там расследовать. Папа, мама, вы уж извините пока, но у нас тут, на «нашей стороне», сегодня праздник.
Я тоже лежал на травке, мечтая, чтоб меня вот так с гордостью обнимал отец, как Бобра после матча.
Да что там Бобр. Даже к Толе подошёл его высокомерный братец, поздравил с победой. Истинного признания в его глазах было мало, скорее, лёгкое удивление, что Толян чего-то такого достиг.
«Гера, это было просто круто», — сказал бы мне Чекан, если был бы тут.
Я вздохнул…
Да, первая игра, и пусть выиграли на чистом везении. Бобр, конечно, чуть преувеличивает про свой вклад.
Он же промахнулся мимо ворот, зубастик ушёл левее и воткнулся бы в кусты. Но там уже выскочила Багира, которая со своей фантастической скоростью успела практически до ворот.
Вот только она долбанула по зубастику дубиной, пролетая в красивом прыжке. Долбанула пятым ударом, и, когда Багира шлёпнулась на землю, от её дубинки отскочил уже разъярённый монстр.
Проведи она удар намного чётче, и среагируй сразу прыжком в кусты, то всё бы получилось. Но поди это сделай, когда волнуешься.
Вот и тут она ожидала, что испуганный мангольер унесётся. А нет, тот понёсся прямиком на неё, и Багира непроизвольно рванула назад.
В ворота…
Вывод напрашивался сам собой — удары по зубастику надо считать.
Но выглядело действительно так, будто «хладнокровный плеер, точно предполагая движение разбойницы в кустах, произвёл замечательный удар».
Так вещала статья в газетке Мэджик Гэйм Ньюз, которую нам показал Тегрий Палыч после матча. Пресса в Обществе Игроков работала быстро — едва Тегрий вывел нас из раздевалки, где притихший Серый неожиданно пожал мне руку, как ко мне опять прилепились журналисты:
«Говорят, вы замешаны в инциденте, произошедшем в Сито. Когда вы разрушали кабинет агента Надзора, вы чувствовали удовлетворение? Это ваша месть за отца?»
«Говорят, вы владеете двумя профессиями?»
«Когда ожидать второго пришествия Чекана?»
«Вы уже связались с «властелином той стороны»?»
К счастью, опять появились Гармаш Дворфич и преподы, взявшие на себя удар.
Абсурдность некоторых вопросов меня поражала, даже в нюбской жёлтой прессе я не встречал такого. Тегрий намекнул, что это делается специально, чтобы вызвать у меня хоть какую-то реакцию.
Дворфич на время расследования инцидента в саду, а потом и в Сито, добился, чтобы журналистов пока не пускали в Баттонскилл. Но на время нубобольских игр это правило не распространялось.
«Они освещают ход соревнований», — таков был вердикт Тегрия, — «Гармаш Дворфич хочет с тобой встретиться, чтобы проинструктировать, что можно, а что нельзя говорить».
Вот мы и сидели в саду, ждали нашего ректора Гномозеку. Вроде как ректор пока разбирался с журналистами, с представителями Министерства, и с гостями из других магических академий. Да, его должность подразумевала много встреч.
Биби и Блонди стояли на дорожке, что-то горячо обсуждая. Лана, в белой блузке и короткой юбке, подрагивающей под ветром, нервно выглядывала в саду Дафну Дубыню. Про гель-лак она прекрасно помнила, и упускать случая не хотела.
— Ядрён батон, красота, — сказал Бобр, глядя в сторону девчонок.
Непонятно, что они имел в виду — утопающие в осеннем золоте деревья на фоне синего неба с редкими облачками, нашу сегодняшнюю игру, или порхающую юбку Блонди.
— Щёлкнул бы замочек, а, Герыч? — Бобр мечтательно уставился на Лану, — Ну, для проверки, достанешь ли отсюда?
— Думаю, она нас обоих достанет потом отовсюду, — усмехнулся я.
Бобр одобрительно хмыкнул.
Но, конечно, любой радостный день что-то должно было омрачить.
— Э, Гончар, — прозвучал знакомый голос, напоминающий не о самом приятном.
Со вздохом я поднял глаза: Лютый серым силуэтом возвышался надо мной.
Я сел. Вдалеке у деревьев стояла и группа Лютого. Две девчонки и два парня.
— Чего тебе?
— Красавчики, — Лютый присел на корточки, протянул руку и дёрнул, слишком резко для рукопожатия. При его щуплости и коренастости он был очень крепкий, а ведь я так и не узнал его класс.
От его поздравлений на душе теплей не стало.
— Завтра персиковая церемония, — хмыкнул Лютый, — А послезавтра мы вам задницу надерём. Хотел просто обрадовать.
Я ничего не ответил, а Бобр не преминул вставить свои пять копеек:
— Тут одни надрать хотели, чувак.
— Здесь я с Борисом согласен, — лениво протянул из травы Лекарь.
А Лютый встал и противно улыбнулся.
— Серый вас недооценил, но спасибо ему за разведку, — он стал загибать пальцы, — Рыжую сразу в расход, долговязому по зубам. И всё, тяпка-мэн, у тебя только кошка и танк.
Я поднял глаза:
— Ладно, Лютый, увидим.
Тот, подмигнув, уверенным шагом пошёл к своим. А я поставил себе заметку в ближайшее время выяснить, что у него за команда. И почему вообще так получилось, что мы уже через день играем с ними.
— Ладно, забей, Герыч, — Бобр отмахнулся.
Я только покачал головой, но опять улёгся на траву. Сегодня уже недооценили противника, и вывезли только за счёт везения. Но спасибо Лютому за науку — Биби и Лекаря надо держать в тылу.
— Давай лучше вернёмся к взлому, — Бобр не сводил взгляда с Ланы, — Братан, надо развивать скилл, тренировать его.
Меня насмешила его настойчивость, но тут я заметил другую, давно знакомую мне фигуру. По дорожке, потряхивая чёрными кудрями, бодро шагала Фонза. И, судя по пристальному взгляду, в саду появилась с целью разыскать меня.
Глава 10, в которой мозговой штурм
— Привет, Гера. Поздравляю с победой, — улыбнулась Фонза, присев рядом.
Я махнул рукой, кивнул в благодарность. Судя по начатой теме, Женя ещё не была в курсе насчёт моего нового класса.
— У меня для тебя две новости, — сразу заявила кудрявая.
— Хорошая и плохая? — усмехнулся я.
— Да нет, — она пожала плечами, — Просто две.