Рабство Кольца (СИ)

  
Александр Изотов
 
Баттонскилл 3: Рабство Кольца
   
Глава 1, в которой чёрная молния
 
Дверь открыли, и внутрь вошёл тот бугай, которого Оркос послал перед этим найти свободную портальную площадку.
— Есть портал, босс-батыр, — изменённый орк радостно закивал.
— Идиоты, — со вздохом сказал Менэтиль, потом повернулся к нам, — Вы поговорили?
Вайт стиснул зубы, хмуро разглядывая меня. Гном был очень похож на нашего Дворфича, и от этого ситуация была ещё неприятнее.
— А твой папаня ведь потом обо всём догадался, уж очень умён был, — он постучал по лбу кулаком, а потом поморщился, — Вот только кто такой Чекан был? Вчерашний студент? А у нас в Министерстве связи, в отделах.
— Вайт, — проворчал Оркос, и постучал по запястью, — Время.
— Чека-а-ан. Этот выскочка со своей жёнушкой Гончей, — гном аж затрясся, — Они и во второй раз нам помешали, только уже не случайно. Семнадцать лет назад мы почти открыли проходы во всех Великих Прорывах…
— Вайт, — Оркос сокрушённо потёр лоб, — Зачем ты с ними говоришь, они не поймут.
— Погоди, Менэтиль! — Гендель снова повернулся ко мне, — А здесь, под Батоном, нам почти удалось, владыка даже стал выходить. Вот только Чекан, чтоб его…
Гном вдруг зарычал, словно от бессилия, и посмотрел на свои руки. Тут Оркос подошёл, положил ему руку на плечо:
— Друг, скоро проблема будет решена, и его сердце снова забьётся.
— Сердце?! — вырвалось у меня, — Чьё сердце?
— Властелина с той стороны, — спокойно ответил Менэтиль, — Видишь ли, твой отец не терял времени даром.
— Обычный бард… он посмел ударить владыку… Песней Небытия, — Вайт растерянно смотрел на свои руки.
Я замотал головой, глядя то на одного, то на другого. Про ноты-то, которые Чекан собирал, я совсем забыл!
Песнь Небытия… Как там сказала тётя Надя? Услышишь, и тебя уже небудет?
Получается, мой отец остановил приход того властелина, сыграв ему эту самую песню?
— Боюсь, мой друг, он уже тогда был необычным, — горько усмехнулся Оркос.
— Боссы-батыры… кха… то есть, босс, — бугаи переглядывались, — Надо бы идти.
Оркос кивнул, и один из орков двинулся ко мне. Я сдаваться просто так не собирался, и замахнулся теслом. Бугай расхохотался, и даже подставил ладонь:
— Ну-ка, тяпка-батыр.
Вайт не преминул вставить:
— Тегрий обмолвился, что тебя прозвали тяпка-мэном?
Другие бугаи рассмеялись, и Оркос тоже не выдержал, заулыбался.
— Незавидная судьба у сына великого отца, будь он трижды проклят, — без тени улыбки сказал Вайт.
Я, понимая, что это бесполезно, всё же ударил по ладони. Прямо остриём кельта в растопыренную лапищу. Рука орка чуть дёрнулась, на коже проступила ссадина, но не более того.
— Кровь Чекана, — заржал орк, — Тяпка-батыр оставил мне смертельную рану.
Остальные подхватили, заливаясь хохотом, а Боря прошептал мне:
— Валим шкаф.
Пришло время действовать, и мы отскочили за полку, упёрлись.
— Нубы вы Батонские, — Вайт затряс кулаками, — Мой кабинет!
Надо сказать, у орка реакция была что надо. Мы даже не успели наклонить полку, как бугай упёрся в неё ладонью и снова прижал к стене.
— А ну, не балуйте, — сказал он, но тут же ему на лоб сверзился горшок с цветком.
Сыплющаяся по лицу орка земля что-то во мне перемкнула, и я даже не понял, когда моё тесло воткнулось ему в лоб.
Что это был за удар. Раздался хруст, и бедного бугая снесло прямо на одного из собратьев. Те оба упали на пол, и в кабинете воцарилась тишина.
Я отступил назад, держа наготове кельт. Бобр похлопал меня по плечу, ободряюще кивая, но я и сам видел, что лица у всех моих согруппников были бледными.
Менэтиль и Вайт, округлив глаза, смотрели на распластанные тела. Но вот бугай, придавленный напарником, заворочался.
— А ну, орк-батыр, дай встать, — рыкнул он на своего собрата.
Тот не отвечал, и грязно-кровавое месиво на его лице явно было несовместимо с жизнью. Да ещё через миг над трупом появилась субстанция опыта, которую можно было бы собрать в бутылёк
 
— Но… но… — Вайт чуть попятился, — Тут же щит!
Оркос Менэтиль щёлкнул пальцами, будто что-то направляя в меня, а потом растерянно посмотрел на свои руки:
— И он до сих пор работает.
— Горшок, братва! — Бобр вдруг подскочил к полке, подхватил оставшийся там цветок.
— А-А-А!!! — с разъярённым криком ещё один из бугаёв бросился в нашу сторону.
Боря метнул свой снаряд, но орк небрежно расколол горшок кулаком. Дождь из земли по инерции окатил орка, тот на миг зажмурился, а я прыгнул вперёд.
И я почти достал его — тесло сигануло по руке, брызнула зелёная кровь, но бугай вывернулся. Другая его рука хлопнула по моему запястью, с хрустом сжала, а потом подхватила выпавшее тесло.
Отскочив, раненный орк стал рассматривать моё оружие, даже попробовал лезвие на вкус.
— Просто тяпка, босс.
— Твою же… щебень-гребень! — Вайт, всё ещё не веря, смотрел на труп орка у ног, — Это не просто тяпка, это кельт. Оружие северных…
— Воистину, — Менэтиль прищурился, потом махнул остальным, показывая на меня и моих друзей, — Этого живым, остальных в утиль. Но без шума чтобы.
Отступая дальше за стол Вайта, мы принялись лихорадочно рыться в кошельках. Биби стреляла из рогатки камнями, но без силы земли её выстрелы только злили орков.
Раненый, помахивая моим теслом, так вообще ловил каменные снаряды зубами, демонстративно разгрызая и выплёвывая.
Боря с Ланой в коем-то веке достали свои нубские дубинки, а Лекарь всё сжимал погнутый бубен. Я тоже пытался нащупать в кошеле дубинку Чернецова, но вдруг под пальцем проскочило что-то мелкое… Семечка дриады!
Я сразу же вытащил семечку и сунул Биби:
— Попади в рот, — прошипел я.
Сообразительная рыжая мигом зарядила и послала семя выпендрёжнику, ловящему снаряды зубами. Тот так же ловко перехватил, клацнул челюстью и ощерился. Правда, через миг ещё раз пожевал, кивнул одобрительно и буркнул:
— Вкусно.
Это были его последние слова.
Потому что изо рта орка вдруг вылез крупный подсолнух — бугай дёрнулся пару раз, а потом просто рухнул лицом на стол Вайту. С грохотом мебель пошатнулась, сдвинувшись к нам.
Из затылка бедняги проглядывали корни, и двое оставшихся орков, обходя стол с разных сторон, с сомнением переглянулись и остановились. Глянули на рогатку Биби, и сунули руки за пояс, чтобы вытянуть огромные топоры.
— Ну, тяпка-батыр, — прорычал один из них.
Дальше отступать было некуда. Позади стена, и в руках только дубинки.
— Знаешь, Герыч, я так рад, что оказался в твоей группе, — вдруг сказал Бобр, — Вот так на первом курсе, а я уже фигачу вселенское зло.
— Я всё-таки хотел бы выжить, — ответил я.
— Знаешь, я позволю себе согласиться с тобой, — занудно протянул Лекарь, — Потому что очень не хотелось бы вот так оборвать потомственную династию.
— Толян, у тебя ж брат есть.
— Уверяю тебя, деревня, уж лучше бы династия оборвалась на нём.
Один из орков, взмахивая топором, что-то рыкнул, приготовившись к прыжку… но вдруг вся комната озарилась голубым светом, вспышка заставила всех зажмуриться. Воздух затрещал, запахло грозой.
В следующий миг перед нами оказалась чья-то чёрная спина — и снова замелькали вспышки, одна за другой. Орки орали, с кем-то сражаясь, но чёрная молния металась между ними, и буквально через секунду бугаи упали.
Тут же снова вспыхнул голубой свет, потом ещё. Тень пригнулась, словно держала держала чьи-то удары, а потом всё кончилось.
— Братан, ты жив?
 
Мы стояли, пригнувшись, и во все глаза пытались рассмотреть погром в кабинете.
В воздухе висела дымка, не позволяющая разглядеть спасителя. Впрочем, я уже по изящной фигуре, обтянутой в чёрную кожу, догадался, кто это.
Тень повернулась, сверкнув окулярами, подняла к лицу руку, и через миг стянула облегающий капюшон-маску. Чёрные, зализанные назад волосы, орлиный нос, тёмные глаза…